Задачи из учебника - Марина Елькина

Кажется, он даже заснул, потому что настойчивый стук в дверь напугал его. Моментально вернулась злость на Сеню. Разве можно быть таким прилипчивым?

– Сеня, отвали! – заорал он, не поднимаясь с кровати.

– Это я! – отозвался за дверью голос Даши.

Только этого не хватало! Он вскочил, как нашкодивший мальчишка, быстренько запихнул под кровать пустую бутылку. Потом, пошатываясь, дошел до двери и щелкнул замком.

Черт! Кажется он выглядит довольно помято и зря не посмотрел в зеркало. Он торопливо, под строгим и недоумевающим взглядом Даши поправил рубашку и пригладил волосы.

– Привет! – широко и глуповато улыбнулся он.

– Привет, – без улыбки ответила Даша. – Я смотрю, ты здорово повеселился на дне рождения. Что, у Иринки все так напились?

– Н-нет…

– Значит, только ты?

Алик еще раз провел рукой по волосам и промолчал. Неужели он и правда так пьян, что заметно с первой секунды? Неудобно получается. Он перехватил пристальный взгляд Даши: из-под кровати предательски выглядывало белое прозрачное горлышко бутылки. Как винтовка с прицелом.

– Как все это понимать? – Даша спрашивала строго и чуть насмешливо. – С кем это ты устраиваешь пьянки? Надеюсь, не с Иринкой?

– Нет, конечно, нет.

Она что – издевается?

– Или с Никитой не допили?

– Нет. Я без Никиты. Я сам.

– Что – сам? – удивилась Даша.

До нее, похоже, не доходило, что Алик пил в одиночестве.

– Сам выпил бутылку водки. Один, – раздраженно отчеканил Алик. – Еще вопросы есть?

– Есть. Что случилось?

Алик молча кивнул на смятый конверт на полу.

– От нее?

– Нет. От Лешки.

Даша нагнулась к конверту:

– Можно?

Алик равнодушно пожал плечами и отрезал кусок хлеба: хотелось чем-нибудь заглушить непроходящую тошноту. Ему было все равно, что Даша читает письмо, и вообще все то, что написано на том злополучном листочке.

Татьяна, как всегда, права: ему нужно жениться. Вот так, в одиночку, он долго не протянет, сопьется просто. Осталось только определить, на ком жениться. А чего тут, собственно, определять? Выбор вполне очевиден и сейчас перед ним, только протяни руку, коснись, обними, предложи. Лучше Даши никого на роль жены и не найдешь. Она его любит, жалеет, понимает. Он ее тоже любит и понимает. Пусть как друга. Разве это плохо для супружества? Вон Татьяна живет со своим Игорем без всякой страсти – и ничего. Даже предпочла эту семейную идиллию любви Алика.

Даша дочитала письмо, аккуратно сложила и расправила конверт.

– Ну и чего ты расстроился? – спросила она.

– Просто так, – ответил Алик. – Уже все прошло. Я уже забыл.

– И правильно! То есть я хотела сказать: не стоило из-за этого напиваться.

Алик согласно кивнул, пристально посмотрел на Дашу и заулыбался какой-то дурацки-пошлой улыбкой:

– У меня есть предложение…

– Купить еще бутылку и выпить вместе?

– Нет. Другое предложение…

– Ну, говори-говори. Какое?

– У меня есть предложение, – повторил Алик, собираясь с мыслями. – Предложение… Предложение… Выходи за меня замуж.

– Что? – Взгляд Даши сначала выразил недоумение, но тут же заискрился смехом. – За тебя замуж?

– Ну да.

– Решил выполнить указания своей Татьяны?

– Нет… Я правда… Я…

– Извини, Алечка, замуж за тебя я не пойду.

– Почему? – Алик растерялся. – Но ты же…

– Что – я же? Сама хотела за тебя замуж? Да, Алечка, хотела. Год назад. Тогда бы тебе дважды повторять не пришлось. А теперь поздно.

– То есть как – поздно? Почему?

– Потому что у тебя есть она.

– Кто – она? Татьяна? Ты же знаешь, что мы расстались. Окончательно расстались.

– Меня это не касается, Алик. Ты, кажется, ничего не понял. Давай объясню по-другому. Я устала быть твоим бронежилетом.

– Чем?

– Бронежилетом. Я нужна тебе для защиты. Я нужна, только когда тебе плохо. Я выручаю, вытаскиваю…

– Хорошо. Пусть так. Ты меня спасешь этим.

– Не спасу, Алик. Тебе так только кажется. Я выйду за тебя замуж, и мы станем врагами.

– Не выдумывай!

– Не выдумываю, – вздохнула Даша. – Ты будешь ненавидеть меня.

– За что?

– За то, что я – не она. Вот и все. И хватит об этом. Смени тему. Расскажи, например, о дне рождения. Было весело?

– Нет. Скучно.

– Как Кит?

– Его не было.

– Тогда зачем ты туда поперся? Тебе так дорога Иринка?

– Не понял твоей иронии.

– Ну как же! То знать не знал, кто такая Иринка, то просто побежал к ней на день рождения…

– А ты что, ревнуешь?

– Больно надо. Ты, Алечка, сильно льстишь себе, если думаешь, что мои чувства к тебе вечны. Все проходит. – Даша говорила как бы шутя, но Алик чувствовал, что она говорит правду. И почему-то эта правда не доставляла никакого удовольствия. – Между прочим, Алечка, Иринка – неплохая кандидатура на вакантную должность твоей жены. Молоденькая, глупенькая, неопытная. И у нее огромный плюс – она ничего не знает о Татьяне.

– Что ты мелешь? – взорвался Алик. – При чем здесь Иринка? Я что, ярмарку невест устраиваю, что ли?

– Мне показалось, что да. Именно ярмарку невест. А поскольку моя кандидатура была древняя, этакий динозавр, то первая удочка заброшена в мою сторону. Я отказалась. Стоит поискать в другом месте.

– Прекрати! Я тебя прошу – прекрати! Ты говоришь ерунду! Мы поссоримся!

Он выкрикивал эти фразы, чувствуя, что багровеет от ярости. А к горлу неумолимо подкатывался клубок мерзкой тошноты.

– Успокойся! – испугалась Даша. – Тебе плохо? Плохо, да? Алька! Ложись на кровать! Ложись. Успокойся.

Но Алик отодвинул ее в сторону и, шатаясь, вышел из комнаты. Следующие полчаса Алика полоскало. Уходило опьянение и становилось стыдно. Стыдно перед Дашей и перед самим собой.

– Я, кажется, наболтал тебе много ерунды, – смущенно сказал он, когда немножко отпустило и он смог вернуться в комнату.

– Кажется, да, – согласилась Даша.

– Ты извини. Я спьяну. Я не хотел…

– Я поняла. Ты мне лучше скажи – ты с ума сошел? Что за идиотизм с этой водкой? Где ты ее взял?

– В магазине. У бабки, – с трудом улыбнулся Алик.