Моя жизнь на тарелке - Индия Найт

— Достаточно… Но не безумно, да? — Взгляд Роберта устремлен мимо меня, куда-то в пространство. — Ты ведь знаешь, Клара, что я тебя люблю.

— Конечно. А я тебя.

— И никогда не причиню тебе зла.

— А я тебе. Ты пытаешься что-то сказать, Роберт?

— Нет, Клара. — Роберт ковыряет вилкой грибы. — Я ничего не пытаюсь сказать, кроме того что мы с тобой избалованные люди и нам неплохо бы хоть изредка молиться. Твое здоровье. — Он приподнимает бокал.

— Твое. Но я это делаю регулярно. В смысле — молюсь каждый день.

— Правда? — Роберт поводит бровью. — Вот как… Ладно, сменим тему.

Я посвящаю его в проблемы Тамсин. Роберт докладывает о романе (пока незатухающем) Ричарда с секретаршей и пересказывает сплетни сотрудников. В одиннадцать вечера мы покидаем ресторан; один из нас чуть пошатываясь (догадайтесь кто), второй трезвый как стеклышко. Дома, не сговариваясь, первым делом поднимаемся в детскую, по очереди целуем спящих мальчишек. Роберт ждет у двери, пока я приглаживаю спутанные кудряшки Джека, и, когда я поднимаю глаза, его солнечная, предназначенная одной мне улыбка вмиг стирает из памяти все странности ресторанного разговора.

* * *

У меня выходной. Я его сама себе назначила. На четверг. Завтра премьера Сэма Данфи, а сегодня я отправляюсь по магазинам. Фло вызвалась посидеть с ребятами, так что да здравствует свобода! Куплю красивое платье и туфли, косметики наберу впрок… Чего уж там скрывать — я вне себя от восторга. Долой практичные тряпки и плевать на ценники. Даже не посмотрю на цифры, сколько бы их там ни было. Буду швыряться деньгами, как в былые времена.

Фло составила для меня список нужных магазинов. Не поймите превратно — дорогу до «Селфриджа» я найду с закрытыми глазами, но адреса изысканных бутиков давно не значатся в моей записной книжке. А они мне сегодня нужны позарез. Я мечтаю о самых красивых вещах, которые только можно приобрести за британские деньги. Целых восемь лет я не тратила больше ста фунтов на платье.

Следуя указаниям Фло, вблизи Ковент-Гарден отыскиваю узенькую улочку, с замиранием сердца шагаю по мостовой и уже через несколько домов, как и обещано, обнаруживаю то, что надо. Очаровательные маленькие витрины поблескивают заманчиво и многообещающе. Воздушные, сверкающие, усыпанные блестками и отделанные перьями наряды на роскошных стойках разобраны по цветам: бирюзовые, мармеладно-розовые, пурпурные, фиолетовые. Еще с улицы я западаю на одно из платьев — цвета апрельской зелени, струящееся, оно достойно разве что русалочьей принцессы.

Со своего наблюдательного пункта я вижу миниатюрных продавщиц с миниатюрными ловкими пальчиками… и мигом превращаюсь в мутанта под две тонны весом, разрушителя бесценных нарядов, грозу потайных и прочих швов. На мое счастье, Мадонна, не успев далеко уйти, с готовностью спешит на помощь. Стала бы Мэдди торчать на мостовой, трясясь от страха перед костлявыми созданиями с двумя извилинами на всех? Ни под каким видом. Ну так и я не стану. Толкаю дверь и вступаю в пещеру Аладдина.

Но что это? Ни злобных взглядов, ни презрительного шушуканья, ни советов «заглянуть в «Эванс» — там в ходу большие размеры». (Собственно, с таким отношением я еще не сталкивалась, но во время острых приступов паранойи проникаюсь убеждением, что скорбный час не за горами.) Совсем наоборот, одна из продавщиц торопится ко мне:

— Чем могу помочь?

— Хочу выглядеть сногсшибательно, — сообщаю я, чувствуя себя при этом героиней ток-шоу «Сотвори себя сам» или старой коровой, возмечтавшей о лаврах Мэрилин Монро. — Подберите мне платье, туфли и, пожалуй, что-нибудь на плечи — пелерину или накидку. Сможете?

— Одну секундочку, — щебечет белокурый ангелок, оставляя меня у примерочной. Возвращается она с охапкой изысканных нарядов. — Вы можете выбрать по своему вкусу, но мы с коллегами рекомендуем вот это, зеленое. Оно просто создано для вас. Мы все так решили, как только вы открыли дверь. Не желаете примерить?

«Зеленое» оказывается той самой волшебной русалочьей кожей, которой я любовалась с улицы. Ничего прекраснее в жизни не видела. Пока я стягиваю одежду, девушка деликатно отходит в сторонку. Зеленое чудо — четырнадцатого размера! — сидит как влитое. Немножко живот выпирает, ну и что? Нормальный женский животик, не то что у этих жердей из «Вог». Продавщица со мной согласна:

— Как вам идет. Оно скроено по косой, видите, и поэтому очень стройнит.

— Оно великолепно, но как быть с руками? Не буду же я сверкать голыми плечами.

— Я подобрала для вас несколько накидок и вот этот кардиган, взгляните. — Девушка разворачивает передо мной нечто невесомо-шуршащее, переливающееся бисером и искусственным жемчугом. Розовые жемчужины собраны на шелке в миниатюрные бутоны. Не знаю, что сегодня за день такой, но и кардиган мне подходит.

— Впору.

— Как на вас сшит, — соглашается продавщица. — Теперь туфли? Что-нибудь необычное и очень изящное… У нас были открытые туфельки на тонком каблучке, с завязками-ленточками, но, боюсь, они распроданы. Какой размер вы носите?

— Седьмой, — отвечаю вслух и добавляю про себя: «Если и туфли найдутся, моя жизнь изменится». Помнится, лет в пятнадцать я так загадывала на мальчишек: «Если отсюда до углового магазина четное число шагов, то он пригласит меня на свидание».

— Можно даже шестой размер! — кричу продавщице через весь магазин.

Девушка возвращается с коробкой:

— Вам повезло. Осталась одна пара шестого размера, с розовыми ленточками; как раз под цвет жемчужин.

— Беру. — Боюсь даже подумать, что будет, если я не влезу в это чудо.

— Не желаете примерить, взглянуть, как они смотрятся с платьем?

— Нет-нет, так возьму. М-м… Что бы еще подобрать?

Из магазина я выбираюсь через час, унося с собой кроме платья, кардигана и ремешков с ленточками на каблучке, еще и кремовые заколки-розочки для волос, крохотные сережки с жемчужинами и хрустальными капельками и освежитель воздуха с ароматом переспелых манго.

— Вы будете великолепны! — обещает продавщица, пока я подписываю чек. И добавляет, глянув на мой безымянный палец: — Ему понравится.

— Очень на это надеюсь. — Я мужественно душу невесть откуда взявшийся страх. — Так и было задумано.