Game Over. Волейбол продолжается - Екатерина Гамова

* * *

Мне казалось, что Асгата Аметовича Сафарова в Татарстане многие слегка побаивались. Ну, побаивались – неправильное слово, наверное. Его уважали до такой степени, что боялись о чем-то попросить, рассказать о каких-то насущных проблемах. А команда с ним общалась спокойно и непосредственно. С уважением, конечно, – мы же с детства привыкли старших уважать. Но без какого-то пиетета, что ли. Иногда даже шутили как-то. И мне кажется, ему это нравилось.

Один раз мы были на приеме у президента Татарстана Рустама Нургалиевича Минниханова. Он к нам: «Ну как вам помочь, может, проблемы какие?»

Все, естественно, молчат.

А я сижу-сижу и поднимаю руку, как в школе: «Можно разметку на дорогах сделать? Ездить невозможно… Ужас же!»

Повисла пауза. Настоящая такая пауза, качественная и длинная, как в гоголевском «Ревизоре».

И Минниханов ответил:

– Ну вот знаю, что не поверишь же! Только сегодня утром этот вопрос обсуждали. Сейчас пока делаем временную разметку, не самую лучшую. Но к Универсиаде все разметим, как нужно!

…Через два дня выезжаю с тренировки. «Ооооо! Разметка! Круто!»

Еще Минниханов всегда, когда мы вместе фотографировались, в шутку просил скамейку или стул. Раз пошутил, другой, третий. Наконец, на очередной фотосессии я сказала:

– Рустам Нургалиевич, а у президента Медведева таких комплексов нет!

…И вот тогда уж наступила такая пауза – всем паузам пауза. Потом все потихоньку стали рассаживаться и «расставляться» по своим местам для группового фото, а у меня место было как раз в серединке, рядом с Рустамом Нургалиевичем. Вспышки, щелчки камер…

Все закончилось, он ко мне поворачивается:

– Нет у меня никаких комплексов!

При этом, конечно, все наши шутки были очень добрыми. Человек сделал для республики очень многое. Вообще, когда мужчина не стесняется взваливать на себя ответственность и потом эти обязанности честно тащит – это здорово.

Разумеется, и Асгат Ахметович Сафаров делал для клуба все, что мог. Когда было объявлено, что он уходит с поста министра внутренних дел Татарстана, все так ощутимо напряглись. Замерли в ожидании: что теперь будет? Но он тут же получил назначение на пост руководителя Аппарата Президента Республики, и сразу отлегло. Другие спортсмены нам говорили: «Ооооо, у вас теперь вообще жизнь сплошной малиной будет».

* * *

…До переезда в Казань я о ней ровным счетом ничего не знала. Мне повезло: я попала туда в очень хороший для города период. Благодаря Универсиаде и чемпионату мира по водным видам спорта его облик стремительно менялся в лучшую сторону. Буквально на глазах!

Я в Казани прожила 6 лет. А, например, Лена Ежова приехала туда с супругом, который выступал за казанское «Динамо», в 2000-м. По ее словам, когда она сошла с поезда, первым желанием было развернуться, уехать и никогда-никогда больше не возвращаться. Было очень жутко и страшно. Для нее то, во что превратилась Казань за последние 15 лет, это невероятное достижение. Очень, очень похорошел город.

Каких-то особенно излюбленных местечек у меня в Казани поначалу не было. Так получилось, что именно тогда я познакомилась со своим будущим мужем и почти все выходные проводила не в Казани, а в Москве.

Ну а потом уже супруг прилетал ко мне. Проводили время, как все влюбленные пары, – ходили в кино, ресторанчики.

Примерно в это же время я подружилась с бухгалтером казанского «Динамо» Натальей Вадимовной Ниловой. И как-то так вышло, что очень много времени проводила у нее в гостях.

…Конечно, отдельная песня – это татарская кухня. Все эти эчпочмаки и прочие пирожки – мммм… Многие наши девчонки не могли себе их позволить. Точнее, позволять-то позволяли – удержаться трудно, – но потом грустно смотрели на себя в зеркало. Женя Старцева, когда приехала в Казань, вскоре поняла, что поправилась, и решила ограничить себя в пирожках.

Ну а у меня с лишним весом проблем не было никогда. Часто приходила в свой любимый магазин «Бахетле», покупала эчпочмаки, другие вкусности. Пирог с капустой там был какой-то особенный… Я, когда мы всей командой ходили на прием к президенту Татарстана, всегда спрашивала: «А пирожки будут?»

С пирожками связана еще одна забавная история. После какого-то матча ко мне подошел директор клуба Сергей Николаевич Чернышов: «Надо отправляться во Владивосток, нести олимпийский факел для сочинской Олимпиады. Завтра с президентом Татарстана летишь за огнем для страны».

Приезжаю наутро в аэропорт. Оказалось, что лететь предстоит с хоккеистом «Ак Барса» и сборной России Алексеем Морозовым. Чартерным рейсом, на президентском самолете.

Усаживаемся в кресла, к нам тут же подходят стюардессы, приносят меню. Все по описанию такое вкусное, глаза разбегаются… Сидим, читаем, выбираем. Заходит в самолет Рустам Нургалиевич: «Что они там выбрали? Глупости, ничего этого им не нужно!» – и отбирает у нас меню.

Мы: «Э, как так, лететь 8 или сколько там часов…»

А он: «Спокойствие!» И стюардессам: «Принесите им лучше пирожков…» И нам тут же притащили чуть ли не целую корзинку.

Сама, правда, готовить что-то из казанской выпечки я так и не научилась. Да и не хотелось особенно учиться. Чего время терять, если можно доехать до магазина и купить? А вот к сладостям всегда была равнодушна. Ну вот разве что в Турции полюбила рисовый пудинг кешкюль… Друзьям, конечно, чак-чак из Казани иногда привозила. А так в принципе я в еде вообще непривередлива. Люблю что-нибудь вкусное, но простое. Рыбу, овощи…

Во Владивостоке, правда, было не до рыбы и не до морепродуктов. Оказалось, там собачий холод. Я натянула на себя два тренировочных костюма, еще что-то, какую-то жилетку вроде. Куртка, шапка, варежки… И все равно от холода этот матрешкин наряд не спасал. Впрочем, так одета была не только я, но и все участники эстафеты – Дима Губерниев, Маша Киселева…

Ехали на микроавтобусе, и нас по очереди высаживали бежать этап олимпийской эстафеты. Я если честно, даже толком не видела, куда бегу: слезы текли от мороза непрерывно. И потом в этот микроавтобус запрыгнула чуть ли не на ходу – так хотелось поскорее в тепло.

Кстати, в мой первый год в Казани нас периодически возили болеть за «Ак Барс». В Лиге чемпионов мы не играли, календарь был кайфовым – масса свободного времени. Такого в моей карьере вообще раньше никогда не было! Из других команд мы, конечно, чаще всего болели за «Зенит», но и на хоккей тоже выбирались.

Именно казанский клуб выступил одним из главных инициаторов организации моего прощального матча. Летом 2016-го мы встретились с Леной Годиной незадолго до Олимпиады. Она предложила организовать гала-матч, в котором недавно завершившие карьеру волейболистки «проводили» бы действующую сборную в Рио. Таким образом, этот поединок стал бы и для меня прощальным. Лена вышла с этим предложением на Зиничева, – но руководство московского «Динамо» эта идея не слишком заинтересовала.