Варшава - Владимир Козлов

– А когда на работу?

– Скорее всего – никогда. Я знаешь, на сколько влетел? Штук на десять, не меньше – склад товара, компьютер. С чего я тебе буду платить? Слушай, а может все-таки ты, а? Как раз – зарплату получил – и теперь…

– Да нет, что вы…

– Ладно, давай ключ.

* * *

Набираю номер в таксофоне у булочной. В руке – листок с телефонами турфирм, я выписал их в библиотеке из каталога «Бизнес-Беларусь».

Гудки, женский голос:

– Алло.

– Алло, добрый день. Фирма «Ист-тур»?

– Да.

– Вам не требуются переводчики?

– А какой язык?

– Английский.

– Нет, спасибо.

Жму на рычаг, набираю следующий номер. В соседней будке – девушка, я видел ее пару раз в инязе. Светлые волосы стянуты черной резинкой. Она говорит в трубку:

– Алле…

Мой номер занят, я набираю его еще раз. Девушка вешает трубку, идет к инязу.

Трубку снимают, я говорю:

– Алло, фирма «Константин-тур»?

– Да, он самый, – отвечает мужской голос.

– Здрасьте, я по такому вопросу – вам не нужны на работу переводчики?

– Может быть, и нужны. А вы бы, молодой человек, представились для начала.

– Ну… меня зовут Владимир. Я учусь в инязе, на английском факультете, второй курс.

– Очень приятно. Но такие вопросы я предпочитаю по телефону не обсуждать. Можете придти к нам в офис?

– А когда?

– Можно даже сегодня вечером. В половине седьмого сможете?

– Да, смогу.

– Записывайте адрес: улица Интернациональная, дом три, квартира двадцать один. Знаете, где это находится?

– Да, представляю себе.

– Тогда всего хорошего, до вечера.

Двадцать первая квартира – на втором этаже. Дверь обита коричневым дерматином, к нему прибиты жестяные цифры «2» и «1».

Звоню. Открывает девушка в серой юбке и сапогах на платформе.

– Добрый день, вы за путевкой?

– Нет, я насчет работы. Я звонил…

– Проходите.

В большой прихожей – письменный стол, на стене – рекламные плакаты Праги. На столе – стопка разноцветных брошюрок.

Иду за девушкой по коридору. Она открывает дверь в кухню.

– Константин Петрович, это к вам.

За кухонным столом – мужик в костюме, с галстуком. Лет сорок пять, лицо в морщинах. На столе – чашка черного кофе, пачка «Marlboro» и зажигалка «Zippo», в пальцах – сигарета. Вдоль стен лежат скрученные палатки защитного цвета.

Мужик встает, тянет руку, улыбается.

– Вы, как я понимаю, Владимир. Ну, присаживайтесь, можете раздеться.

Я снимаю «косуху», кладу ее на палатки, сажусь на табурет.

– Итак, вы студент второго курса иняза. Насколько хорошо владеете языком?

– Ну, достаточно, чтобы переводить письменно… или устно.

– Вот как? А зачем тогда все остальные курсы, если за год можно выучить язык? Нет, я не подвергаю сомнению ваши знания, просто любопытно.

– Со второго семестра начинается второй язык – немецкий, ну и другие предметы, специальные…

– Понятно. В принципе, нам люди нужны, качественные кадры всегда ценятся. Это еще Ленин говорил. Хоть его сейчас и низвергли – и справедливо низвергли, я считаю, – но в чем-то он был прав… Да, я не представился – Кулаков Константин Петрович, директор и владелец, можно сказать, этой фирмы. В туризме – больше десяти лет. В профессиональном, я имею в виду. А вообще занимаюсь этим с института. Я, так сказать, «шестидесятник», для меня это – одно из главных удовольствий: по реке на байдарках, с палатками, рюкзаками, песни под гитару… – Он затягивается сигаретой, делает глоток кофе. – И когда появилась возможность совместить полезное с приятным, я сразу за это взялся. Пять лет назад организовал первый в республике спортивно-туристский кооператив. И здесь путешествовали – сплавы по рекам устраивали, слеты туристские, и за границу прорубил окно – начал возить людей в Прагу. Это и сейчас наш основной маршрут.

Заходит впустившая меня девушка, в руке – яблоко. Она открывает кран, моет яблоко над раковиной. Из-за воды слов Кулакова не слышно. Он замолкает.

Девушка выключает воду, выходит.

Кулаков тушит сигарету о край пепельницы.

– Я перейду на ты, если нет возражений?

– Да, конечно.

– Итак, опыт работы у тебя есть?

– Да, я работал месяц в коммерческой фирме, переводчиком, но офис ограбили – и меня сократили…

– А как фирма называлась?

– «Сэйф». Торговля автомобильными системами сигнализации.

– Что-то не слышал про такую. Должно быть, небольшая фирма. Сейчас их много развелось… Хотя это хорошо. Всплеск малого бизнеса… И что ты там делал?

– В основном, переводили инструкции с английского языка…

– У нас, конечно, работа поинтереснее. Мы – развиваемся, причем развиваемся достаточно динамично. Начинали, как я уже сказал, с Праги, теперь освоили новое направление – Грецию. Шоп-туры, но это, так сказать, веление времени, хотя я надеюсь, что скоро люди будут ездить в Грецию не только за шубами, но и посмотреть Акрополь… Да, на чем я остановился? Мы планируем развиваться и дальше, у нас появятся новые маршруты, и в этом смысле знание английского языка нам очень даже пригодится. Все-таки, язык межнационального общения. Значит, разработка туров, деловая переписка, ну и сопровождение групп за границу, естественно.

Он берет из пачки сигарету, закуривает, отпивает кофе.

– Если тебя заинтересовало, будем разговаривать серьезно, в том числе и по поводу зарплаты…

– Да, заинтересовало.

– Это хорошо. Но сначала я должен посоветоваться со своим компаньоном. Брать человека на работу – достаточно большая ответственность, и я не хотел бы давать тебе пустых обещаний. Позвони мне послезавтра в такое же время.

– Хорошо. До свидания.

– Всего хорошего.

* * *

Захожу в комнату. На кровати Дрона – чувак в сером китайском свитере и Лариска из восьмой комнаты, одногруппница Дрона. На столе – два импортных пакета томатного сока и большая бутылка водки «Smirnoff».

– Знакомьтесь, – говорит Дрон. – Это наш сосед, Вован. А это – Слон, раньше был в нашей группе, потом забил на это дело. Работает в обмене валюты, кассиром. Сколько ты получаешь, а, Слон?

– Не скажу.

– Что, секрет фирмы? Не, правда, в некоторых конторах нельзя никому говорить, какая у тебя зарплата. Мне Захаренко, пацан с пятого курса рассказывал – он на «Кока-колу» устроился… Знаешь ты его, такой рыжий, с веснушками. Говорил – подписал контракт, все стабильно. Обязуюсь никому не говорить про свою зарплату или типа того. У тебя, Слонище, тоже так?