Пощечина - Кристос Циолкас

Келли верно истолковала его молчание:

— Вэну можно доверять.

Доверять можно только семье. Точка. И то не всегда.

— Да, знаю.

После разговора с любовницей он сразу позвонил двоюродному брату:

— Я су[56], Эктора, это твой кузен.

— Как дела, приятель? Как Сэнди, как малыш?

Прекрасно, замечательно. Неужели обязательно соблюдать этот чертов этикет?

— Все в порядке. Все в порядке. Как Айша, Адам, Лисси?

— Не жалуются.

Гарри осознал, что он испытывает неловкость, разговаривая с Гектором. Он знал, что кузен на его стороне, но не мог забыть окаменевшее лицо и осуждающий взгляд его индианки жены в тот вечер. Ей должно быть стыдно за себя. Она ведь индианка, а не тупорылая австралийка. Понимает, что такое семья.

— В субботу после обеда к нам придет наш приятель, принесет кучу новых фильмов. Не хочешь прийти вместе с Айшей и детьми?

Гарри отметил, что Гектор мгновение колебался.

— Конечно. Адам будет рад повидаться с Рокко. А вот Айша в субботу работает в клинике. Я привезу детей.

— Не волнуйся, мы ей потом все покажем.

Гарри дождался, когда его кузен повесил трубку, и со стуком положил свой мобильник на стол. Закурил сигарету, вышел во двор. Ребята трудились в поте лица. Не обращая на них внимания, он прошел в конец мастерской, поднял голову, прислушиваясь к нестихающему шуму автострады. Он точно знал, чего боится: он не представлял, как скажет Сэнди, что Айша не приедет.

Но его ложь сделала свое дело. Когда он сообщил ей, что Гектор приедет без жены, она в ответ лишь кивнула:

— Эта девочка слишком много работает.

Он поцеловал жену в обнаженное плечо.

Наступила суббота. Утром небо было чистое, погода мягкая. Сэнди встала рано, съездила на рынок и занялась приготовлением салатов. Гарри, искупавшись в море, выкурил кальян с марихуаной и затем, развалившись на диване, стал смотреть музыкальное видео. Рокко присоединился к нему, и они вдвоем молча наблюдали, как обезьянки выделываются на экране телевизора. Все чернокожие девушки вели себя как проститутки, и он вдруг подумал, а хорошо ли, что его сын смотрит, как эти юные шлюшки потирают свои задницы и сиськи. Но прежде чем он успел сказать что-либо, Рокко встал с дивана:

— Ну и нудятина.

Гарри протянул ему пульт:

— Поставь что-нибудь другое.

— Не-а, — отказался его сын. — Лучше пойду окунусь в бассейне.

— Молодец. Мне бы тоже не мешало.

Но после марихуаны он чувствовал себя вялым и потому, выронив пульт, продолжал тупо пялиться на экран.

— Как она тебе? — крикнул он сыну.

Юная негритянка в желтой маечке и джинсовой мини-юбке кружила вокруг толстого рэпера, певшего об оружии, стервах и наркотиках. Гарри нравился хип-хоп, но эта песня, на его взгляд, была тупая и безобразная: ни мелодии, ни толкового ритма. Ужасная песня. Рокко встал перед телевизором, наблюдая, как девушка имитирует оргазм, водя ладонями вверх-вниз по бедрам. Потом повернулся к отцу:

— Ничего.

— Тебе это нравится?

— Не-а. Но, в принципе, ничего.

— А она как тебе?

Рокко пришел в смятение:

— Что ты имеешь в виду?

— На твой взгляд, она сексуальна?

— Да ну тебя, пап. — Рокко не скрывал своего отвращения.

Гарри фыркнул и убрал звук.

— Когда-нибудь ты поймешь, малыш Рокко, что от коварных женских когтей нет спасения. — Он показал на экран: — Вот, например, эта. Красавица, но дешевка. А дешевые женщины ни на что не годны. Кроме одного, но об этом мы поговорим в будущем.

Рокко смотрел, как модель, вращаясь по спирали, молча удаляется. Утомленный скучным зрелищем, мальчик отвернулся.

— Они все проститутки, — сказал он отцу, отправляясь в свою комнату, чтобы переодеться. — Черные цыпочки все проститутки. Это все знают.

Вэн прибыл ровно в полдень. Он остановился на подъездной аллее и крикнул Гарри, чтобы тот открыл гараж. Гарри, только что разжегший огонь под жаровней, широко улыбаясь, перегнулся через перила балкона.

— А что ж ты в дверь не звонишь, узкоглазый, как все нормальные люди?

Вэн улыбнулся в ответ:

— Иди ты в задницу, горилла. Давай открывай свой чертов гараж.

Он привез пять больших альбомов с DVD-дисками, и Гарри помог ему занести их в гостиную. Сэнди вытерла руки и поцеловала Вэна. Он улыбнулся ей:

— Ты все хорошеешь, мисс Сэнди. Бросай своего ублюдка, и идем жить ко мне?

— А Джия что на это скажет?

— Сэнди, дорогая, ты главное приходи, а от Джии я избавлюсь сегодня же. Обещаю.

Из своей комнаты вышел Рокко. Он пожал Вэну руку. Улыбаясь, вьетнамец открыл один из альбомов, вытащил из конверта три диска и вручил их мальчику:

— Тебе ведь нравится Адам Сэндлер, верно? Есть новый фильм с ним.

— Классно. А можно я поставлю? — Рокко выжидательно посмотрел на мать.

— Конечно. Но когда приедут остальные, сразу же выключишь. Договорились?

— Ладно. — Издав радостный вопль, мальчик бросился к DVD-проигрывателю. Потом обернулся и крикнул: — Спасибо, дядя Вэн.

В течение часа прибыли все гости. Алекс немедленно пошел набивать живот, а потом все остальное время играл с Рокко в компьютерные игры. Он и не подумал прилично одеться: явился в черных спортивных штанах и футболке с надписью «Olympiakos» и с дыркой под левой подмышкой. Женщины даже не смотрели в его сторону. В любом случае, почти все они имели мужей, хотя Тина все еще была не замужем, а Анналайза разведена. Но Алекс, казалось, женщин вовсе не замечал. Зато Гектор, вне сомнения, произвел впечатление, постоянно был в центре внимания. Гарри гордился братом. Красивая у них семья, думал он, тут уж не поспоришь. Вон им обоим под полтинник, а цыпочки до сих пор аж шеи выворачивают. В противоположность Алексу Гектор был одет с иголочки: пришел в отутюженной рубашке с коротким рукавом, аккуратно облегавшей его грудь и торс, и в дорогих, строгого покроя шортах. Поцеловав и поприветствовав своего кузена в дверях, Гарри шепнул ему на ухо: «Ты выглядишь так здорово, что я мог бы трахнуть тебя». Теперь, переворачивая колбаски на жаровне, он наблюдал с веранды через стеклянные двери, как на диване его кузен беседует с Анналайзой. Та смотрела на Гектора с нескрываемым восхищением. Гарри улыбнулся. Анналайза ему нравилась. Она слишком много болтала, но была великодушна, дружелюбна и, безусловно, не заслуживала того подонка-мужа, что у нее был. Если б Анналайза и Гектор поладили, возможно, тогда его кузен развелся бы со своей чванливой стервой. Гарри услышал радостные вопли и смех Рокко, Адама и Мелиссы, плескавшихся в бассейне, и ему стало стыдно за свои мысли. Айша — мать детей Гектора, и этим все сказано.