Поцелуй под омелой - Эбби Клементс

Когда минутная стрелка часов дошла до цифры двенадцать, Лори уже по макушку наполнилась острым предвкушением встречи. Она посмотрела в окно и прислушалась: едет? не едет? Пока было тихо. Она представила себе улыбку Патрика и его голубые глаза. Что бы ей такое ему сказать? Или лучше дать ему возможность начать разговор самому?

Минуты шли, пока наконец в десять минут шестого фургон не подъехал к зданию. Из радиодинамика на полной громкости лился блюз Донны Саммер^[4], и, на удивление, ни одна из дам клуба не обратила внимания на подъехавшую машину. Лори подхватила пару пакетов и молча направилась к двери, подстраховывая их коленкой, дабы не уронить, как в прошлый раз. Когда женщины поняли, что происходит, она уже шагала к фургону, и улыбка расцвела на ее лице при виде открывающейся двери водителя. Она бессознательно ускорила шаг; сердце ее бешено колотилось.

Из фургона вышел высокий мужчина. Седой, с густой бородой. Все оборвалось у нее внутри. Она посмотрела за спину бородача, но Патрика в машине не было.

– Давай я заберу у тебя эти мешки, милая, – проговорил мужчина, идя ей навстречу.

Наступила суббота. Утром Лори зашла в магазин хозтоваров и окинула взглядом неведомую территорию. Покупателей почти не было – лишь двое меланхолично бродили в отделе освещения. Лори прошла мимо них прямиком к краскам.

Ночь напролет она провела над швейной машинкой, преображая юбки и пиджаки, и теперь ее чуть покачивало от усталости. В тот вечер, когда долгожданный фургон приехал без Патрика, она сделала несколько набросков одежды. Это отвлекло ее от разочарования. И наутро, готовя завтрак среди замызганных стен, она, охваченная реставрационным порывом, решила заодно привести и кухню в порядок, тем более что на вооружении у нее были советы Дианы, а голова просила кратковременной смены деятельности.

Сейчас, увидев перед собой целый ряд эмульсионных красок и красок для дерева, она нашла на айфоне фотографию с нетронутой частью стены, чтобы подобрать нужный цвет. Прикладывая телефон к пробникам оттенков и прищуриваясь, она пыталась определить, какой же из них подходит больше всего.

– Это «магическая магнолия», – послышался голос из-за ее плеча.

Мужской, глубокий, с северным акцентом. Она обернулась… и нос к носу столкнулась с Патриком. На нем были светлые джинсы и черный шерстяной свитер. Он улыбался. Их глаза встретились, и Лори накрыло горячей волной.

– Ты думаешь? – кокетливо спросила она, надеясь, что он не заметил, как она вспыхнула. – Мне кажется, нужна «слоновая кость».

– Нет, все же «магнолия», – возразил он. – А что ты красишь, кстати?

– Стены на кухне, – ответила Лори. – Не целиком, местами. С ними приключилась маленькая неприятность. А ты зачем тут?

– Да вот мастерю полку у себя дома, – и он показал ей консоли-держатели.

Казалось бы, говорить больше не о чем…

– Помочь тебе? – находчиво предложил Патрик. – Я неплохо крашу стены!

Лори поколебалась. Стоит ли соглашаться? Но, пожалуй, помощник ей все же нужен… Помощник, который знает, что делает!

– Было бы здорово, – уверенно согласилась она, взяла валик, пару кисточек, банку с краской и понесла все на кассу. – Если ты не занят, конечно.

– О, полка пока подождет, – ухмыльнулся Патрик. – Она ждет уже полгода. Мои диски еще не жаловались, что лежат на полу.

– Красивая улица, – присвистнул Патрик, когда они проходили мимо радующих глаз коттеджей в переулке Сноудроп.

– Это не мой дом, – поспешила предупредить Лори. – Я здесь не живу.

Патрик склонил голову набок, рассматривая ее: стрижка, высокие каблуки…

– То есть хочешь сказать, что ты не из деревни? – засмеялся он.

Она промолчала, чуть приподняв уголки губ в знак того, что оценила его шутку.

Перед покраской они закрыли столешницу и пол в кухне газетами, Лори включила музыку. Патрик снял джемпер и остался в футболке, подчеркивавшей атлетичность его складного торса. Через двадцать минут кухня выглядела почти так же, как и когда Лори сюда приехала, хотя новая краска была немного светлее «родной».

– Согласись, теперь не придраться?

– Да, все готово к тому, чтобы ты сожгла здесь еще что-нибудь, – опять пошутил Патрик.

Лори в ответ состроила рожицу.

– Чай? – улыбаясь, спросила она.

– Я думал, ты уж и не предложишь, – картинно вздохнул Патрик. – Подожди!

Придержав ее за плечо, он потянулся к ее волосам и снял с них засохшую краску.

Он действовал очень мягко, и Лори на миг замерла, оказавшись лицом вблизи его чувственных губ. Они были так близко, так притягивали, и на секунду она подумала, что он может…

Образ Джея мелькнул вдруг в ее сознании. Она вспомнила его сексуальный запах… Его карие глаза, то, как он ее смешил… Когда Патрик наклонился к ней и ее ноздри уловили легкий аромат его лосьона после бритья, что-то в ней воспротивилось. Она порывисто вывернулась и занялась чайником.

– Йоркширский золотой? – уточнила она.

– Да, пожалуйста, – тихо ответил Патрик, отодвигаясь от нее на безопасное расстояние. – Два кусочка сахара.

Черт подери, подумала Лори, доставая чашки. Как Джей мог все так испортить, находясь неведомо где?

– Спасибо за помощь, – суховато проговорила Лори. – Ты меня выручил.

Момент был потерян, близости как не бывало – ей хотелось поколотить себя!

– Не за что, – ответил Патрик, пока она доставала чайные пакетики и опускала их в чашки.

– Слушай, – и он дотронулся до ее руки, чтобы она на него посмотрела.

Лори взглянула в его голубые глаза, его взгляд был решительным. Она почувствовала, как по коже побежали мурашки. К ней вернулось волнение.

– Я знаю, ты здесь ненадолго, – продолжил Патрик. – Но скажи, у тебя есть время, чтобы сходить со мной в паб?

* * *

Закрыв за Патриком дверь, Лори широко улыбнулась и исполнила победный танец. Она пойдет на свидание! И он, несмотря ни на что, был очень и очень мил…

Она сунула в проигрыватель диск и разожгла в камине огонь. Вскоре робкие огоньки на дровах переросли в пламя, и Лори уселась за кухонный стол с сырным сэндвичем. Ее жизнь в Скипли налаживалась.

Глава 18
Суббота, 9 декабря

Рейчел налила в два стакана апельсинового соку – себе и Заку. Пожалуй, сейчас самое подходящее время, чтобы поднять этот щекотливый вопрос. Да, Беа в коме, и им надо думать о более серьезных вещах, но больше нельзя игнорировать то, что очень напоминает ей воровство!