Искушение Дэвида Армитажа - Дуглас Кеннеди

— Вот как? Ты тоже это чувствуешь?

— Что — это?

— Это…

Я мягко отстранил ее и сел:

— Я чувствую, что… пьян в стельку.

— Ты не понял, верно? — спросила она. — Посмотри вокруг: ты, я, это море, этот остров, эта ночь. Не какая-нибудь ночь, Дэвид. Эта ночь. Эта особенная, неповторимая ночь…

— Я знаю, но…

Моя рука легла ей на плечо. Она взяла ее и крепко сжала.

— Будь ты проклят со своим благоразумием, — сказала она.

— Я бы хотел…

Марта наклонилась и поцеловала меня в губы.

— Пожалуйста, заткнись, — сказала она. Затем поднялась на ноги: — Пойду прогуляюсь.

— Могу я пойти с тобой?

— Думаю, мне лучше прогуляться одной, если ты не имеешь ничего против.

— Уверена?

Она кивнула.

— С тобой ничего не случится?

— Это же мой остров, — сказала она. — Все будет в порядке.

— Спасибо за вечер.

Она печально улыбнулась:

— Нет, это тебе спасибо.

Марта повернулась и пошла по пляжу. Я подумал — а может, догнать ее, обнять, наговорить всякой ерунды насчет любви и неподходящего времени, а заодно и о том, как я не хочу еще больше осложнять свою жизнь и как мне ужасно хочется поцеловать ее?..

Но вместо этого я поступил рационально и вернулся в дом. Сев на кровать, я закрыл лицо руками. Какой же странной выдалась эта неделя… Это было все, что пришло мне в голову, потому что мои умственные способности после длительных алкогольных возлияний пребывали в токсическом шоке. Будь я в состоянии правильно оценить все свалившееся на меня, включая мелькнувшую было мысль о том, что, возможно — только возможно! — я немного влюбился в Марту, я бы решил, что тронулся.

Но у меня не было возможности упиваться чувством вины. Как и вчера, я отключился, лежа поперек кровати полностью одетым. Только на сей раз я не просыпался до шести тридцати.

Разбудил меня легкий стук в дверь. Я пробормотал что-то смутно напоминающее английский, дверь отворилась, и в комнату вошел Гэри с подносом, на котором стояли кофейник и большой стакан воды. Я обнаружил, что ночью кто-то накрыл меня пледом. Интересно, кто же этот добрый самаритянин?

— Доброе утро, мистер Армитаж, — сказал Гэри. — Как вы себя чувствуете?

— Неважно.

— Тогда вам нужны вот эти две штучки, — сказал он, бросая две таблетки «берокки» в стакан с водой.

Когда таблетки полностью растворились, Гэри протянул стакан мне. Я залпом выпил содержимое. Пока целительная жидкость растекалась по организму, в пустыне, какой казался мой мозг, начали проявляться картинки вчерашних подвигов. Прокручивая в голове жаркие объятия на берегу, я попытался сдержаться, чтобы не содрогнуться. Однако мои усилия не увенчались успехом.

Гэри сделал вид, что ничего не заметил, и любезно спросил:

— Может быть, чашечку крепкого кофе? Она вам сейчас не помешает.

Я кивнул. Гэри налил кофе в чашку. Я отпил и едва не подавился. Следующий глоток дался мне легче, а пока я справлялся с третьим, «берокка» уже почти стерла туман, застилающий мой мозг.

— Хорошо провели время, сэр?

Я внимательно вгляделся в лицо Гэри, пытаясь догадаться, не хочет ли этот мерзавец мне что-то сказать… А вдруг он сидел вчера вечером на веранде с биноклем, наблюдая, как мы развлекаемся на пляже, подобно паре придурков подростков? Но его лицо ничего не выражало. Я тоже не собирался ни в чем признаваться.

— Замечательно, — сказал я.

— Мне жаль, что пришлось побеспокоить вас так рано, но «Гольфстрим» готов отвезти вас в Сан-Франциско, как вы и просили. Вы не возражаете, если я вкратце изложу вам подробности?

— Валяйте… Но, возможно, кое-что вам придется повторять дважды.

Гэри слегка улыбнулся:

— Миссис Флек известила нас, что вам нужно быть в Сан-Франциско около четырех часов дня, чтобы встретить свою маленькую дочку у школы.

— Да, верно. Как себя чувствует миссис Флек?

— Она сейчас на пути в Нью-Йорк.

Я решил, что ослышался:

— Она — что?

— Летит в Нью-Йорк, сэр.

— Но как?..

— Как обычно, сэр. На одном из наших самолетов. Она покинула остров поздно вечером. Вскоре после того, как вы отправились спать.

— Правда?

— Да, правда.

— Вот как…

— Но она оставила вам записку, — сказал он, протягивая мне небольшой конверт.

Поборов желание открыть его немедленно, я просто положил конверт на подушку.

— Она также просила подготовить все для вашего полета на побережье. Примерно в девять мы отправим вас на Саффрон, в десять тридцать вертолет доставит вас в Антигуа, соответственно, в одиннадцать пятнадцать вы сможете вылететь в Сан-Франциско. Летчик сказал, что лететь придется семь часов сорок минут, но благодаря разнице во времени вы прибудете на место в десять минут четвертого или около того. Мы также побеспокоились о лимузине, который заберет вас из аэропорта и будет в вашем распоряжении все выходные. Для вас и вашей дочери заказан номер в гостинице «Восточный мандарин».

— Это слишком экстравагантный отель для меня!

— Так распорядилась миссис Флек, можете ее поблагодарить за это.

— Непременно сделаю это…

— Одна маленькая деталь. Перед вылетом вы проведете полтора часа на острове Саффрон. Мистер Флек будет признателен вам, если вы в это время встретитесь с ним.

— Что?! — воскликнул я, и руки мои внезапно стали холодными и липкими.

— Мистер Флек встретится с вами ровно в девять.

— Он вернулся на остров?

— Да, он приехал вчера поздно вечером.

— Замечательно, подумал я. Просто замечательно…