Любовные секреты Дон Жуана - Тим Лотт

– Конечно.

– Ты навязчиво ищешь одобрения женщины, ты слишком быстро влюбляешься, жизнь не такая, какой представляется, тебя испортило родительское воспитание, жизнь полна противоречий, и тебе надо перестать быть таким хорошим.

– Да, что-то в этом роде.

Я осознаю, какое жалкое впечатление производят мои изыскания. Когда Кэрол заговаривает снова, становится ясно – она поняла что-то очень важное.

– Рано или поздно ты встретишь человека, с которым будешь счастлив.

– Думаешь? Но это не совсем то, что ты мне говорила, глядя на мою руку.

Она смеется своим громким, благозвучным смехом, таким же, как в детстве, разве что на октаву пониже.

– Может быть, твоя ладонь изменилась. Давай посмотрим.

Я протягиваю ей левую руку, и она внимательно изучает ее какое-то время. Потом смотрит на меня с тревогой.

– Господи, Спайк. Знаешь что?

– Что? Что там?

– Я совсем не умею гадать.

Теперь мы уже оба смеемся.

– Правда, Спайк, я верю, что ты встретишь кого-нибудь. Просто нужно время. Время и удача.

Это прозвучало ритуальным закрытием темы, а не самостоятельным высказыванием. Я делаю еще глоток «Джима». И понимаю, что не смогу промолчать.

– На самом деле уже встретил.

Вот теперь, в первый раз за весь разговор – а может, и за все годы знакомства – я произношу нечто неожиданное для Кэрол.

– Что?

Я рассказываю ей про Элис, она ее пару раз видела, про Мартина, которого она знает давно, про мои ночи с Элис, про мою безумную любовь, и впервые Кэрол, прорицательница Кэрол, не знает, что сказать. Кажется, тишина длится вечность. Наконец Кэрол нарушает молчание:

– Будь осторожен, Дэнни.

– Знаю. Не хочу потерять Мартина как друга. Я ему расскажу, просто пока не решил, как это сделать.

– Я имела в виду…

– Но я уверен: наша дружба выше этого. Он в конце концов поймет, что мы с Элис любим друг друга. И, знаешь что, Кэрол? В этот раз я все сделаю как надо. Я продолжу заниматься психотерапией и самоанализом, изучу свою жизнь вдоль и поперек, пока не найду ответа. Я прихожу к определенным выводам и буду помнить их все время, пока мы с Элис вместе. В этот раз у меня все получится, я не облажаюсь. Мне сорок пять. И я не могу позволить себе снова все испортить. Конечно, мы только месяц встречаемся, но я уверен. Это моя последняя любовь.

Кэрол кивает, как будто хочет что-то добавить, потом делает еще один глоток водки и говорит:

– Удачи тебе, Дэнни.

– Удача здесь ни при чем, – решительно заявляю я. – Все дело в том, как к этому относиться. И в том, чтобы продолжать мои занятия. А точнее – применять их результаты на практике.

– Вот именно, – говорит Кэрол, и в ее глазах мелькает какой-то странный блеск.

– Вот именно.

Я лежу в постели с Элис. Чувствуя ее ровное дыхание, прокручиваю в голове результаты самоанализа. Что, опять слишком быстро влюбился? Возможно. Но это не имеет значения. Полна ли Элис неразрешимых противоречий? Пока я не вижу ни одного, но внимательно присматриваюсь. А кто ее тени, ее doppelgängersl Co временем выясню. По крайней мере, я знаю, что они существуют. Она меня любит, при этом хочу ли я ее уничтожить? Пока не хочу. Она меня раздражает, злит? Ни в коей мере: я никогда не смогу разозлиться на нее. Следует ли мне быть беспощадным? Только если мы расстанемся. А мы не собираемся расставаться. Ни за что на свете. Остался еще один непроясненный пункт, но какой, я так и не вспомнил. Мы в маленькой квартирке Элис в Путни. Давно уже валяемся. Никак не выйдем из горизонтального положения.

Она так изменилась с тех пор, как я видел ее с Мартином. Насколько секс – это телесное воплощение чувства – смог осветить ее изнутри. И ее короткие густые русые волосы, и ее длинные ноги, и ее нежное мраморно-гладкое тело с узким треугольником жесткой каштановой поросли внизу живота. Широкая, щедрая линия рта, миндалевидные глаза. Я не обращал внимания на глаза Элис, когда видел ее с Мартином. Она опять заговорила о Мартине, спокойно, осторожно: сказала, что по-прежнему волнуется за него, что он вовсе не так уверен в себе, как мне кажется.

Мы оба любим Мартина – не раз обсуждали это. И до сих пор пытаемся решить, правильно ли поступаем, скрывая от него наши отношения. Элис считает, что ему все равно. Думаю, она права: я знаю, что Мартин ее не любит. Мы достаточно часто об этом говорили с Мартином. И я понимаю, почему Элис так сильно любит его. Не только потому, что он прекрасный человек – а он действительно прекрасный человек, – но еще и потому, что он не умеет или не хочет любить женщин. Главное, чтобы любили его. Магическое безразличие Мартина в действии.

Я не знаю, почему так происходит. Общепризнанно, что женщины лучше разбираются в чувствах и в отношениях, чем мужчины. Однако Мартин – живое свидетельство правильности старой истины: женщины любят негодяев, хотя «негодяй» – всего лишь синоним «безразличного человека».

А хорошие парни приходят к финишу последними – и это возмутительно. Если женщины хотят, чтобы их отношения складывались, им надо начать любить хороших парней. Ведь хороший – признак силы, а не слабости. Не так-то просто быть хорошим – нужно изрядно постараться, нужны и характер, и энергия, и самообладание. Женщинам не мешало бы понять это.

– Элисты такая красивая.

– Мартин никогда мне этого не говорил. Он никогда не делал мне комплиментов.

– Не сомневаюсь, что он так думал. Разве могло быть иначе?

– И он никогда не говорил, что любит меня.

– Я люблю тебя.

Пауза.

– Я тоже тебя люблю.

Мы прижимаемся друг к другу, я слышу пение птиц за окном и думаю: «Наконец моя жизнь налаживается, после долгих лет беспросветного дерьма я вижу солнечный свет». Элис смотрит на меня и улыбается.

– Пойдем сегодня куда-нибудь? – спрашивает она.

– Не могу.

– Ладно.

– Я сегодня с Мартином встречаюсь.

Лицо Элис едва заметно дрогнуло. Как будто прежнее равновесие ее покинуло. Пытаясь его восстановить, она меняет тему:

– Может, приготовить завтрак?

– У тебя есть что-нибудь?

– По-моему, ничего. Но если хочешь, я сбегаю в магазин.

– Ладно, – соглашаюсь я.

Элис быстро одевается и берет мелочь из своего кошелька. Понимаю, что веду себя не по-джентльменски, но у меня на то есть тайная причина. На самом деле почти все мои побудительные причины тайные.

Какой-то своей частью Элис по-прежнему живет в прошлом. И я должен исследовать это прошлое, впитать его. Как каннибал, пожирающий мозг своей жертвы. В данном случае моей жертвой будут Мартин и все остальные Мартины до него.