Любовник Дженис Джоплин - Элмер Мендоса

В тот день Давид не пошел домой к Мансо, а разыскал старика в «Гальере» и попросил одолжить ему свой баркас.

— Мне предлагают купить мотор, хочу его опробовать. Данило скрестил на груди руки.

— Чем меньше знаю, тем спокойней сплю. Отчалить решили от Авандаро, а то, если узнает Чато, опять начнет возражать — не дури, мол, не вздумай посылать братишку! Плыть предстояло в километре от побережья; ждать их будут в заливе неподалеку от Пуэрто-Пеньяско. В лучшем случае они доберутся туда во вторник к полуночи.

— Вот, Давид, привез тебе мотор. Я в них ни бельмеса не смыслю, но в Кульякане мне сказали, что мощнее не бывает.

— Сейчас проверим. — Давид осмотрел новенький «ивен-руд» в семьдесят пять «лошадей», смазал кое-где, установил на баркас и опробовал. Потом выпросил у рыбаков самый лучший черпак для откачки воды и пошел к Гуэре, поварихе, славящейся в порту своей исполнительностью.

— Донья, дайте мне с собой мачаку из креветок и еще добавьте две порции такое с начинкой из мантарайи. — За столам несколько заезжих любителей политики в нарядных гуаяберах ели фаршированную рыбу и обсуждали предстоящую смену правительства.

— Теперь понимаешь, почему я уговариваю тебя жениться? Тогда сможешь питаться дома, как все нормальные люди!

— Уже скоро, донья Гуэра!

— Каждый мужчина должен найти себе жену и сразу же вызвать аиста! С этим медлить нельзя, иначе люди начнут языки чесать.

После обеда Давид спал до пяти, потом встал, надел куртку Чоло и пошел к «броненосцу Потемкину». Только Ривера видел, как отчалил баркас, и пожелал вслед Давиду, чтобы его поразила молния. Уже смеркалось, когда тот обогнул полуостров Атамирако и вышел в открытое море. Затем, сделав крюк, встал на якорь возле пляжа напротив Авандаро, летнего поселка на окраине Альтаты, где проводили отпуска горожане среднего класса. Давид ждал и думал: «Этот мотор просто зверь, наконец-то у меня будет денег выше крыши, хватит, чтобы поехать в Калифорнию!» — «Да и в Чакалу тоже, не забывай!»

Начало смеркаться. Двое пацанов валялись на песчаном пляже и курили. Их мамаши сидели неподалеку и отмахивались от комаров. Вскоре приехал Чоло на пикапе с кузовом, накрытым сверху желтой пленкой. Он сидел за рулем, а рядом развалился какой-то парень. Чоло представил его как Педро Инфанте.

— Очень приятно! — Давиду и впрямь, непонятно почему, было приятно. Педро Инфанте оказался безработным агрономом. Он и Чоло знали друг друга по университету. Инфанте уже давно и безуспешно искал работу — любую работу! — и уже почти отчаялся найти. Чоло с победоносной улыбкой согласился помочь ему.

— Разве тебе не внушали в университете: «Учись, и преуспеешь!»? Так вот хрен с маслом! Твое первое задание будет доставить груз морем, на лодке. — Педро Инфанте даже плавать не умел, но принял предложение не раздумывая, так как прозябал в страшной нищете. За полчаса из пикапа в «броненосец» перегрузили восемьсот упаковок марихуаны, каждая размером с кирпич; подняли на борт два бочонка с бензином и накрыли груз все той же желтой пленкой. Теперь рыбацкого баркаса стало не узнать. Чоло снабдил их фонарем, не рассеивающим свет, транзисторным радиоприемником, картой, ящиком кока-колы, запасом текилы, а в довершение передал образок святого, популярного среди наркоторговцев.

— Если все пройдет хорошо, блаженный Мальверде, — обратился он к лику святого, которого братва все больше почитала за своего покровителя, — можешь рассчитывать на свечки и бабки для твоей часовни.

Плыли без остановок и передышек. На рассвете в среду, после тридцати пяти часов пребывания в море, окоченевшие от холода, они наконец поймали по приемнику передачу местной радиостанции из Пуэрто-Пеньяско. После этого Давид заглушил двигатель, Педро Инфанте сбросил якорь, и оба уселись доедать остатки мачаки с мясом морского ската. Через некоторое время к борту «броненосца» причалил катер с командой из трех человек во главе с Закариасом.

— Та-ак, и кто же из вас любовник Дженис Джоплин? — Приняв груз, Закариас повел их завтракать домой к заказчику по фамилии Манроу. Подкрепившись, Давид обратился к главному помощнику дона Серхио:

— Как мне добраться отсюда до Лос-Анджелеса? Закариас посмотрел на него с любопытством:

— У вас там дело?

— Нет, но мне надо.

— У вас есть с собой паспорт, виза?

Черт побери, только теперь Давид вспомнил, что все его документы остались у дяди с тетей.

— А без них нельзя?

— Сейчас очень трудно, иначе мы не стали бы переправлять товар рыбацким баркасом, сами понимаете. Я бы посоветовал вам отложить эту поездку до лучших времен, приятель. Более того, обещаю, что сам отвезу вас — патрон весьма доволен вами и вашей работой. Кроме того, дон Серхио заинтересован, чтобы вы возвращались немедленно.

— Но мне правда надо!

— Ой-ой-ой, да вы настойчивый, приятель, видать, речь идет о жизни и смерти!

— Я хочу встретиться с Дженис Джоплин!

— С Дженис? — переспросил Манроу. — Чтобы встретиться с ней, вам придется проделать гораздо более долгий путь: она сейчас на гастролях в Канаде.

— А где это?

Закариас показал на карте место на севере.

— На дорогу туда уйдет несколько дней, и даже если вам хватит денег, без визы ничего не получится. Так что возвращайтесь, приятель! Вы ведь не заставите Педро Инфанте плыть в одиночку, правда?

Манроу подошел к стоящему в зале проигрывателю-автомату и выбрал «Черепаший блюз». Давид встал рядом и стал слушать.

«Если нельзя встретиться с Дженис, остается одно — поехать в Чакалу, — сказал внутренний голос. — Тебе предначертано в первую очередь отомстить за отца».

— Будете отсыпаться в гостинице или сойдет жилой автоприцеп? Передохните-ка в кампере, ребята, пока я достану бензин, там есть две кровати.

Отчалили в три часа дня; вечером в четверг вернулись в Альтату. Давид высадил Педро Инфанте перед домом Макио Клоутьера, а потом пришвартовал «броненосца Потемкина» у причала Карвахаля Кинтеро напротив его виллы. Теперь, когда не осуществились надежды встретиться с Дженис, все его мысли были о предстоящем отмщении братьям Кастро.

Чоло встретил Давида с широкой улыбкой, не подозревая о его душевных терзаниях.

— Ко мне уже поступили сведения от моих сбытовиков — из той травки, что вы отвезли, половину уже выкурили в Лас-Вегасе, а вторая должна вот-вот прибыть в Лос-Анджелес. Каброн, я опять на плаву! Мы открыли новый маршрут! Следующая ездка в воскресенье — придурки из Финикса чувствуют себя обделенными, требуют свое, и я их не обижу!

— А как насчет денег, что мне причитаются?

— Вот, получи свое! — Чоло положил на ладонь Давиду две пачки банкнот. — А эту отдай владельцу лодки, скажи — возил на рыбалку двух гринго.

Давид обрадовано разглядывал деньги. Потом свернул свои в трубочку и засунул в бутылку из-под пива, которой выпала судьба отныне служить его сокровищницей. После этого направился домой к Мансо на обед.