Я – пират - Антон Кротков

– Вы напрасно злитесь, господин доктор – примирительно обратился к Мартелю один из крепко держащих его за руки мужчин. – Мы стараемся ради вашей же безопасности. Разве вы не видите рисунок крокодила на груди этого человека.

– Ну и что из этого? Мартель уже не кричал. Он быстро выдохся и убедился, что вырываться бесполезно. И потому француз просто рычал, как посаженный на цепь уличный пёс.

– Это знак Хунгу – уважительно пояснил местный. – Вы чувствуете: ваш враг теперь даже пахнет, как крокодил. Колдун изменил природу этого человека. Теперь его нельзя трогать, пока твоя жена – Маха не победит Хунгу в честном бою.

– Как у вас – местных всё сложно – мрачно проворчал Мартель. – Почему вы так уверены, что эта безобразная татуировка чем-то мне грозит?

– Не только вам, господин доктор – внушительно ответил местный. – Хунгу имеет власть над духами реки и леса. Если закон будет нарушен, то рыба и дичь уйдут отсюда. Но ещё хуже, что крокодилы, змеи, пантеры и дикие быки – начнут охотиться на нас. Они будут подстерегать нас везде – у берега, возле домов, на плантациях мака и сахарного тростника. А вас, господин доктор, обязательно сожрёт Хозяин реки. Посмотрите: этот крокодил на груди вашего врага раскрыл свою пасть именно на вас…

Когда полчаса спустя я выходил из «Прорвы», меня провожали уважительные взгляды местных жителей и полные бессильной ярости глаза Мартеля.

На следующий день утром меня нашёл сын Дуче. С ним был туземец-носильщик, нагруженный различным снаряжением.

– Хочу пригласить вас на охоту, – объявил Нино. По дороге он коротко сообщил мне, на кого именно мы будем охотиться:

– Мальчишка – сын рыбака видел на рассвете блеск водолазной маски в воде. Значит, к нам снова пожаловали гости. Надо их встретить…

Я собрался было расспросить Нино более подробно о том, кто эти гости, и как мы намерены на них охотится, но тут над нашими головами низко пролетел вертолёт:

– Майор со своей командой прилетел – без энтузиазма в голосе прокомментировал Нино, провожая взглядом винтокрылую машину. – Теперь шансы Мартеля против ваших выросли вдвое. Майор женат на двоюродной сестре француза, и постарается защитить родственника…

Наш путь лежал берегом озера мимо стоянки кораблей. На «Ганга 2» кипела работа: по его палубе сновали многочисленные рабочие. На подвесных забортных балкончиках маляры перекрашивали борта сухогруза в тёмно-голубой цвет.

Меня заинтересовали маскировочные сети, которые были растянуты между берегом и кораблём. Нино пояснил, что таким образом изменяются очертания судна. Если гавань будет сфотографирована разведывательным самолётом или спутником-шпионом, полицейские аналитики всё равно не смогут определить, что за конкретный корабль запечатлён на снимке. Вообще, юноша почему-то был со мной на редкость откровенен:

– Через несколько дней «Ганга 2» перестанет существовать, – на ходу рассказывал он, указывая мне на корабль. – Нет, он по-прежнему будет выходить в море, и принимать в свои трюмы грузы, но под другим именем и с новыми документами. Бригада рабочих немного перестроит его надстройки, передвинет мачты, в общем, изменит корабельную архитектуру, чтобы никто не мог узнать прежний «Ганга 2». Он станет «кораблём-призраком». В нашем бизнесе работают десятки таких судов. А оформить на них новые документы не являются проблемой, – в любом азиатском порту можно найти готового на услуги чиновника.

Нино стал рассказывать мне о выгодах пиратского промысла. Причём для юноши своих лет, он очень хорошо разбирался в экономических вопросах. Я даже высказал ему комплимент по этому поводу.

