Мастер силы - Андрей Жвалевский

– Слушай, - главврач-оппозиционер оторвался от бокала с довольным пыхтением, - нужно помочь плитичскому процессу!

– Опять Глинского выделить?

Глинский (лингвист Сергей Владиленович) вот уже полгода, с мая, батрачил на оппозицию, хотя и числился в штате "Мулитана" менеджером по рекламе. Образование и специфический жизненный опыт открыли в нём талант спичрайтера. Это нерусское слово в применении к Глинскому означало "сочинитель разговоров по душам". Речи, которые он порождал, ценились за простоту, доходчивость и щемящую искренность. Правда, главврач умудрялся превращать эти шедевры разговорного жанра чуть ли не в похабщину. Он никак не мог выучить текст наизусть и пытался восполнить пробелы своими словами. В стрессовой ситуации он выстраивал слова в своём, неповторимом, порядке. Например, строчку "…к нам приходят разные люди со своими проблемами" главврач на лету переделал в "…приходят к нам всякие и жалуются".

Но на сей раз лидеру оппозиции нужен был не спичрайтер. Ему нужны были деньги. Емельян Павлович даже сквозь хмель почувствовал это по особенной сердечности собеседника.

– Да мне твой Глинский… в бок не упёрся. Необходимы наличные средства. Надо поддержать неимущие слои населения перед праздником.

Важность темы даже исправила артикуляцию главврача.

– А знаешь, - сказал Леденцов, - ты ведь не главврач. Ты главвраг.

Видя ошеломлённость собеседника, Емельян Павлович пояснил:

– Ты ведь лидер оппозиции? Значит, лидер врагов власти. То есть главвраг.

– Ну, пускай. Главвраг. Хорошо. Денег дашь?

– И где я тебе наличку возьму? Раньше не мог сказать? Четыре дня до Нового года.

Главвраг, который снова приложился к бокалу, едва не захлебнулся от возмущения.

– Я ещё месяц назад! Ты вспомни: сколько я звонил? Что ты мне обещал? "Потом обязательно". Вот оно, потом. Обещания нужно исполнять.

Леденцов с сомнением покачал головой.

– Что, - рыкнул главврач, - опять с женой будешь согласовывать? Ты мужик или что? Решения должен принимать ты, а не баба. Женское дело -детей рожать.

На что Емельян Павлович ответил:

– А ещё можно назвать тебя попазиционер. Вон какая у тебя задница.

На этом беседу пришлось прервать, потому что из парилки высыпали прочие участники мальчишника, а при них о деньгах говорить не стоило.

Денег назавтра Леденцов не дал. Разговора с Катенькой Даже не попытался завести, осознавая всю бессмысленность. А без неё, хоть и был генеральным директором с правом подписи и печати, такие вопросы он не решал. И прочие другие тоже не решал. Емельян Павлович в последнее время вообще не принимал деятельного участия в делах фирмы. Себя он утешал тем, что "Мулитан" - отлаженная организация, которая не нуждается в мелочном администрировании.

Но самый последний курьер знал, что генеральный сидит под каблуком энергичной жёнушки. В последнее время деловые партнёры с ним почти не общались - только на стадии подписания договора. Леденцов подозревал, что некоторые бумаги Катенька подмахивает за него, но ничего против не имел. Его вообще все устраивало.

Тень боя, а вернее, вязкая копоть апатии окутывала его и не давала ни на чём сосредоточиться. Леденцов смутно помнил, как прошло окончание весны, все лето и большая часть осени. Целыми днями он читал в Интернете новости и анекдоты, а когда надоедало - раскладывал бесконечные пасьянсы.

Катенька же развернулась. Похождения со стрельбой в казино и последующие события что-то перещелкнули в ней. На перрон родного города вышла не капризная и легкомысленная девица, а целеустремлённая бизнесвумен. Правда, первое время целеустремлённость её была несколько хаотична - госпожа Леденцова бросалась то в "Гербалайф", то в торговлю недвижимостью. Но однажды она появилась в "Мулитане" (что-то покупала из оргтехники), сунула повсюду свой носик с горбинкой, а вечером заявила супругу:

– Что это за организация дела? Почему нет перспективного планирования? И что ты там делаешь целыми днями, всё равно ведь не руководишь!

Никто уже не помнил, на какую должность оформил её Емельян Павлович (однажды он из любопытства посмотрел штатное - Катенька значилась "менеджером по маркетингу"), но довольно быстро жена стала исполнять функции зама, а с течением времени - и самого директора.

Недовольные были, но скоро закончились. Большинство ушло по собственному желанию, в частности секретарша Оленька, которая с первых же минут невзлюбила жену директора и пользовалась яростной взаимностью. Остальные притихли. Хрупкая девушка с крашеной чёлкой умела чётко ставить задачи и жёстко спрашивать за их выполнение. Её стараниями "Мулитан" больше не участвовал в рискованных сделках, которые когда-то обеспечили ему статус и жирный кусок рынка. Зато у фирмы появилась репутация "твёрдой". А "твёрдой" фирме не пристало ввязываться в тёмные делишки местных политиков.