Ураган - Пол Кворрингтон

В бар вошел Лестер. Девушки не знали, где он был, но явно не на улице, так как его одежда была относительно сухой. В руках, как символ своей полезности, он держал молоток.

— Что будет, то будет, — опережая его, хором произнесли девушки.

— Аминь, — откликнулся Лестер. Он подошел к стойке бара и посмотрел на пустые полки, на которых прежде стройными рядами стояли бутылки с выпивкой.

— Полли все куда-то убрала, — пояснила Сорвиг.

— Только битых стаканов здесь не хватало, — добавила Гейл.

Им нравился Лестер. И действительно, несмотря на то что ему было сильно за пятьдесят, он сохранил отличную форму. Все парни, работавшие в «Планете долбоебов», постоянно качались — на тридцать пятом этаже офиса располагался фитнес-центр, — но ни у кого из них не было таких хорошо очерченных мускулов, как у Лестера. Кроме того, он умел танцевать — способность, которую высоко ценили как Гейл, так и Сорвиг. Все их знакомые, которых полоумные боги послали им для так называемых свиданий, страдали параличом.

— К тому же вы и так уже довольно выпили, — продолжила Гейл.

— Хотя лично я бы не отказалась от глотка спиртного, — добавила Сорвиг.

— Я тоже, — кивнула Гейл.

Лестер внезапно повернулся, словно пытаясь схватить бутылку и улизнуть. Однако Гейл и Сорвиг догадались, что на самом деле его привлек странный, почти музыкальный звук, напоминающий хриплый атональный йодль.

— Что это? — спросили они вместе.

Лестер задумался, поджав губы.

— Ветер, — помолчав, ответил он.

— Да, но кроме ветра что-то еще, — уточнила Гейл.

Лестер подозрительно прищурился, поднял молоток и, угрожающе им размахивая, двинулся прочь, словно намереваясь дать отпор непрошеному гостю. Гейл и Сорвиг рассмеялись, потому что это было действительно смешно, однако смех их тут же оборвался, ибо обеих одновременно посетила тревожная мысль. Гейл высказала ее первой:

— Даже не представляю себе, что мы будем делать, если здание не выдержит.

Сорвиг кивнула, в ужасе замотала головой и еще раз кивнула.

— Куда нам тогда бежать?

Вряд ли можно было рассчитывать на коттеджи. Хотя главное здание, стоявшее на вершине возвышенности, в наибольшей степени было подвержено ударам урагана. А их коттедж стоял чуть ниже на склоне, так что, возможно, ветер там был слабее.

Возле их стола возникла Полли с половой тряпкой в руках.

— Где Лестер?

— Послушайте, может, мы пойдем в какое-нибудь другое место? — промолвила Сорвиг.

— Зачем? — нахмурилась Полли.

— Потому что мы боимся, что это здание не выдержит напора ветра, — ответила Гейл, обводя взглядом пространство.

— Глупости, — ответила Полли. — Где Лестер?

— Пошел что-то прилаживать, — сказала Сорвиг.

— Приладить надо щит у того большого окна, — отрезала Полли. — Он уже болтается с одной стороны.

Гейл и Сорвиг кивнули.

— Мейвел еще не возвращался… — Полли произнесла это с интонацией с легким оптимистичным повышением в конце предложения, видимо надеясь получить какой-нибудь ответ типа «Нет, он вернулся, просто его не видно, потому что он…» — потому что он чем-то там занят. Но Гейл и Сорвиг лишь опустили глаза.

— У нас все в порядке, — заявила Полли. — Так что можете не волноваться.

— Ладно, — сказала Гейл.

— Ладно, — согласилась Сорвиг, однако стоило Полли вернуться к своему занятию, как обе закатили глаза:

— Ничего себе в порядке.

Дверь с грохтом распахнулась, и в «Логово пиратов» спиной вперед влетел Ньютон, который, прежде чем рухнуть на пол, преодолел по воздуху добрых десять футов. Гейл и Сорвиг в ужасе вскочили, опасаясь, что в открытую дверь ворвется ветер, однако в проеме тут же появился Мейвел. Рука все еще поднята, лицо искажено яростью — нетрудно было догадаться, что хотя Ньютона и внесло внутрь ветром, но ускорение ему придал последний пират.

— Но согласись, это был классный кадр, — не вставая с пола, промолвил Джимми.

— Нет, — ответил Мейвел, развязывая узел на зюйдвестке. Он стащил ее с головы и стряхнул с нее воду. Все его кудри под ней распрямились и лежали ровно, плотно облегая голову. Лоб был рассечен, и кровь, перемешиваясь с водой, окрашивала его лицо в розоватый оттенок, а по щеке струились пунцовые ручейки.

— Да что ты понимаешь! — раздраженно буркнул Ньютон и начал подниматься на ноги, разбрызгивая вокруг себя воду.

Хоуп и Джимми начали с того, что обошли здание по периметру, держась поближе к стенам. Ньютон отснял пальмы, склонявшиеся до земли и вздымавшие с мольбой ветви. Пальмы всегда поклонялись ураганам и при первых же порывах ветра принимались трепетать и бить поклоны.

Деревья к югу от Уреза Воды переносили его гораздо хуже. Дубы и бирманское розовое дерево были гораздо крепче и устойчивее, и ураган обрушил на них всю свою силу. Часть из них уже была повалена, остальные стояли без сучьев и листвы. Поваленные стволы накатывались на еще стоящие деревья и ускоряли их гибель.

— Мне надо подойти поближе, — заявил Ньютон Мейвелу.

Мейвел, прищурившись, смотрел на юг, прикрывая ладонью глаза, чтобы в них не попадал дождь. Он пытался разглядеть Уильямсвилль, но уже темнело, и дождь был слишком сильным.

— Для этого придется выйти на открытое пространство, — ответил он.

— В том-то все и дело. Чтобы устоять там.

Мейвел закряхтел, обдумывая эту перспективу.

— Пойдем, — сказал Джимми, и они вышли из-под ненадежного укрытия здания. Мейвел шел сзади, держа Джимми за плечи. Стоило им сделать несколько шагов, как ветер обрушился на них со всей своей силой. Джимми поднял видеокамеру.

— Думаю, скорость ветра где-то восемьдесят-девяносто миль в час, а порывы чуть больше сотни, — прокричал он. — Но фронт пока далеко, поэтому нас еще не то ждет, старик.

После этого они перебрались к противоположной стене здания, выходившей на восток и наветренную сторону. Они остановились, прижавшись к стене, и уставились на то, что происходило перед ними.

— Боже милостивый! — восхищенно произнес Джимми Ньютон. — Ты только посмотри на это!

Мейвел еще никогда не видел такого подъема воды. Окинув взглядом береговую линию, он понял, что волны уже наполовину затопили скалы и вода продолжала прибывать. В отличие от Колдвела Мейвелу не надо было заниматься расчетами, ритм его жизни полностью совпадал с ритмом океана, и он нутром ощущал приливы и отливы.

— Нет, это надо снять! — завопил Джимми Ньютон, прижимаемый ветром к стене. Он схватил Мейвела за руку, словно они были школьницами на прогулке, и ринулся вперед. Не успели они подойти к краю обрыва, как налетевший порыв ветра повалил их на землю. Ньютон, скрестив руки на груди и пытаясь защитить висевшую на шее камеру, упал на спину.