Вирус родной крови (формула предательства) - Михаил Самарский

– Да нет, дорогой Михаил Павлович, правильно я вас величаю?

– Правильно, – буркнул Калач.

– Бить, не знаю, можно ли и нужно ли, а вот тюрьма по тебе плачет.

– Это ещё за что? – удивился Калач.

– Сейчас приедем на Петры, там всё и объясним. Не спускать с них глаз, – строго приказал полковник. – Пенсионеры, вашу мать. Сейчас проверим ваш пенсионный фонд.

– Ты что натворил, Мишка? – закричал Палыч. – Опять куда-то вляпался? И нам из-за тебя покоя нету. Начальник, ну с нас-то хоть сними наручники. Мы уже оба на ладан дышим, а вы нас словно уголовников каких заарестовали.

– Молчать! – приказал Макаров. – Я вас негодяев за километр чую. У тебя, пенсионер, на лбу написано, что ты бандюга законченный.

– Как вы смеете? – вскричал Палыч. – Я буду жаловаться прокурору. Я – честный человек. Всю жизнь горбатил на заводе.

– Если честный, – сказал Макаров, – я извинюсь перед вами. – Так, ну что? Забираем гавриков? Вы тут поработайте, – обратился Макаров к группе оперативников, – а мы поехали, проверим этих потерпевших пенсионеров…

В дом вошли Спектор, Самохин и Шахова.

– Ну что там на стройке? – спросил Катрам.

– В туалете была раздвижная стена, – доложил Спектор. За ней ход в низ. И по тоннелю под зданием выход на улицу. Брызгалов из туалета и не выходил. Они специально разыграли спектакль с сантехником и Тосиной, с окурком.

– Как такое может быть? – удивился Макаров. – Кто осматривал место происшествия?

– Да все осматривали, Олег Денисович, – вздохнул Спектор. – Там комар носа не подточит. Никому и в голову не могло прийти, что бетонная стена отодвигается в сторону. У нас ещё один подозреваемый появился.

– Кто такой? – спросил полковник.

– Смагин Сергей Фёдорович, это он руководил нелегальным строительством на объекте «Спартакиада». Шахова выяснила, что они с Калачёвым, вместе отбывали срок.

– Это правда, Калач? – спросил Макаров. Тот, насупившись, молчал.

Спектор вплотную подошёл к Калачу и тихо сказала:

– Ты знаешь, где наш сотрудник, капитан Рюмина. Пока не поздно, скажи.

– Какая Рюмина? – захныкал Калач. – Ну что вы все на меня ополчились?

– Смотри, Миша, – пригрозил Макаров, – если врёшь, я тебе лично яйца оторву. Понял?

– Я правду говорю, – буркнул Калач.

– Олег Денисович, – сказал Спектор, – за углом в ста метрах от дома стоит машина Рюминой. Она была здесь. – И обратившись к Шаховой и Самохину, приказал: – Костя, Мария, обыщите весь дом. Внимательно, здесь наверняка тоже есть раздвижная стена. Всё тщательно проверьте.

– Да мы всё уже обыскали, товарищ майор, – сказал начальник отряда, – никого здесь, кроме вот этих балбесов, нет.

– Нам всё равно нужно тщательно осмотреть весь дом, – сказал Спектор. – Этих стариков-разбойников тоже пока не отпускать.

– Да что вы сегодня, как с цепи сорвались, – возмутился Минин, – разбойники, бандиты, балбесы. Вы разве не видите, меня ранили?

– Вот пуля, Александр Прохорович, – доложил один из оперативников.

– Немедленно на экспертизу, – приказал Макаров. – Молитесь, граждане, чтобы эта пуля не оказалась из пистолета нашего сотрудника. Три шкуры с вас спущу. Вы своей смертью не умрёте. Лучше сразу правду говорите.

– Мы уже всё сказали, – процедил Минин. – Добавить нечего.

48

Кислов чиркнул зажигалкой и, прищурившись, вгляделся в циферблат.

– Без четверти двенадцать, – тихо сказал он. – Скоро полночь. Что-то ваши коллеги, Оксана Владимировна, медленно работают.

– Тише едешь, дальше будешь, – ответила Рюмина. – И почему «мои коллеги», – усмехнулась она. – Ты уже отказался от звания подполковника?

Неожиданно заговорил Брызгалов, который всё это время находился в полузабытье.

– Вы оба из полиции? – спросил он.

– Почти, – уклончиво ответила Рогожкина. – Как спалось, Фёдор Степанович? – спросила она.

– Извините, – тихо произнёс пленник. – Что-то я совсем потерялся. Я все эти дни практически и не спал. Как вы меня нашли?

– Вы опять за своё, – ухмыльнулась Рюмина. – Не это же главное «как», а главное, что нашли.

– Долго я спал? – стуча зубами от холода, спросил Брызгалов.

– Прилично, – ответила Рюмина. – Как вы себя чувствуете?

– Я и сам не понимаю, – ответил Брызгалов.

– Фёдор Степанович, кого подозреваете? – неожиданно спросила Рюмина.

– А что тут подозревать? – хмыкнул Брызгалов. – Лизкиных рук дело. Жёнушки моей. Я, дурак, решил блефануть немного. Сказал ей, что, мол, накопил большую сумму денег. А она вцепилась в эту информацию, как бульдог. Давай допытываться от меня, где я деньги спрятал. Я потом ей сказал, что пошутил. Но она, видимо, не поверила.

– Так вы считаете, похищение организовала ваша жена? – спросила Рюмина.

– Ну а кто ещё? Скорее всего, она. Эти-то отморозки требуют с меня двадцать миллионов евро. Откуда они знают сумму, о которой я никому, кроме Лизы, не говорил?

– А вот Денис Витальевич тоже знал об этой сумме, – с ехидцей сказала Рюмина.

– Кто такой? – удивился Брызгалов.

– Я, – ответил Кислов. – Ваша жена мне предлагала вас похитить…

– Так вы… это… значит, – испуганно залепетал Брызгалов, – не из полиции?

– Да успокойтесь вы, Фёдор Степанович. Денис Витальевич помогает нам. Только благодаря ему, мы и нашли вас.

– Как ваша фамилия? – спросил Брызгалов и добавил с сарказмом: – Денис Витальевич.

– Кислов.

– А-а-а… я всё понял. Так это, значит, с вами Лизавета любовь крутила?

– Да, – ответил Кислов. – Но, как только она заговорила о вашем похищении, мы расстались.

– А что же ты ко мне не подошёл? – хмыкнул Брызгалов.

– Как вы себе это представляете? – усмехнулся Кислов.

– Ну, как? Пришёл бы, сказал: так, мол, и так…

– Да бросьте вы, Фёдор Степанович, Ваньку-дурака валять, вам самому не смешно? Не говорите глупостей…

– Ну почему же глупости? – вскричал Брызгалов. – Почему глупости? Вам предлагают совершить преступление, а вы.. а вы…

– Только не надо на меня кричать, – остановил Кислов. – К вам на приём нужно за полгода вперёд записываться, и ещё не факт, что попадёшь к вам, а не к какому-то мелкому клерку, – раздражённо добавил Кислов. – Вы же у нас небожители. Боги! Да и вообще, я не думал, что это настолько серьёзно. Мне казалось, что я отговорил её от этой затеи…

– Отговорил, – недовольно буркнул Брызгалов. – В полицию нужно было заявить, ухажёр…