Большая игра - Молли Блум

Все складывалось удачно, и не только в покере. Мы с Дрю провели сказочное лето. Его родители купили дом на Карбон Бич, самом дорогом пляже в Малибу, известном под названием «Пляж миллиардеров», где обитали только звезды и магнаты. Они купили еще и дом рядом, который в какой-то момент планировали снести, чтобы увеличить площадь своей территории, но на это лето они отдали его Дрю. И мы проводили выходные в очаровательном пляжном домишке стоимостью в десятки миллионов долларов.

МакКурты при всем своем богатстве и статусе дорожили семейными ценностями. По субботам мы с Дрю приходили к ним на обед и регулярно посещали бейсбольные матчи. Я с удовольствием ходила на Доджерсов и, наблюдая за родителями Дрю, Джейми и Фрэнком, поняла, насколько они воодушевлены воплощением своей давней мечты – владеть спортивной командой – и как романтична для них была эта мечта. Мы провели еще пару недель в их летнем доме на Кейп Код и съездили в Бостон посмотреть дом, где Дрю провел детство. Так хотелось, чтобы это лето длилось вечно, но оно быстро подходило к концу.

В последние выходные августа после обеда мы с Дрю мечтательно брели по пляжу. Люси носилась впереди, лая на волны и обнюхивая все вонючие гадости, которые только могла найти.

– Как мы будем праздновать твой день рождения? – спросила я Дрю. У него день рождения был в середине сентября.

– Почему бы нам не поехать в Нью-Йорк? – предложил он. – Сходим на Открытый чемпионат по теннису, вкусно поедим, потом посмотрим матч Доджерс – Мете.

Я обрадовалась. В моем новом мире лето действительно не кончалось. В этом мире всегда было солнечно и тепло и всегда появлялось что-то новое и интересное.

– Полетим с родителями на их самолете.

Вот моя новая реальность. Станет ли она когда-нибудь для меня обычной? Я не хотела бы. Я хочу всегда чувствовать себя такой взволнованной, такой оживленной, удачливой, такой востребованной.

Держась за руки, мы прошли половину пляжа и наткнулись на Рика Саломона. Оказалось, что Рик снял на лето дом на пляже, демонстрируя финансовую мощь порноиндустрии, в которой он был завязан.

Шаннен Доэрти была бывшей женой Рика и бывшей подружкой Дрю, и мне стало не по себе при мысли о неловкости, которая возникнет между двумя мужчинами. Но оказалось, что ни одному не было до этого дела.

– Привет. Как ты думаешь, мы можем поиграть в покер сегодня вечером? – задал вопрос Рик.

– Конечно, – немедленно ответила я.

– Ты тоже можешь играть, МакКурт, – заявил Рик.

– В другой раз, – сказал Дрю.

Я знала, что он не станет играть, и мне в нем это очень нравилось. Он не швырялся деньгами и, по-видимому, несмотря на богатство своей семьи, проявлял здоровое уважение к ценности доллара.

– Я прозондирую почву и сразу позвоню, – сказала я.

На обратном пути я спросила Дрю:

– Ты ведь не против?

Понятно, что у нас были планы, но Дрю должен понять. Это бизнес.

Он ответил, что нет, но возникшая после разговора напряженность не проходила. Речь шла о работе, и я бы никогда не встала на пути его устремлений. И все-таки меня мучило чувство, что мне следовало с ним посоветоваться, прежде чем согласиться проводить игру в наши выходные, вместо того чтобы остаться дома с ним.

В течение часа я организовала игру. Было много зрителей, намного больше, чем обычно. В основном это были девушки в бикини. Откуда-то взялся рэпер Нелли. Он был очень вежлив, и его свита тихо сидела рядом на диванчиках. Поскольку это были последние выходные лета, на пляже тут и там собирались компании на вечеринки, и люди переходили от одной к другой. Я обычно по-другому организовывала игру, но сейчас это была игра Рика. В тот момент, когда я выдавала Нелли еще один бай-ин, к нам подошел Нейле Кантор. Нейле был родом из очень богатой семьи, известной своими огромными коллекциями произведений современного искусства, и в нем бурлил какой-то детский энтузиазм, но под маской инфантилизма скрывался проницательный ум бизнесмена. Он призывно помахал, чтобы я вышла. Я попросила Диего присмотреть за игрой.

Нейле энергично схватил меня за руку.

– Скажешь мне потом спасибо. – Глаза его сверкали, в голосе звучало воодушевление. Он практически стащил меня с лестницы на мокрый песок. – Я знаю Брэда уже давно, он возглавляет крупнейший фонд, и делает это ОЧЕНЬ ХОРОШО. Я знаю многих, кто вложил миллионы в его фонд. Брэд к тому же серьезный игрок. Я встретил его на пляже и притащил к тебе.

Нейле с довольным видом смотрел на меня, как щенок, вернувший мяч хозяину.

Он продолжал тянуть меня за руку, пока мы не остановились перед симпатичным парнем в пляжной одежде.

– Познакомься: Брэдли Рудерман, – с гордостью объявил Нейле.

Мы перебросились несколькими фразами, и я пригласила его войти. К сожалению, я не могла воспользоваться свидетельством Нейлса как гарантией. И я не хотела просить Нейлса прибегнуть к вокингу. «Вокинг» означает гарантию оплаты в случае, если кто-то проиграет. В данном случае это Нейле должен был бы покрыть сумму, если Брэд не сможет или не захочет платить. Единственный вог, которому я могла бы доверять, это если его предоставляет кто-то из участников игры, а Нейле не играл. У него могли быть самые лучше намерения, я в этом не сомневалась, но я оказалась в трудной и в определенном смысле неловкой ситуации. Я объяснила все это Брэду, наблюдавшему за игрой с выражением, которое я не могла охарактеризовать иначе, чем полнейшее помешательство.

– Я бы рада была позволить вам играть, но либо вы должны иметь деньги с собой, либо кто-то должен гарантировать оплату за вас.

– Артур подойдет? – спросил он.

Артур поднял глаза и быстро кивнул. Именно это и было мне нужно. Я снабдила Брэда фишками.

Мне в жизни не попадался такой плохой игрок. Казалось, он вообще первый раз играет в покер. Он проигрывал один бай-ин за другим до тех пор, пока не оказалось, что все за столом выиграли, а он должен их финансировать. Игроки с подозрением смотрели на меня, в их глазах читались ярость и желание разорвать неудачника на куски. В воздухе явственно запахло кровью. Я отправила Артуру сообщение с уточнением каждого бай-ина и объяснением ситуации. Но Артур выглядел совершенно невозмутимо.

– Он в состоянии платить, – ответил он.

К концу игры Брэд проиграл крупную шестизначную цифру на десятитысячном бай-ине. При этом выглядел он абсолютно счастливым.

– Я живу через пару домов отсюда. Не возражаете, если я схожу за чеком? – вежливо спросил он.

– Нет, нисколько, – ответила я.