Вопрос на десять баллов - Дэвид Николс

В о п р о с: Какой социально-экономический термин изначально использовался для названия ремесленников, проживающих в окруженных крепостной стеной городах во Франции одиннадцатого века и занимающих положение между крестьянами и землевладельцами?

О т в е т: Буржуазия.

Я сижу в поезде, идущем из Саутенда, и смотрю в окно на сырые безлюдные улицы, на парочку магазинов, несмело открывшихся с настроением «бери или уходи». Эти четыре дня между днем рождественских подарков и Новым годом – наверняка самые длинные и противные в году, этакое раздутое гадское воскресенье. Но все равно – августовские банковские каникулы[52]еще гаже. Я вполне уверен, что умру в возрасте примерно тридцати двух лет однажды вечером в августовские банковские каникулы. Умру от смертной скуки.

Я делаю пересадку в Шенфилде, где покупаю себе на обед баночку энергетического напитка «Люкозед», упаковку чипсов и батончик «Твикс» в продуваемом всеми ветрами ларьке; потом у меня еще остается время заскочить в привокзальный туалет, чтобы посмотреть, как заживает мое лицо, и я еду дальше.

Покинув пригороды и взяв курс на Суффолк, поезд попадает под снег. Такой снегопад редко доходит до Саутенда. Сочетание уличных фонарей, воздуха с залива и центрального отопления обычно превращает снег в нечто вроде холодной, сырой перхоти, но здесь, на полях, залитых светом заходящего солнца, снежный покров выглядит необыкновенно толстым и чистым. Я читаю первую страницу «Песен» Эзры Паунда пять раз, так и не поняв ни слова, затем сдаюсь и смотрю на вид за окном. Душевно. За десять минут до станции я надеваю пальто и шарф и смотрю на свое отражение в окне поезда. Поднять воротник или опустить? Чего я хочу добиться – это выглядеть как Грэм Грин, как «Третий человек», но в клипе «Ultravox»[53].

За пять минут до подъезда к станции я начинаю придумывать, что скажу, когда снова увижу Алису. Я так не волновался с тех пор, как играл Иисуса в «Очарованных Богом». Тогда мне пришлось раздеваться до пояса для распятия. Похоже, даже нормальная улыбка мне не дается: от скособоченной ухмылки с закрытым ртом у меня такой вид, словно меня ударили чем-то по голове, но, если я раскрою рот, видны мои кремово-черные пятнистые зубы, похожие на кости для игры в скребл. Если есть всю жизнь свежие фрукты и овощи, как это делает Алиса Харбинсон, то у тебя будут отличные зубы. Представляю, как зубной врач заглядывает ей в рот и плачет от этого чистого, яркого белоснежного великолепия.

Когда поезд подъезжает к станции, я вижу Алису – она ждет меня в дальнем конце платформы, спасаясь от снега под дорогим на вид пальто, которое почти касается земли; голова ее закутана в серый шерстяной шарф – я невольно начинаю искать взглядом балалайку. Если она и не бросается ко мне, то, по крайней мере, идет быстрым шагом, и, когда мне удается рассмотреть ее лицо, я вижу, что она улыбается, потом смеется. Ее кожа стала белее, губы – краснее, и вся она кажется мягче и теплее, чем была в колледже, как будто сейчас ее дежурство окончилось, и она бросается обнимать меня, говорит, что скучала без меня, что рада меня видеть, мы славно повеселимся, и на какое-то время у меня создается ощущение, что вот оно – настоящее счастье, быть здесь, на сельской железнодорожной станции, под снегом с Алисой. Пока я не замечаю у нее за спиной черноволосого красивого угрюмого мужчину, должно быть ее отца. Этакий Хитклифф[54]в прорезиненном пальто.