Тринадцатая редакция. Неубедимый - Ольга Лукас

— Ты ведь не себя имеешь в виду? — осторожно уточнил он.

— Что вы! Для подобных целей в мире существует такой нарочно придуманный человек — Космомакс. Уборщик нового поколения. Приезжает на скутере, сам весь в гаджетах. Своими руками составляет средства для очистки различных загрязнений. Химик дипломированный. Ваша квартира будет блестеть, как бриллиант. Бонус — Космомакс готовит вегетарианский ужин. Хозяева возвращаются в чистую квартиру и, наслаждаясь экологической чистотой, едят экологический ужин.

— То есть, пока нас нет дома, он там будет на моей кухне хозяйничать? — нахмурился Константин Петрович.

— Космомакс снабжен веб-камерой. Владелец квартиры может наблюдать за ним в режиме онлайн. Он также поддерживает разговоры на интересные темы, если хозяин дома.

— Да? И почему он такой умный — и на такой работе? Почему не в офисе сидит?

— Во-первых, ему нравится наводить порядок на планете. А во-вторых, ни в одном офисе он столько денег не заработает.

— Молодец, — одобрительно кивнул Цианид. — Мне уже нравится этот парень. А тебе?

— Меня немного пугает вегетарианский ужин, — призналась Маша. — Виталиковых вегетарианцев нам в прошлый раз хватило.

Техник строптиво мотнул головой, не желая признавать былую ошибку.

С тех пор как Маша вернулась в родной город, её мать, Елена Васильевна, ни дня не давала ей передохнуть. «Когда свадьба? — интересовалась она, — А крестины когда? Ты с этим не тяни, а то поматросит — и бросит, и останешься в старых девах никому не нужная».

Константину Петровичу и Маше всегда было стыдно после таких разговоров. Они чувствовали, что не оправдали доверие, и уже были готовы на всё, включая свадьбу. Пару недель назад они сидели на диванчике в приёмной и перебирали варианты возможного решения проблемы. И тут появился Виталик. «Я всё устрою! — сказал он. — Свадьба — завтра. Крестины — в пятницу. Просто скажите это вашей мучительнице, остальное я беру на себя».

Заинтригованная Елена Васильевна пришла к загсу в назначенное время и увидела целую толпу людей в свободных разноцветных одеждах. Все они пели, приплясывали, многие были обриты налысо, и совершенно непонятно было, кто здесь жених, а кто — невеста.

Ни дочери, ни её сомнительного кавалера видно не было. Зато к ней с поклоном подрулил какой-то смутно знакомый субъект — кажется, Машин коллега.

— Что это за… секта? — задыхаясь, спросила Елена Васильевна.

— Это просто свадьба. Веганская свадьба, — любезно пояснил Виталик.

— Хулиганская свадьба?

— Никакого хулиганства. Это мои приятели. Они вегетарианцы. Решили вот, шутки ради, расписаться.

— Шутки ради? Это не шутки!! А где моя дочь?

— Дома. Я так понял, что вас давно не приглашали на свадьбу, а вам хочется погулять, попить шампанского. Шампанского, правда, не обещаю, но скоро станет очень весело!

Елена Васильевна побагровела и, развернувшись на каблуках, зашагала прочь.

— А на крестины вам тогда не надо идти, — крикнул ей вслед Виталик. — А то пожелаете ребёночку веретеном уколоться.

После этого инцидента Елена Васильевна стала относиться к Константину Петровичу и вовсе скверно.

— А точно за этим твоим Космонавтом можно через видеокамеру следить? Он не сжульничает, раз такой умный? — спросил Цианид. — А скидку за дружбу с тобой он нам сделает?

— Его зовут Космомакс. А цены приятно вас удивят. Соглашайтесь, друзья.

Вернулась Наташа с маленьким портативным пылесосом — видимо, она решила внести коррективы в танец пылинок и существенно сократить балетную труппу.

— Через час — летучка. — взглянув на часы, сказал ей Константин Петрович. — Позвони Шурику и напомни, что сегодня — рабочий день. — потом, повернувшись к Маше, добавил: — Ну, ты решила? У меня сейчас будет разговор с Москвой.

— Нет. Наверное, всё-таки нет, — ответила та.

— Подумай ещё. Ты же этого хотела. Я пока поставлю этот вопрос на паузу… — и, поймав любопытный взгляд Виталика, коммерческий директор углубился в изучение утренней корреспонденции. Или сделал вид, что углубился. В надежде получить объяснения, Виталик посмотрел на Машу. Но объяснений не предвиделось и на этом фронте.

А дело было вот в чём. В Москве в кои-то веки задумались о расширении питерского филиала. Ну, не то чтобы о расширении. Просто спустили Константину Петровичу приказ — нанять ещё одного сотрудника в отдел продаж, в помощь сёстрам Гусевым. Не потому, что они не справлялись с делом. Скорее — наоборот. Грозные бабульки работали так хорошо, что им уже нужен был помощник — чтобы исполнять простую бумажную работу, не требующую особенных умений.

Вот этим-то помощником Константин Петрович и видел Машу. А что же? Она аккуратная и ответственная, все счета-фактуры будут у неё в полном порядке, подшиты в папки по месяцам, и не надо будет носиться по всему зданию в поисках важной бумажки, без которой может сорваться долгожданная отгрузка товара на несколько сотен тысяч.

Только Маша не спешила из внештатного корректора превращаться в штатного помощника. До сих пор положение вещей её вполне устраивало. Она была здесь, со всеми вместе, — и в то же время в любой момент могла отправиться куда угодно: гулять по крышам, покупать продукты к ужину, кататься на роликовых коньках или сесть в автобус и уехать на целый день в Хельсинки. Ей нравилось то, чем занимаются мунги, — это было действительно то, о чём она мечтала всегда. Но вот издательская рутина — это совсем иное. Корректор — он ещё хоть какое-то отношение к книгам имеет. А секретарь-помощник в торговом отделе? Чем отличается эта должность от работы секретаря-помощника в торговом отделе любой другой компании?

«Так с тобой всегда, — думала она, а в голове звучал голос матери: «С тобой так всегда. Нашла работу своей мечты. Поработала. И всё, спеклась? Так и будешь всю жизнь мыкаться. И мужик тебя потом бро…» Э, нет. Перебор, мамуля.»

Но что делать, что делать, если она распробовала свою новую работу, почувствовала вкус и поняла, чего ей хочется на самом деле.

Быть рядом с книгами. Листать их, читать. Но не воспринимать книги как товар. Ведь на самом деле книга — это не товар. Кто-то что-то перепутал, всех запутал, или обдурил — и книги скоро будут продавать на развес, как бывшие в употреблении вещи.

Бывшие в употреблении книги. Это ведь совсем иное дело!

«Ну-ну. Размечталась. Надо было оставаться в районной библиотеке — на первой работе».

Это — снова голос матери.

«Я бы осталась, мамочка, — подумала Маша в ответ, — но ты так убедительно притворилась умирающей, что мне пришлось уволиться, чтобы ухаживать за тобой. И ты чудесным образом выздоровела. Не сразу я поняла, как устроена эта игра. А когда поняла, в библиотеке мне уже нашли замену».

Разворошив аккуратную папку с корреспонденцией, Константин Петрович кивнул каким-то своим мыслям и вышел в коридор.