Маленький секрет - Рози Гудвин

В этот момент из спальни вышла Синди, одетая точно так же, как в тот день, когда Клер увидела ее впервые.

— Ага, с возвращением в мир живых. — Она улыбнулась и указала на шторку, за которой пряталась крошечная кухонька. — Я иду работать, но в духовке есть суп. Его только нужно разогреть.

Она кивнула на спинку стула.

— Там твоя выстиранная одежда, но если хочешь, можешь сегодня остаться у меня. Я не думаю, что тебе сейчас есть куда пойти.

Клер покачала головой, и Синди направилась к двери.

— Ну все, я ухожу, долг зовет. Буду, когда вернусь.

Она дружески улыбнулась и ушла, осторожно прикрыв за собой дверь подвала.

Синди вернулась почти в два часа ночи. Увидев, что Клер снова крепко спит, она на цыпочках прошла мимо нее в ванную.

На следующее утро уже Клер ждала, пока Синди проснется, чтобы подать ей в постель завтрак, состоящий из гренок и чая.

Синди посмотрела на поднос.

— Чтоб я сдохла! Если это войдет у тебя в привычку, я позволю тебе жить тут бесплатно, — пошутила она.

Сегодня отдохнувшая Клер чувствовала себя значительно лучше и была невыразимо благодарна Синди.

— Не знаю, что бы я без тебя делала, — призналась она.

Синди отмахнулась от нее рукой.

— Да ладно тебе, я просто рада, что ты немного повеселела.

Клер встала с изножья кровати и пошла к двери.

— Все равно, спасибо за все. Я лучше оденусь и пойду.

Синди нахмурилась.

— И куда же это ты собралась идти?

— Наверное, снова займусь поисками работы, — пробормотала Клер.

— Слушай, найти в этих краях работу — это все равно что отыскать иголку в пресловутом стогу сена, — предупредила ее Синди. — Поверь мне, я на этом собаку съела. Почему, по-твоему, я пошла на панель?

Она похлопала по кровати.

— Слушай, детка, лучше бы ты оказала себе услугу и вернулась домой.

Клер снова присела рядом с ней, ее глаза наполнились слезами.

— У меня нет никакого дома, — ответила она несчастным голосом.

Некоторое время они сидели молча, сознавая свое одиночество, пока Синди наконец не спросила:

— Сколько тебе лет?

Клер шмыгнула носом и, помедлив, ответила:

— Восемнадцать.

— Да неужели? Я бы не дала тебе больше шестнадцати, а у меня на это глаз наметан. — Видя, что Клер надулась, Синди мягко добавила: — Слушай, я не собираюсь к тебе придираться, но поверь мне, Лондон не место для такого ребенка, как ты. А любые проблемы с родителями всегда можно решить.

Когда Клер покачала головой, Синди прибегла к другой тактике.

— Знаешь, рано или поздно, но тебе все равно придется уехать. Ты уже, наверное, поняла, что рабочие места тут ценятся на вес золота.

— Но хоть чем-нибудь я смогу здесь заниматься!

Некоторое время они молчали.

Затем в голову Клер неожиданно пришла одна мысль, и она подняла на Синди сияющие глаза.

— Может быть, я смогу пойти на панель? — предложила Клер.

Синди чуть не подавилась гренкой.

— Погоди минутку, — глубоко вдохнула она. — Это совсем не так просто, как кажется. Попробуй только перейти кому-нибудь дорогу, и остальные путаны выцарапают тебе глаза, а еще есть сутенеры. Если ты не выучишь все их штучки, они тебя мигом загребут. И хотела бы я знать…

Она задумчиво посмотрела на Клер.

— Этот тип, которого ты встретила и который пообещал тебе помочь, — как его звали?

— Маркус, — ответила Клер, не поднимая глаз.

— Маркус! Не Маркус Теккерей, большой чернокожий мужчина? — Синди побледнела как мел. Клер кивнула.

— Чтоб я сдохла! Ушам своим не верю, — пробормотала Синди, делая глоток чаю. — Ему принадлежат почти все девушки и бордели в Западном Лондоне и в Сохо. Именно ему я попалась сразу по приезде в Лондон.

Клер была потрясена, но не успела ничего сказать, так как Синди продолжила:

— Он привез тебя в свою квартиру?

— Да, привез, но я там пробыла всего несколько часов. А потом приехала эта женщина, Сандра, и они напоили меня вином. — Клер нахмурилась, пытаясь вспомнить подробности. — Она сказала, что я буду работать у нее в приемной салона массажа, и после этого все как-то смазалось. Я лишь помню, как проснулась в этой грязной тесной комнатке. Они меня заперли и не собирались выпускать.

Клер вздрогнула, снова переживая ужасные мгновения.

— Девушка принесла мне еды, но я не стала ничего есть: боялась, что они положили туда что-нибудь. Позже ночью Маркус вернулся, и он… — Она сглотнула, прежде чем продолжить. — Он разделся и лег ко мне в кровать. Он собирался… Ну, не важно, что он там собирался, потому что я воткнула в него вилку и сбежала. Добралась до Сохо — там ты меня и нашла.

Синди удивленно покачала головой.

— Поверить не могу, что ты попалась тому самому типу, который меня обманул. Этого Маркуса Теккерея давно пора упрятать под замок, а ключ выбросить. Ты не поверишь, скольким молодым девушкам он испортил жизнь.

— Так почему тогда его до сих пор не упрятали?

Синди фыркнула.

— Его не упрятали, потому что у него полно друзей среди шишек. Отдел борьбы за нравственность никогда не беспокоит Маркуса Теккерея. Ему и убийство сошло бы с рук — не сомневаюсь, что такое тоже было. Но если ты столкнулась с ним, как ты можешь хотеть пойти на панель?

— Я бы сделала это, потому что сама так решила, — сказала ей Клер. — А не потому, что кто-то вроде Маркуса Теккерея меня заставил.

Синди сочувственно на нее посмотрела.

— Для себя ты этим занимаешься или для сутенера — все равно, такая жизнь не из легких, — сказала она. — Ты уверена, что действительно хочешь этим заняться?

Альтернативы Клер не видела, поэтому с несчастным видом кивнула.

— Знаешь, что мы тогда сделаем? Я разрешаю тебе пожить у меня еще несколько дней, просто чтобы ты все хорошенько обдумала. Если ты не изменишь решение, тогда посмотрим. Нужно держаться подальше от Маркуса и работать только на Кингс-Кросс, тогда все будет в порядке. У сутенеров есть негласный закон: не трогать девушек друг друга. Но стать путаной вовсе не легко.

Клер с облегчением улыбнулась.

— Спасибо. — Ее пугала возможность снова оказаться на улице, и хотя квартиру Синди нельзя было назвать дворцом, здесь она может еще какое-то время побыть в безопасности, даже если в программу входят случайные тараканы.

Синди помахала перед ней пальцем.

— Это только на пару дней, — предупредила она. — И если все же прислушаешься к моему совету, я даже одолжу тебе денег на билет домой.