Достоевский. Энциклопедия - Николай Николаевич Наседкин

Натуральная школа

Название начального этапа развития критического реализма в русской литературе 1840-х гг. Термин изобрёл Ф. В. Булгарин, пренебрежительно обозвав так последователей Н. В. Гоголя в своей газете «Северная пчела» (1846, 26 янв.). В. Г. Белинский, подхватив это определение, переосмыслил значение прилагательного «натуральное», во главу угла поставив его суть — ПРАВДИВОЕ изображение действительности. Программной для Натуральной школы стала статья Белинского «Взгляд на русскую литературу 1846 года», а фундаментальными изданиями — альманах «Физиология Петербурга» и «Петербургский сборник», составленные и изданные Н. А. Некрасовым. Печатными органами нового направления стали «Отечественные записки» и «Современник». В критике и литературоведении принято термином «натуральная школа» обозначать гоголевское направление в русской литературе.

Достоевский дебютировал романом «Бедные люди» в «Петербургском сборнике» и был провозглашён самим Белинским лидером натуральной школы. Повести и рассказы «Двойник», «Господин Прохарчин», «Ползунков» и ряд других ранних произведений писателя по тематике и выбору героев ещё вполне укладывались в рамки этого направления, но уже Белинский отметил, что Достоевский сворачивает куда-то на свою дорогу, всё дальше уходит от «физиологии» к «психологии», от «натурализма» к «реализму». Обыграв известное выражение Достоевского («Все мы вышли из “Шинели” Гоголя»), можно сказать: посещение писателем в гоголевской «шинели» уроков в «натуральной школе» стало только первым, хотя и очень важным этапом в его творческом становлении на пути к высотам психологического, «фантастического» реализма.

Неворотова Елизавета Михайловна

(1837–1918)

Знакомая Достоевского в Семипалатинске. По свидетельству её племянницы Н. Г. Никитиной, солдат Достоевский познакомился с Неворотовой, торговавшей калачами на семипалатинском рынке, в 1854 г., покупал у неё калачи, подружился с ней, может быть, даже и влюбился в неё и написал красивой лотошнице целую пачку (более «двух десятков») писем, которые, увы, не сохранились. Эта романтическая история могла произойти, конечно же, только до встречи Фёдора Михайловича с М. Д. Исаевой, бурный роман с которой начался летом 1854 г. и завершился в феврале 1857 г. свадьбой.

Некрасов Николай Алексеевич

(1821–1877)

Поэт, издатель ряда сборников и альманахов, в том числе «Петербургского сборника» (1846), издатель-редактор «Современника» (1847–1866), «Отечественных записок» (1866–1877). Достоевский познакомился с ним в мае 1845 г., когда Д. В. Григорович, выслушав с восхищением «Бедных людей» в чтении автора, отнёс рукопись Некрасову — об этом подробно вспоминал в ДП за 1877 г. (янв., гл. 2) сам Достоевский. Именно Некрасов заявил восторженно В. Г. Белинскому, потрясая романом никому ещё не известного автора: «Новый Гоголь явился!» «Бедные люди» стали украшением «Петербургского сборника», а вдохновлённый Достоевский, помимо новых произведений, написал объявление для следующего альманаха Некрасова «Зубоскал», вместе с ним и Григоровичем сочинил фарс «Как опасно предаваться честолюбивым снам» для ещё одного задуманного поэтом сборника («Первое апреля»).

На этом первый безоблачный этап их взаимоотношений закончился. Вскоре Некрасов совместно с язвительным И. С. Тургеневым (и, возможно, И. И. Панаевым) высмеяли обидчивого Достоевского в стихотворном шарже «Послание Белинского к Достоевскому»:

Витязь горестной фигуры.

Достоевский, милый пыщ.

На носу литературы

Рдеешь ты, как новый прыщ.

Хоть ты юный литератор.

Но в восторг уж всех поверг:

Тебя знает Император.

Уважает Лейхтенберг.

За тобой Султан турецкий

Скоро вышлет визирей.

Но когда на раут светский

Перед сонмище князей,

Ставши мифом и вопросом,

Пал чухонскою звездой

И моргнул курносым носом

Перед русой красотой,

Как трагически недвижно

Ты смотрел на сей предмет

И чуть-чуть скоропостижно

Не погиб во цвете лет.

С высоты такой завидной,

Слух к мольбе моей склоня

Брось свой взор пепеловидный,

Брось, великий на меня!

Ради будущих хвалений

(Крайность, видишь, велика)

из неизданных творений

удели не «Двойника».

Буду няньчиться с тобою,

Поступлю я как подлец,

Обведу тебя каймою,

Помещу тебя в конец.

[Волгин, с. 517, 521, 530].

Достоевского особенно задело, что бывшие приятели-друзья издевались на тем, как он упал в обморок перед великосветской красавицей А. В. Сенявиной в салоне графа М. Ю. Виельгорского. Позже Некрасов в неоконченной повести «Как я велик!» вывел Достоевского под именем Глажиевского и в довольно ироничном свете описал историю его дебюта — правда, автор «Бедных людей» никогда об этом не узнал. Сам он в письме к старшему брату М. М. Достоевскому от 26 ноября 1846 г. так объяснял ситуацию разрыва: «Скажу тебе, что я имел неприятность окончательно поссориться с “Современником” в лице Некрасова. Он, досадуя на то, что я всё-таки даю повести Краевскому, которому я должен, и что я не хотел публично объявить, что не принадлежу к “Отечеств<енным> запискам”, отчаявшись получить от меня в скором времени повесть, наделал мне грубостей и неосторожно потребовал денег. Я его поймал на слове и обещал заемным письмом выдать ему сумму к 15-му декабря. Мне хочется, чтобы сами пришли ко мне. Это всё подлецы и завистники. Когда я разругал Некрасова в пух, он только что семенил и отделывался, как жид, у которого крадут деньги. Одним словом, грязная история. Теперь они выпускают, что я заражён самолюбием, возмечтал о себе и передаюсь Краевскому затем, что Майков хвалит меня. Некрасов же меня собирается ругать…»

Н. А. Некрасов

После возвращения из Сибири Достоевский пытался опубликовать у Некрасова в С повесть «Село Степанчиково и его обитатели», но поэт-редактор, в конце концов, отклонил рукопись. Когда братья Достоевские основали журнал «Время», Некрасов откликнулся на просьбу о сотрудничестве и опубликовал в нём стихотворение «Крестьянские дети» и отрывки из поэмы «Мороз Красный нос». Однако ж впоследствии между почвенническим «Временем» (а затем «Эпохой») и революционно-демократическим журналом Некрасова вспыхнула резкая полемика. Отзывы Достоевского о Некрасове и его поэзии в конце 1860-х — начале 1870-х гг. неоднозначны: к примеру, глава «Влас» «Дневника писателя» за 1873 г. посвящена некрасовскому герою, в котором Достоевский видел символический прекрасный образ, свидетельствующий о величии русского народа и способности его к «восстановлению и самоспасению». Но в том же ДП («По поводу выставки») автор о дилогии Некрасова «Русские женщины» отозвался отнюдь нелицеприятно: «Я читал две последние поэмы Некрасова — решительно этот почтенный поэт наш ходит теперь в мундире <…> мундирный сюжет, мундирность приёма, мундирность мысли, слога, натуральности… да, мундирность даже самой натуральности…»

Следующий этап — публикация на страницах некрасовских ОЗ «Подростка» (1875), что вызвало неудовольствие как со стороны друзей-товарищей Достоевского,