Поход на Кремль - Алексей Слаповский

Майя посмотрела на старика, вдохнула запах его умирающей жизни и поняла: он может. И кипятком обварить, и кухонным ножом пырнуть. Кстати! Она прошла в кухню, выдвинула ящик, взяла самый большой нож и прошла мимо старика к двери. Пусть теперь попробуют напасть. Всех прирежет, не пожалеет!

Трое вышли из подъезда, нашли табличку с номером дома. Первый хотел позвонить придурку, чтобы сказать, куда нести деньги.

И тут появился озирающийся Денис. Трое видели его с Майей, поэтому подумали, что это именно он звонил. И вот примчался себе на погибель. Сейчас будет кому-то смешно, а кому-то страшно.

– Уже бежишь? – спросил Первый. – Майю-хуяю ищешь? А тыщу долларов принес?

– Где она? – пошел на них Денис.

– Давай тыщу, скажем.

– Где она, я спрашиваю!

Трое друзей были опытными: Первый стал отступать, приподнимая руки и этим как бы призывая к примирению, а двое, наоборот, продвинулись чуть вперед, заходя с боков. Сейчас они возьмут его в такую коробочку, что в ней потом будут только косточки греметь. Но Денис бывал во всяких переделках, имел дело и с бывалыми зеками, и с отвязными бичами (так до сих пор в их местах называют пошатущих людей, которых в России зовут бомжами – правда, у них там они покрепче, поинтереснее, сохранилась даже старая расшифровка слова «бич»: бывший интеллигентный человек). К тому же он был крепок и ни черта не боялся. Да, не уберегся сегодня, получил по затылку, но там была свалка, толпа, а тут всего-то три человека.

Денис бросился на Первого, отбил мелькнувший кулак, схватил Первого за горло, поставил спиной к себе, а лицом к врагам. Прием известный. Двое растерялись: нападать на Дениса означает теперь напасть на Первого.

– Убейте его! – закричал Первый.

– А как? – глуповато спросил Второй.

– Подойди, покажу, – пригласил Денис.

И Второй, ухмыльнувшись, взял да и подошел. Держался настороже, но не уберегся, Денис резко выдвинул ногу и ударил Второму точно под коленную чашечку. Тот взвыл, согнулся. Денис два раза ударил Первого: по шее и под крестец. Не смертельно, но больно. Первый упал. Потом Денис догнал Третьего, подкосил его под ноги, уронил, пнул под ребра.

Когда Майя осторожно выглянула из подъезда, она увидела: трое негодяев убегают, ковыляя, а Денис подбадривает их сзади, догоняя и пиная то одного, то другого.

– Денис!

Он обернулся.

– Майя!

Майя затряслась от плача – сказалось нервное напряжение. Прислонилась к стенке, нож выпал из опущенной руки.

– Ну, ну, нормально все, – подошел Денис.

– А где Саня? Он же звонил.

– Звонил – придет.

– Он им звонил! У них мой телефон!

– Задача! – сказал Денис. – Как же мы найдемся теперь? А Машин я наизусть не помню.

– Зато я помню телефон Сани, ему надо позвонить откуда-нибудь, а то они его заманят и убьют, понимаешь?

Денис слегка запутался, но кивнул.

Они пошли искать, откуда позвонить.

А Саня в это время названивал Майе. Телефон звонил в кармане Первого, но тот убегал и не имел времени разговаривать. Наконец друзья поняли, что оторвались. А тут и ларек с пивом на их радость. Взяли по бутылке «Балтики № 9».

– Он, наверно, спортсмен, – успокоил друзей Третий.

– Ничего, мы еще вернемся, – грозно сказал Первый.

Тут в очередной раз зазвонил телефон, Первый выхватил его.

– Че, сука, тебе мало? – закричал он. – Ну, иди сюда, мы тебя уроем!

– Ты кому? – спросил Саня.

Первый сообразил, что вроде бы у напавшего на них человека голос был другим.

– Тебе, тебе, – сказал он. – Мы разве не виделись?

– Где вы? И где Майя?

Первый огляделся.

– Ларек пивной знаешь, где магазин «Рубин», цветы тут еще, «Адидас» магазин фирменный.

– «Рубин» знаю.

– Вот иди сюда.

– Майя там?

– Там. То есть тут.

Маша дотрагивалась до руки Сани, но он не обратил внимания. И, только закончив разговор, спросил:

– Что?

– А Денис где?

– Не знаю. Майю найдем, она скажет.

Вот так. Так оно в жизни обычно и бывает. Совсем недавно сидели на чердаке, выглядывая вниз и наблюдая за непонятными действиями групп людей, которые все более четко разделялись на две части по этническому признаку. Решили помедлить, чтобы не нарваться на неприятность (а ход в подъезд через люк уже обнаружили), разговаривали. Маша начала вдруг рассказывать, что она развелась с мужем и приехала в Москву навсегда. Денис – друг детства, дальний родственник. У него тут друзья, он обещал помочь устроиться. Маша знает два языка, была моделью в Иркутске. Кроме этого она отлично рисует, ее картины выставлялись на республиканских якутских выставках.

Она не то чтобы врала о себе, она фантазировала, она чуть-чуть прибавляла к тому, что есть, или выдавала реально желаемое за почти действительное. С мужем не развелась? Но собирается развестись. Не знает двух языков? Но неплохо знает английский и легко может освоить французский, если захочет. Картины не выставлялись? Но рисует-то она действительно отлично! Не была моделью в Иркутске? Но у себя в Нерюнгри зато участвовала в конкурсе красоты и не победила только из-за предвзятости жюри. А если чего и вовсе не было, то будет, обязательно будет. Эта привычка фантазировать у Маши с детства, и она ничуть ее не стеснялась. Это не ложь, а если и ложь, надо просто сделать ее правдой, то есть сказку былью, вот и все. Помнится, в старших классах она идет сдавать экзамен, встречает подружку, не знающую ее расписания, та спрашивает:

– Сдала?

– Сдала.

– И как?

– Пять!

После этого, хочешь не хочешь, надо из кожи лезть, получать пятерку. Впрочем, из кожи лезть не приходилось, учение Маше давалось легко.

С Валерой Дугиным, кстати, так же было. Болтали с подругами в общежитии о том о сем, заговорили о Дугине, положительно его оценивая, Маша таинственно замолчала, что не ускользнуло от внимания подруг:

– Машкин, ты чего это? Гляньте, она красная стала вся! У тебя с ним что-то есть, да?

– Вообще-то мы пожениться собрались, – скромно призналась Маша.

И уже через месяц Дугин сделал ей предложение, хотя, возможно, раньше не собирался. Причем так сделал, будто сам страшно хотел этого, а Маша, наоборот, сомневалась.

Поэтому к концу своего короткого рассказа Маша уже чувствовала себя москвичкой, разведенной, художницей, моделью, но при этом девушкой, которой нужна помощь. Она сумела показать это Сане – зная, что мужчинам нравятся красивые девушки, которым нужна помощь. И Саня всерьез озаботился ее трудоустройством и даже – не ко времени и не к месту – собрался кое-кому позвонить из своих друзей-работодателей.