Безумно богатые азиаты - Кевин Кван

Нью-Йорк, 2010 год

– Ты уверен? – переспросила она, легонько дуя на дымящийся чай в чашке.

Они сидели за своим любимым столиком у окна в кафе «Чай и симпатия»^[17], и Ник только что пригласил Рейчел провести лето с ним в Азии.

– Рейчел, мне бы очень хотелось, чтобы ты поехала, – заверил ее Ник. – Ты же не планировала преподавать летом, так что тебя волнует? Думаешь, ты не вынесешь жары и влажности?

– Нет, дело не в этом. Я так понимаю, ты будешь занят обязанностями шафера, не хотелось бы тебя отвлекать, – объяснила Рейчел.

– О чем ты говоришь? Свадьба Колина – это всего лишь первая неделя в Сингапуре, а потом мы можем все лето шататься по Азии. Ну же! Позволь мне показать тебе, где я вырос. Покажу тебе все свои любимые места.

– Ты покажешь мне священную пещеру, где лишился девственности? – поддразнила его Рейчел, игриво выгнув бровь.

– Разумеется! Даже можем восстановить события! – Ник рассмеялся, намазывая варенье и сливки на еще теплую, свежую булочку. – И у тебя ведь подружка живет в Сингапуре?

– Да, Пейк Лин, моя лучшая подружка по колледжу, – кивнула Рейчел. – Она уже несколько лет зазывает меня в гости.

– Тем более. Рейчел, тебе понравится! И я точно знаю: ты будешь без ума от местной еды! Ты в курсе, что сингапурцы помешаны на еде, как никто другой в мире?

– Ну, судя по тому, с каким восторгом ты смотришь на все, что ешь, думаю, обжорство сродни национальному спорту.

– Помнишь статью Кельвина Триллина в «Нью-Йоркере» про сингапурскую уличную еду? Я покажу тебе такие ресторанчики, о которых даже он не знает. – Ник откусил от пышной булочки еще кусок и продолжил с набитым ртом: – Я знаю, как тебе нравятся эти булочки. Погоди, вот попробуешь те, что печет моя а-ма…

– Твоя бабушка печет булочки? – Рейчел попыталась вообразить, как типичная китайская бабушка готовит типично английский десерт.

– Ну, не то чтобы она пекла их сама, но у нее самые лучшие булочки в мире… увидишь… – сказал Ник, по привычке обводя взглядом маленький уютный зал, чтобы удостовериться, что их никто не подслушал. Ему не хотелось стать персоной нон грата в любимом кафе из-за того, что он поклялся в верности конкурирующим булочкам, пусть даже бабушкиным.

За соседним столиком, пытаясь спрятаться за трехъярусной подставкой, доверху заваленной крошечными фингер-сэндвичами, съежилась девушка. Подслушанный разговор все больше волновал ее. Она сразу заподозрила, что это, возможно, он, а теперь была уверена на сто процентов. Это действительно Николас Янг. Ей было тогда всего пятнадцать, но Селин Лим не могла забыть тот день… Николас прошел мимо их столика в Пулау-клубе^[18] и убийственно улыбнулся ее сестре Шарлотте.

– Это один из братьев Леонг? – поинтересовалась мама.

– Нет, это Николас Янг, их двоюродный брат, – ответила Шарлотта.

– Сын Филипа Янга? Ай-я, когда он успел так вырасти? Такой красавчик! – воскликнула миссис Лим.

– Только что вернулся из Оксфорда. Двойной диплом – история и право, – добавила Шарлотта, предвидя следующий вопрос матери.

– Почему бы тебе не подойти и не поговорить с ним? – поинтересовалась миссис Лим с волнением.

– А с чего мне с ним разговаривать, если ты отбраковываешь всех парней, которые осмелились подойти ко мне? – огрызнулась Шарлотта.

– Аламак! Глупая девчонка! Я просто пытаюсь защитить тебя от всяких альфонсов, охотников за деньгами. Тебе повезет, если отхватишь такого, как Николас! Этого можешь смело заграбастать!

Селин не верила своим ушам: мать просто-таки подталкивала старшую сестру в объятия этого парня! Она с любопытством взглянула на Николаса, который весело смеялся с друзьями. Их компания расположилась у бассейна, рядом со столиком под сине-голубым зонтом. Даже издали Николас выделялся ростом и сложением. В отличие от других ребят, с их одинаковыми стрижками из индийских парикмахерских, у него были черные волосы, лежавшие в идеальном художественном беспорядке, а также точеные черты лица, которым мог бы гордиться какой-нибудь кантонский поп-идол, и невероятно густые ресницы. Это был самый симпатичный, самый фантастический парень, которого Селин когда-либо видела.

– Шарлотта, почему бы тебе не подойти и не пригласить его на твою благотворительную акцию в субботу? – не унималась мать.