За морем - Беатрис Уильямс

— Как спалось? — спросила я.

— Ужасно. Очень по тебе скучал. А ты как?

— Как ни странно, замечательно. Мне снились изумительные сны.

Он на миг скосил на меня взгляд, улыбнулся:

— О чем?

— Извини, это останется между мной и моим подсознанием. — Немного помолчав, я полюбопытствовала: — А откуда ты узнал, что мне сегодня рано на работу?

— Я этого и не знал. — Он глянул в боковое зеркало и аккуратно перестроился в крайний левый ряд. — Я собирался попросить Джоуи, чтобы тебе позвонил.

— Фрэнка, — поправила я. — Джоуи — наш вечерний консьерж. А если бы я была еще в постели?

— Тогда я бы тебя, разумеется, разбудил. Сам я обычно приезжаю в офис уже к семи.

Я глянула на часы на приборной панели:

— Выходит, из-за меня ты опоздаешь.

— Ну, Джефф может в виде исключения меня подменить.

— Как представлю, сколько сделок ты упустишь…

Джулиан рассмеялся.

— Насчет этого не беспокойся. Фондовые рынки вполне выживут и без меня. А вот я без тебя, наверное, не проживу.

Я не нашла, что ответить.

Джулиан быстро глянул на меня.

— Все в порядке?

— Да. Мне просто не очень верится, что все это на самом деле.

— Что именно?

— Ну, ты, я… это все… Со мной никогда такого прежде не было. Вроде бы я отлично тебя знаю — и в то же время не совсем… И потом, ты говоришь мне такие вещи, как сейчас, когда мы с тобой даже не… — запнулась я.

— Даже не что?

— Сам знаешь, — буркнула я, чувствуя, как щеки неумолимо наливаются пунцовым румянцем. — Даже не целовались.

— И кто же в этом виноват? — хохотнул Джулиан. — Ах, боже мой, кофе! Маленькая ты плутовка. И все же я-то тебя вчера поцеловал. И сегодня утром тоже.

— Это совсем не то, что я имею в виду.

Несколько мгновений он молчал, потом машина вдруг вильнула сразу через три ряда к полосе съезда и резко остановилась.

— Ты чего делаешь?! — вцепилась я в сиденье.

Мимо нас, возмущенно сигналя, с ревом проносились автофургоны и внедорожники.

— Хочу тебя поцеловать, — ответил Джулиан и, обхватив мое лицо своими большими ладонями с длинными сильными пальцами, прильнул губами к моим губам.

О боже, наконец-то! Его страстный поцелуй был жарким, щедрым и пьянящим, пахнущим корицей и чем-то еще, пряным и несказанно притягательным, отчего — о небо! — мне хотелось его все больше и больше. Однако Джулиан, со своим исключительным самообладанием, как будто все держал под контролем. Ничего общего не было с тем первым легким, немного смущенным прикосновением. Сейчас он целовал меня уверенно, со знанием дела. Бархатный язык лишь слегка скользнул по моему — и сладостное ощущение сотрясло все мое тело живым током. Руки Джулиана мягко удерживали мою голову, кончики пальцев трепетно перебирали волоски на висках. И странное чувство возникло у меня в голове и тут же пробежало по спине мурашками: словно я сделалась невесомой, легче воздуха, и единственное, что привязывает меня к себе самой, — это держащие меня руки и губы Джулиана. Одной рукой я скользнула пальцами ему под пиджак, как будто цепляясь за осязаемость, реальность его плоти, ощущаемой сквозь тонкие слои рубашки и белья.

— Кейт… — хрипло выдохнул он мне в губы, настойчиво двинулся ниже.

Я обхватила Джулиана другой рукой и даже приподнялась на сиденье, потянувшись к нему, отчаянно желая с ним соединиться.

И тут он остановился, тяжело дыша мне в чувствительную кожу ключицы. Руки его по-прежнему удерживали мое лицо, запах волос возбуждал обоняние.

— Ого! — произнесла я, чувствуя, как быстро и неистово пульсирует в ушах. — Богатый опыт?

Джулиан поднял голову, посмотрел на меня. Его лицо оказалось в какой-то паре дюймов от моего.

— Не совсем.

— Что ж, тогда у тебя, значит, потрясающий врожденный талант, — сказала я, проведя большим пальцем по нежному изгибу его нижней губы.

Закрыв глаза, Джулиан прижался к моему пальцу поцелуем.

В этот момент ревущий гудок тягача с прицепом ворвался в заряженное пространство между нами.

— Бог ты мой! — испуганно вскрикнула я. — Нам конец!

Он отстранился с тихим смешком, погладив напоследок мне щеку.

— Ты ж хотела поцелуй.

— Но я же не имела в виду, чтобы сию секунду!

Развернувшись на сиденье, я увидела накатывающуюся на нас сзади целую волну всевозможного транспорта.

— Ну, не знаю… — потянулся он рукой к замку зажигания. — Лично я решил, это того стоит.

Быстро глянув в зеркало заднего вида, он отпустил сцепление, с шумом двинувшись вдоль обочины, и постепенно влился обратно в общий поток, как будто совершенно ничего между нами не произошло, как будто зародившееся между нами зыбкое, заманчивое предположение не переросло только что в реальный и весомый факт. Как будто мы были уже совсем не теми людьми, что всего лишь полчаса назад забрались в эту машину.

Мы съехали с магистрали у Бруклинского моста, потянулись по узким, точно ущелья, улицам, наполовину забитым машинами, к Уолл-стрит и наконец с демонстративным рычанием двигателя подрулили к стоянке перед «Стерлинг Бейтс».

— Кстати, что же это все-таки за марка? — спросила я.

— «Мазерати», — просиял Джулиан.

— А я только-только убедила свою маму, что ты не кичливый зазнайка!

— Все ж таки всякий парень имеет право хоть изредка немного оторваться, — подмигнул он.

Джулиан вышел из машины, поспешно обогнул ее и, не успела я взять свои вещи, открыл мне дверцу. Начав подниматься, я тут же почувствовала, как он подхватил меня под локоть.

— Благодарю, — шутливо сказала я, выбравшись из салона.

— Не за что. — Он застыл передо мной, не сводя с меня внимательных глаз. Его улыбка потускнела, сделавшись скорее задумчиво-печальной, нежели счастливой.

Поймав себя на том, что не могу оторвать глаз от его рта, я неловко кашлянула.

— Знаешь, — сказала я, водя пальцем по ремешку сумки, — а еще у нас пока что не было ни одного настоящего свидания.

— Тогда заеду за тобой в восемь?

Я замялась.

— Извини, не получится. Мама уедет только в воскресенье утром.

— Так она может к нам присоединиться.

Я даже фыркнула.

— Джулиан, если честно, то, наверно, даже Данте не придумал бы ничего изощреннее и хуже. Давай еще одну попытку.

— В воскресенье во второй половине дня?

— Хм, прости, у меня в этот день балет, — опустила я голову, застеснявшись. — Если я пропущу еще одно занятие, меня выгонят из группы.