Разоблачение Тисл Тейт - Кейтлин Детвейлер

Моя вселенная была крошечной, но чудесной, по крайней мере в раннем детстве. Всю свою тоску и печаль отец сумел трансформировать в любовь ко мне. Часами читал мне перед сном, пока я не засыпала, без устали разрабатывал планы домашнего обучения, по первой просьбе готовил для меня блинчики с шоколадом, просматривал онлайн-уроки, чтобы научиться заплетать мне косички и красить ногти. Он так хорошо справлялся с ролью отца, что я иногда почти забывала скучать по маме. Почти.

Я выполняла задания, а он тем временем брался за целую вереницу удаленных работ – и бросал их. Онлайн-репетиторство, виртуальные консультации, служба поддержки клиентов, расшифровка аудиозаписей. Ипотеки у нас не было, потому что мама унаследовала дом от своих родителей, хоть в чем-то нам повезло (если везением можно считать тот факт, что оба ее родителя умерли совсем молодыми). Я же появилась у родителей в довольно зрелом возрасте, когда им было далеко за тридцать, и к тому моменту они уже успели кое-что скопить. Также помогла страховая выплата после маминой смерти. Однажды папа пытался все это мне объяснить, когда я спросила, почему ему не обязательно ходить на работу, как родителям Лиама. Но даже будучи ребенком, глупой я не была. Я знала, что счета требуют оплаты.

Единственной константой в жизни отца было писательство. Он всегда мечтал именно писать, хотя выбрал преподавательскую деятельность, потому что так было практичнее. Он говорил, что в его решении оставить работу в школе все-таки есть что-то хорошее: теперь меньше времени будет уходить на проверку контрольных и больше на писательство. Сначала он попробовал себя в жанре мемуаров о том, как отец-одиночка справляется с воспитанием дочери. Целый год он отправлял эту рукопись разным литературным агентам. Но никто ее не принимал. Тогда он решил попробовать вариант с детской книжкой с картинками, потом – с книжкой для детей младшего школьного возраста, потом среднего (его интересы развивались параллельно с моим взрослением). Приключения, фэнтези, научная фантастика, исторический роман, детектив. Он перепробовал все.

Более десяти лет сочинительства – но ничего так и не продалось. С каждым отказом папа все ниже опускал голову и еще на шаг отдалялся от меня. Я становилась старше и начинала понимать, что дело было не только в письмах с отказами. Казалось, что, чем больше проходит времени, чем сильнее отца накрывает реальность, тем сложнее ему притворяться, что все в порядке. Он скучал по маме (иногда я слышала, как он плачет посреди ночи) и беспокоился насчет денег. Однажды я подслушала его разговор с агентом по недвижимости по поводу продажи дома, но мы оба не хотели никуда уезжать. Это был ее дом. Если мама где-то и была, так это в нашем доме, и уж точно не у уродливого розового памятника на кладбище, к которому мы никогда не ходили. Я предложила папе отправить меня в школу, чтобы он сам мог снова начать преподавать, но он сказал, что лучше уж будет со мной дома.

А потом внезапно появилась надежда. Новая рукопись, самая лучшая из всех, что он написал. «Девочка в потустороннем мире». Идею он позаимствовал из одного задания по английскому языку, которое сам мне дал: «Придумайте сцену в загробном мире, как вы себе его представляете». Его задания нередко были такими вот мрачноватыми.

Но идея мне понравилась, и я провозилась с этой историей гораздо дольше, чем с другими проектами. Я описала нескончаемо высокий небоскреб, уходящий за облака, на каждом этаже которого живут умершие люди. Я же была жива, но могла перемещаться туда при помощи специального портала, крыльца заброшенного дома в нашем районе, а потом в любой момент возвращаться домой. Находясь в том небоскребе, я, конечно, искала мою маму, а еще заводила новых друзей со всего света. И в самом конце на какое-то волшебное мгновение я ее нашла. Нашла маму.

Только через несколько месяцев я узнала, что именно отсюда начался путь Мэриголд Мэйби. Отец до полного изнеможения работал над рукописью, и когда я наконец ее прочла, то была просто потрясена.

История начиналась с того, что пятнадцатилетняя Мэриголд едва выживает в автокатастрофе, которая уносит жизнь ее мамы, Вайолет. Но потом девочка находит портал (как я его и описала) в пространство, которое называется потусторонним миром, где красиво, темно, безупречно – и все очень напоминает мир, который я создала в своем сочинении.

Папа не хотел рассылать агентам рукопись «Девочки в потустороннем мире», как я его ни убеждала, что мне эта история очень понравилась. Он с ужасом думал о новом отказе, постоянно твердил, что рукопись требует доработок. Но я очень в него верила. В него и в Мэриголд. Поэтому я настаивала. Но он настойчиво сопротивлялся.

Так дела обстояли всего несколько недель назад. Разослал ли он в конечном счете свою рукопись? Утонул ли в очередных отказах? Я слишком беспокоилась, чтобы продолжать заниматься, а еще меня разбирало сильное любопытство. Я положила кисточку и отправилась в кабинет. Люси следовала за мной по пятам и даже врезалась в мою ногу, когда я остановилась перед папиной дверью.

– Пап, все хорошо?

Тишина. Я была готова сама повернуть ручку, когда дверь распахнулась.

– Все в порядке. Только мне нужно кое о чем с тобой поговорить.

– О чем-то хорошем?

Я боялась надеяться.

– Думаю да, но… Все сложно. – Папа отвел взгляд и нахмурился.

– Расскажи.

Папа зашел обратно в кабинет и жестом предложил мне присесть на двухместный диванчик. Сам он сел на крутящийся стул у своего письменного стола и подкатился на нем вплотную ко мне. Люси уже уселась у моих ног и смотрела на отца так же внимательно, как и я.

– В общем, я тебя послушался, – начал он, не отрывая взгляда от рук, которые сцеплял и расцеплял у себя на коленях. – Я разослал историю про Мэриголд литературным агентам.

– Что? Папа! Прекрасные новости! – Я наклонилась вперед, чтобы его обнять.

Он вяло положил руку мне на спину и несколько раз легко и быстро похлопал меня по спине.

Я откинулась назад и нахмурилась.

– Ладно. Объятие весьма неубедительное. В чем подвох?

– Точно. Ты, как всегда, все чувствуешь. – Папа натужно засмеялся. – В общем, я решил на этот раз разослать рукопись только десяти агентам, агентам моей мечты, если уж на то пошло. Но, делая это, я… Э…

Последовала пауза. Я сощурилась, ничего не понимая.

– Ты?..

– Ну, я так боялся, что и ее отвергнут, что решился на эксперимент. Мне было любопытно посмотреть, какую роль играет биография в принятии решений относительно рукописей неизвестных авторов. Поэтому я… М-м… Я решил все немного переиграть. Наверное, именно так можно назвать то, что я сделал. Я сказал им, что книгу написал кто-то другой.

– Что-то я теряю суть, – сказала я. – Если ты сказал, что не писал эту книгу, тогда кто?

– Ты.

Я засмеялась.

– Бессмыслица какая-то. Я?

– Да. Я написал сопроводительное письмо от твоего имени. Отметил, что мне только что исполнилось пятнадцать, что у меня родилась идея истории про Мэриголд, потому что моя мама погибла в автокатастрофе, когда я была совсем ребенком… И фото я тоже приложил. Твое.