Утка, утка, Уолли - Гейб Роттер

— Да, Джерри. Дело не в этом. Мне очень жаль, что я не попал на встречу. Мне действительно очень жаль…

— И это правильно, Уолли!

— Да, Джерри.

— Очень правильно!

— Да, — сказал я, пытаясь унять стихию, которая в принципе не поддается умиротворению.

— Хорошо! А теперь объясни, почему ты не смог прийти. Я уже понял, что Джерри от меня не отстанет.

— Джерри… Я был с Орал-Би. — Даже не знаю, зачем я это сказал. Как-то оно само вырвалось. Нечаянно.

— Что?! Ты что, рехнулся?! Я тебе, кажется, говорил: держись подальше от этой шайки! Это опасно. И тем более в нынешней ситуации.

— Орал-Би не опасен. Ну, для меня…

— Уолли, ты сам понимаешь, что говоришь?! Что нужно этим ребятам?! Чтобы ты молчал! Может быть, это они и украли твою собаку!

— Нет, Джерри. Это не они. Даже если бы все это было действительно связано с «Godz-Illа», это был бы не Би, а Лайонз. Но я точно знаю, что это не они.

— Да? И с чего вдруг такая уверенность?

— Ну, это долгая история. Если вкратце, то я только что получил очередную записку от похитителей. Они требуют выкуп. — Меня вновь захлестнула волна пронзительной жалости к себе. Но сейчас я не мог разрыдаться. Впрочем, кажется, Джерри услышал неподдельную боль в моем голосе, потому что он вдруг смягчился и перестал орать.

— Вот, блин. Моско, ты там держись. И прости старого дядюшку Джерри. Я не должен был так на тебя орать, на тебя там и так столько всего навалилось. Ты давай успокойся и расскажи, что происходит. Что нужно этим маньякам?

Я сделал глубокий вдох.

— Они требуют пятьдесят тысяч.

— ПЯТЬДЕСЯТ ТЫСЯЧ?! Они что, охренели?! Пятьдесят косарей за собаку?! Они, вообще, что себе думают?!

— Дали срок сорок восемь часов.

— Да, дела… Знаешь, похоже, ты прав. Пятьдесят косарей — слишком мелко для Лайонза. Для него это так, капля в море. За подкладкой кармана и то больше мелочи… Пятьдесят тысяч! Пиздец!

— Да, Джерри. Пиздец как он есть. И что мне делать? Где я возьму эти пятьдесят тысяч?!

Джерри пару секунд помолчал, а потом вдруг рассмеялся.

— Что здесь смешного, Джерри?

Он продолжал хохотать.

— Джерри, чему ты смеешься? По-моему, это совсем не весело!

— Я скажу тебе, Моско, чему я смеюсь. У меня есть хорошие новости. И потом еще очень хорошие новости, а потом есть еще и плохие, но их немного.

— Какие новости? — спросил я с опаской. Я не мог себе даже представить, что сейчас скажет Джерри. Я очень надеялся, что он предложит мне денег. Но это была совершенно безумная надежда. Из разряда «мечтать не вредно».

— Ну, во-первых, хорошая новость. Я вчера был на встрече с издателями. Без тебя.

— Да?

— Ага. А теперь очень хорошая новость. Они сделали нам предложение.

— Ч-что? К-какое еще п-предложение? — Я вдруг стал заикаться.

Наверное, от общей нервозности организма.

— Они согласны платить тебе по десять тысяч за книгу. И это только аванс. Шесть книг. Шестьдесят тысяч долларов. Единовременно и сразу. Плюс к тому авторский гонорар: проценте каждого проданного экземпляра.

— Шестьдесят тысяч… О Господи, Джерри! Это… безумие! В смысле, это же здорово, правда? Да! — Я был возбужден и взволнован, но в то же время меня раздирали самые противоречивые чувства. В том смысле, что мне СОВСЕМ НЕ ХОТЕЛОСЬ продавать свои книги этим придуркам из «Bionic Books». Потому что от них ничего не останется. В смысле, от моих книг. Но с другой стороны… шестьдесят тысяч долларов! И я смогу вернуть Доктора! Моего лучшего друга! И мы опять будем вместе!

И тут я вдруг вспомнил, что Джерри еще говорил…

— А какие не очень хорошие новости, Джерри?

— Ну, я был в плохом настроении, Уол. Ты меня выбесил. Не явился на встречу, даже не позвонил…

— Да. И что?

— Это было действительно заманчивое предложение, ноя подумал: «Малыш не хочет иметь с ними дело? Я Тут стараюсь, пытаюсь продать его книги, а он даже не соблаговолил появиться. По сути, он попросту меня кинул. Ну и хрен с ним. Тогда он вообще ни хрена не получит».

— И что? — спросил я угрюмо, уже понимая, к чему он клонит.

— И я… ну, в общем, я им сказал, куда они могу засунуть эти свои шестьдесят тысяч.

В итоге мы с Джерри договорились, что он сделает все, от него зависящее, чтобы все-таки заключить эту сделку с «Bionic Books». Я кое-как доковылял до машины. Шел я медленно, у меня было время подумать. Национальный банк Каймановых островов. Так было сказано в записке. Может быть, стоит позвонить Лайонзу и все ему рассказать. Но это рискованно. Еще неизвестно, что сделает с Доктором этот маньяк-похититель, если вдруг узнает, что я кому-то звонил. И, если честно, я все еще не был уверен на сто процентов, что Лайонз НИКОИМ ОБРАЗОМ не причастен ко всему этому делу. Так что лучше пока ничего никому не рассказывать. А дальше уже будет видно.

Я сел за руль, держась за отбитые ребра и морщась от боли при каждом движении. Я был явно не в форме. Единственное, что на данный момент может хоть как-то облегчить мои страдания, это…

Чизбургеры с беконом!

Я приехал в любимую закусочную, где подавали, наверное, самые вкусные в городе гамбургеры. Заказал чизбургер с беконом, большую порцию жареного картофеля с острым соусом и кока-колу. Взял со стойки поднос и направился к свободному столику.

— Московит! — Кто-то дернул меня за рубашку сзади, и мне волей-неволей пришлось зарулить в кабинку, мимо которой я проходил в тот момент.

Это был мой старый приятель Линь-Линь Чу. Ядовито-зеленая шоферская фуражка с ярко-красными китайскими иероглифами над козырьком, эклектичный наряд в стиле «безумный коллаж», все дела.

— Добрый день, мистер Чу.

— Садитесь. — Он очень настойчиво потянул меня за рубашку, заставляя присесть рядом с ним. Морщась от боли, я плюхнулся на скамейку. — Что с вами, Московит? Вас опять кто-то избил? В прошлый раз вам подбили глаз. А что теперь? Снова ваши друзья рэперы, да?

— Нет. Нет, я просто… отбил себе ребра.

— Да, конечно, Московит. Отбить себе ребра — это надо уметь. А я уже и забыл, как этот эклектичный китайский дедок раздражал меня в прошлый раз. До того, как он начал мне по-настоящему нравиться.

— Знаете что, мистер Чу…

— Линь-Линь.

— Да, Линь-Линь. Я действительно очень рад, что мы с вами встретились снова. Понимаете… я хотел убедиться, что вы никому ничего не рассказывали. Я имею в виду, мой секрет. В общем, вы понимаете. Насчет моей работы.

— Да! Да! Я все понимаю, Московит. Большой секрет, страшная тайна. Можете не беспокоиться. Старый Линь-Линь знает жизнь. Он никому ничего не рассказывал. Так что не переживайте. Мухи не вьются над тем яйцом, у которого не надтреснута скорлупа.