– Просто до четырнадцати лет я жил с матерью в Англии, и учился в хорошей частной школе, – пояснил Нино. – А потом отец взял меня к себе, чтобы приобщить к делу. Папа хочет, чтобы в будущем году я поступил на экономический факультет университета. Но я считаю, что мне, как его наследнику, полезнее на практике хорошо изучить все тонкости семейного бизнеса, и научиться руководить людьми. А финансовыми делами должен заниматься Главный советник – консильери. Вот этот человек должен обладать многими знаниями и достоинствами. Отец уже давно ищет подходящую кандидатуру на это место. Прежнего человека, который исполнял при отце функции главного и финансового советника убили люди Чуньцяо.

Меня не могла не насторожить та удивительная лёгкость, с которой мой собеседник посвящал меня в тайны семейного предприятия. Но парень не был похож на легкомысленного болтуна. У меня создавалось впечатление, что он с какой-то определённой целью нагружает меня конфиденциальной информацией. Но с какой именно?

Вскоре нас встретил проводник. Вслед за ним мы вошли в лес. Джунгли мне не понравились ещё в тот раз, когда я ходил к колдуну. Впрочем «не понравились», это не слишком точное определение. Просто я понял, что этот мир враждебен белому человеку. Со всех сторон тебя окружает серо-зелёная стена из кустов, лиан, разных колючек. Всё это шевелиться, шуршит, норовит зацепить, уколоть или порезать. Надо быть постоянно готовым к встрече с ядовитой змеёй или опасным насекомым, притаившимся в этой растительной массе.

В джунглях ощущаешь себя будто на дне глубокого колодца, ибо дневной свет сюда почти не проникает. Вся жизнь кипит высоко над головой – в кроне тропического леса, а ты можешь лишь увидеть крохотный кусочек голубого неба, вдруг мелькнувший в просвете между ветвями. К тому же в тропическом лесу ужасно влажно и жарко. После десяти минут пребывания здесь ты тоже становишься мокрым, как и всё вокруг.

Какую-то часть пути мы прошли хорошо натоптанными звериными или охотничьими тропами. А вот дальше нам пришлось с помощью мачете пробиваться сквозь густые заросли. На таких участках мы продвигались с черепашьей скоростью. Пот заливал мне глаза. Хорошо ещё, что перед выходом в этот рейд Нино любезно предложил мне переодеться в тропическое армейское снаряжение. В специальных ботинках мои ноги не так сильно промокали, даже когда мы хлюпали по болотной жиже, по щиколотку утопая в ней. Специальная сетка на лице, шарф и перчатки защищали моё лицо, шею и руки от полчищ москитов, комаров, слепней, гнуса и прочих кровососущих летающих тварей. Впрочем, полностью защититься от укусов свирепых насекомых было невозможно. Они лезли под одежду и даже временами прокусывали специальную ткань моей экипировки.

Изрядно вымотавшись, мы, наконец, обогнули гавань и оказались на другом берегу озера – прямо напротив деревни и стоянки кораблей. Нас уже ждали. Я услышал тихий свист. Человек с автоматом «Калашникова» в руках вырос перед нами словно из-под земли. Бородатый, длинноволосый в выцветшей на солнце камуфлированной куртке автоматчик был похож на партизана. Я так его про себя и назвал. Он сдержанно кивнул Нино, и знаком велел следовать за ним. По пути к нам присоединились ещё двое – чернокожий пират и местный индеец.

И вот мы на месте. На небольшом пятачке вытоптанной травы лежало тело человека. Маскировочная куртка на нём была расстегнута, а зелёная футболка разорвана или разрезана спереди ножом. Я даже не сразу понял, что передо мною труп, до того динамичной выглядела поза убитого. Казалось, он ещё продолжает бороться со смертью, выгибая спину мостиком, согнув ноги в коленях, яростно запрокинув руки за голову. Похоже, что «чистильщикам» было непросто вырвать оружие из этих судорожно скрюченных пальцев.