Принцесса папарацци - Анастасия Масягина

В Москве нас тоже никто не ждал. Это было похоже на свободный полет. Эдакое путешествие по жизни без мужей, детей, дома. Ничего из этого списка у нас с подругой пока, увы, не было. Но именно этот факт позволял путешествовать налегке.

А де Журфак прекрасно чувствовал себя в купленной по случаю переноске. В поезде он ехал легально – перед отъездом мы оформили Сержу ветеринарный паспорт и сделали все необходимые прививки.

– Через восемь часов начнется новая жизнь, – уверенно сказала подруга.

Так оно и случилось.

Утром мы оставили вещи в камере хранения на вокзале и отправились на встречу с риелтором. Нам необходимо было срочно, желательно до ночи, найти жилье. Дешевое, но уютное и безопасное.

Если учесть, что денег хватало лишь на аренду жилплощади в самых отдаленных районах, за день мы изъездили столицу вдоль и поперек.

Риэлтора это, похоже, не раздражало. Напротив, ей было с нами весело. Звали тетку Анфиса Сергеевна, к сорока трем годам она осталась почти без зубов, но зато не растеряла оптимизма и жизнестойкости. К тому же, новая знакомая училась на курсах телевизионных режиссеров, осваивая по вечерам новую профессию.

Она сразу объяснила нам с Маришкой, что с нашими финансами снять можно только комнату на окраине. И теперь мы старались выбрать соседей поприличнее. Тех, кто хоть немного походил на алкоголиков и наркоманов, отметали сразу. Дело близилось к ночи.

– Если так дальше пойдет, ночевать придется на Ленинградском вокзале, – вздохнула Маришка.

– Москва большая, что-нибудь найдем! – уверила ее Анфиса Сергеевна.

Комната нашлась в половине одиннадцатого, когда ночевка на вокзале казалась уже практически неизбежной. В трех остановках трамвая от метро «Планерная», в полуразвалившейся хрущевке, в проходной комнате жили довольно милые бабушка с дедушкой и смешной болонкой. Крошечную запроходную комнату они сдавали. Едва увидев чистую комнатушку с двумя кроватями и шкафом, мы в один голос закричали, что нам все подходит и мы никуда отсюда не пойдем.

Тут же внесли залог, плату за первый месяц и расплатились с риэлтором.

– Надеюсь когда-нибудь встретиться с вами в «Останкино», Асенька! – сказала она мне на прощание.

– Надеюсь, так и будет!

В честь знакомства хозяйка квартиры накормила нас куриными котлетами и пюре.

Засыпая, я думала, что жизнь, похоже, налаживается.

Большой город манил и интриговал своей неизведанностью. Я будто вырвалась из тисков. Я уехала из города, где обозленный Жуковский твердил всем и каждому, что моя карьера кончена. Все впереди. Все только начинается. И… теперь мне уж точно некогда будет вспоминать о моем ненаглядном контрразведчике. Прощай, мой дорогой Джеймс Бонд. Ты остался в далеком прошлом. В конце концов, ты сам так захотел.

Позже я узнала, что многие профессионалы, отправляясь покорять Москву, на самом деле бежали от несчастной любви.

На новом месте первое время все казалось непривычным. Дни проходили в поисках работы. Как ни странно, Маришка нашла новое место даже быстрее, чем я. Она устроилась экскурсоводом в картинную галерею.

– В Питере я два года работала секретаршей, пока ждала место. А тут просто пришла, и мне сразу предложили и должность, и зарплату. Может, все к лучшему, Ася?

– Очень надеюсь на это, – сдержанно отвечала я.

То, что у Марины есть работа – уже полдела. Хоть за комнату сможем заплатить в следующем месяце.

Я разослала свое резюме по всем центральным каналам. Надо сказать, немецкий проект вкупе с рекомендациями Хенри сильно его украшал. Я мечтала устроиться на работу в «Останкино». В нашей стране тысячи телепрограмм, сотни телеканалов разных рангов и мастей, десятки факультетов журналистики и только одна Останкинская башня. И мне, представьте, очень хочется быть к ней поближе.

Академика Королева, 12. Когда-то, маленькой девочкой, я писала сюда письмо – на передачу «Спокойной ночи, малыши». Для Хрюши и Каркуши. Папа сказал тогда, что отправил. Интересно, отправил или нет? И неужели теперь это будет мой рабочий адрес.

И вот мне наконец-то оттуда позвонили.

От метро «ВДНХ» на монорельсовой электричке, через главный подъезд – тот, что с флагами, я попала в закрытый город, где никогда прежде не бывала и куда летает в своих волшебных снах абсолютно каждый телевизионщик. Подавив на корню желание начать путешествие с латте в знаменитом кафе на площади, отправилась прямо по привокзальному проспекту. Меня предупреждали, что дорогу здесь спрашивать не стоит. Ну ещё бы – все бегут куда-то, стопки кассет в руках, ворохи бумаг – монтажные листы, сценарии, закадровые тексты. Минута до эфира, полминуты, двадцать секунд… А тут я – ещё одна молоденькая и хорошенькая девочка с наивным вопросом: «Как пройти?».

На дороге попадается рекламный стенд. Скоро откроется новая бильярдная (между прочим, не лишним было бы нарисовать схему проезда, точнее – прохода). Так, нужно выбрать направление. Направо, что ли? По крайней мере, цифры на дверях намекают на это. Стоматологическая поликлиника «Теледент» (лечат зубы без отрыва от производства), чуть дальше – отделение банка. Кофе, бильярд, банк и стоматолог – жить можно.

До встречи остаётся четыре минуты, а расстояние до нужного мне кабинета колеблется от ста до ста двадцати дверей. Решаю спросить дорогу. Девочки-мальчики в рваных джинсах, тётеньки с высокими причёсками и обаятельные мужчины в костюмах бросаются на помощь неожиданно охотно. Долго крутят сначала головой, потом руками, потом, наконец, бессильно вздыхают и улыбаются. Как пройти, не знает никто. Каждый помнит, где родная монтажка НТВ или корреспондентская ТВ3, а интересоваться другими каналами просто не хватает времени. Как в центре Москвы.

Осталась минута. Делать нечего. Начинаю мыслить логически (неженскую логику я всегда включаю отдельно). После чего бросаюсь в совершенно безлюдный коридор. Спринтом на каблуках здесь никого не удивишь. Натыкаюсь на гостей из бывших советских республик в симпатичных зелёных комбинезонах. Ясно, тут строят новый район (пожив в Кожухово, я успела проникнуться к этим ребятам чуть ли не родственными чувствами). Быстро находим общий язык.

И… вот она, нужная дверь. Эх, рассказал бы мне кто-нибудь лет пять назад…

Через полтора часа я, уставшая и довольная, пью латте на привокзальной площади. Город мне определённо нравится. Обязательно приеду ещё.

Та первая работа мне, к сожалению, не подошла. Все начиналось феерически: редактор узнал меня – он помнил громкое дело о торговле людьми на Дальнем Востоке и мои эксклюзивные репортажи на эту тему. Но все, что он мог мне предложить, – это снимать сюжеты на гонорарной основе. Я скрепя сердце вынуждена была отказаться – за квартиру нужно платить каждый месяц, а не по факту выхода в эфир.

В конце концов, мне пришлось согласиться на вакансию корреспондента городского канала. Программа была посвящена борьбе с наркотиками и выходила в эфир по субботам в восемь утра. Но мне, честно говоря, было плевать на подробности. Главное, я снова работала на телевидении. В кадре.