Девушка Online - Зои Сагг

– Отличный поцелуй! – говорю я. Ну разве могу я не ляпнуть глупость в такой знаменательный момент, как поцелуй с парнем.

– Да, – слегка удивленно улыбается Ной. – Ты хорошо целуешься.

Я смеюсь и отвожу взгляд. И меня совсем не заботит, что я сейчас красная как помидор. Я не стесняюсь Ноя. Может, я и Неудачница международного масштаба, но Ноя это не заботит.

– Пойдем, – прерывает он мои мысли. – Отведу тебя назад.

Я возвращаюсь в зал, все еще ощущая трепетные поцелуи Ноя на губах. Но как только я замечаю Эллиота, весь трепет проходит, а сердце сжимается. Он с печальным видом сидит за столом, а рядом – никого.

– Что ты так долго? – спрашивает Эллиот, когда я подсаживаюсь к нему.

– Извини, Ной хотел устроить пикник и…

– Пикник?

– Да, но не волнуйся, я…

– А где он сейчас?

– Поехал домой.

– Как? Но зачем? Я же сказал, что ты можешь привести и его тоже.

– Он не хотел врываться на чужую свадьбу.

– Но никто бы не возражал, ведь его бабушка организовала банкет.

– Знаю, но… Неважно. Расскажи, что случилось. Что сказали твои родители?

– У них крышу снесло. – Эллиот опускает глаза и начинает теребить край скатерти. – Они сказали, что мы так не договаривались и мне ни при каких условиях нельзя остаться. Так говорили, будто речь об одном из их судебных разбирательств. Они не хотят, чтобы я задержался с вами, и даже не против, что я полечу домой один. Говорят, надо отмечать Рождество всей семьей. Но… – Эллиот делает театральную паузу. – Они сказали, что будут рады, если ты тоже приедешь и встретишь это Рождество с нами.

– Но я…

– Ага, уже вернулась! – На соседний стул приземляется раскрасневшийся папа. Судя по тому, как он тяжело дышит, без меня на танцполе не скучали.

Мама присаживается рядом с папой. Она не такая запыхавшаяся – мама со времен актерской карьеры славилась умением танцевать.

– Пенни, а где Ной?

– Уехал домой.

– Так скоро? – хмурится мама. – Почему ты не пригласила его к нам присоединиться? Уверена, Брейдис бы не возражали, он как-никак внук Сейди Ли.

Если кто-нибудь еще раз это скажет, я не сдержусь!

– Все в порядке. Мне надо было переговорить с Эллиотом. О его родителях.

– Да-да. – Папа качает головой. – Так неприятно получилось. Без Эллиота будет не так весело.

Эллиот тяжело вздыхает и обращается к мне:

– Ну, Пенни, что думаешь?

– Не зна-а-а-аю, – протягиваю я, оглядывая танцующих, словно они могут мне помочь. Не представляю, как отказать Эллиоту так, чтобы он не расстроился.

– Что она думает о чем? – спрашивает папа.

– Родители сказали, что ждут Пенни на Рождество, если она завтра вернется вместе со мной.

Эллиот с надеждой смотрит на папу.

Я же смотрю на маму – она вопросительно поднимает брови. «Запрети мне уезжать!» – мысленно умоляю я в надежде, что между мамой и дочкой может существовать телепатическая связь.

– Ой, я не знаю… – начинает мама.

– Я понимаю, что полуфабрикаты на рождественском столе моей семьи ни в какое сравнение не идут с деликатесами, что готовит твой папа, – говорит мне Эллиот. – Но ведь в это Рождество ты и так не попадешь на его эпический ужин. А рождественский обед в отеле не жалко пропустить.

– Но… – хочу возразить я.

– Мы планируем встречать Рождество не в отеле, – аккуратно начинает мама. – Мы собирались остановиться у Сейди Ли.

– У Сейди Ли? – У Эллиота глаза ползут на лоб.

– Да, у той женщины, которая отвечала за банкет. Она позвала нас к себе домой на праздники.

– Все ясно, – поникшим голосом отвечает Эллиот.

– И мы очень хотим, чтобы Пенни осталась с нами, – добавляет папа.

– Да, мы и так уже расстроились, что Тома в это Рождество с нами не будет, – вздыхает мама.

Какое облегчение: теперь мне не придется говорить Эллиоту, что я не хочу возвращаться с ним домой. Можно всю вину переложить на родителей.

– Ничего, я все понимаю, – тихо произносит Эллиот.

– Мы расстаемся всего на неделю, – успокаиваю я его.

– На восемь дней, – тут же поправляет меня Эллиот.

– Пускай на восемь. Мы можем общаться по скайпу.

– У тебя наверняка будут дела поважнее, – бубнит Эллиот.

– Это ведь наша песня! – восклицает папа, когда начинает играть «When a Man Loves a Woman». Он вскакивает и протягивает маме руку. – Мадам, окажите честь!

– С удовольствием! – восклицает мама и берет папу за руку.

Я смотрю, как они возвращаются на танцпол, и улыбаюсь от всего сердца. Так странно: раньше их публичное проявление любви меня раздражало, как если бы они состояли в закрытом клубе влюбленных, в который у меня нет пропуска. А теперь я наблюдаю за ними и думаю о Ное, и на душе становится теплее.

– Я, пожалуй, пойду собирать чемодан, – говорит Эллиот, выводя меня из транса.

– Я тебе помогу, – отзываюсь я. Мне хочется хоть как-то поддержать Эллиота. – Можем устроить полночный ужин. У меня целая корзина еды.

– Нет аппетита.

– Даже клубнику в шоколаде не хочешь?

– Он принес клубнику в шоколаде?

Я киваю и готовлюсь к любой реакции, учитывая, в каком плохом настроении сейчас Эллиот.

– У этого парня хоть один недостаток есть?

– Уверена, что и не один, – отвечаю я безо всякой на то уверенности.

– Хм. Ладно, я согласен.

Дурное настроение Эллиота улетучивается, только когда мы заканчиваем паковать его чемодан.

– Не обижайся на меня, – извиняется Эллиот, усаживаясь на кровать. – Я очень расстроился, что не останусь с вами на Рождество. Но думаю, мне на самом деле лучше уехать: я вам нужен как собаке пятая хромая нога.

– Не говори так, – я сажусь рядом с Эллиотом. – Понимаешь, мы с Ноем живем в десяти тысячах километрах друг от друга…

– Вообще-то в четырех.

– Может и в четырех, но между нами целый океан. Не думай, что наша с тобой дружба пострадает. Это только…

– Курортный роман? – заканчивает за меня Эллиот с надеждой в голосе.

– Да, курортный роман.

Эллиот расплывается в улыбке, а мне становится не по себе. Впервые за нашу дружбу я ему солгала.