До самых кончиков - Чак Паланик

Доступные взгляду редкие женские фигурки представляли собой либо девочек препубертатного возраста, либо живые, истекающие слюнями иллюстрации к учебнику по гериатрии. Если же забыть про слишком юных или чересчур немощных, женские лица смотрели лишь с бесконечных улыбчивых фото, которые кто-то расклеил где только можно. Уличные фонари, автобусные остановки, ограды стройплощадок, все вертикальные поверхности Большого Яблока были заняты отксеренными снимками и объявлениями, откуда рвалось: «СРОЧНО В РОЗЫСК», «ПОМОГИТЕ НАЙТИ!», «ПРОПАЛА» – и дальше: «любимая жена», «родная дочь», «моя мама». «Дражайшая сестрица». «Если вы видели эту женщину, умоляю позвонить!» – взывали самодельные плакатики, датированные последними двумя неделями. В глазах Пенни они выглядели могильными камнями, надгробиями; целый город превратился в женское кладбище. Такое серьезно огорчает. Пугает даже.

Уже не первый день циркулировали мрачные слухи, дескать, тут замешаны «кончики». Если верить молве, первая волна покупательниц успела превратиться в асоциальных отшельниц, переехавших жить под мосты или в заброшенные метротуннели. Взяли и убежали от детей, мужей, карьеры. Новые бомжихи не изменили лишь средствам личной гигиены известного свойства.

Пока Пенни размышляла над пугающими последствиями, мимо нее протрусили два бегуна, на редкость стильных и приглаженных. Внезапное появление незнакомцев, да еще в такой близи, едва не заставило девушку выронить бумажную ношу. В глазах уроженки Среднего Запада их спортивные трусы сидели слишком уж туго, в чрезмерных подробностях подавая гипертрофированные ягодицы и беспрерывно елозившие мужские причиндалы. Писклявым голоском старшеклассницы один из них бросил соседу: «Ой, да пусть девочки развлекаются сколько влезет!» – в ответ на что крепыш-напарник ответил: «А по мне, провались они все в тартарары». И физкультурная парочка оставила Пенни чихать в облаке дорогого парфюма.

Тем временем впереди возник незнакомый мужчина. Его коротко стриженная, некогда опрятная прическа была всклокочена, оба конца развязанного галстука хлопали по мятому пиджаку.

– Помогите! – попросил мужчина.

Его щеки потемнели от щетины. Одна рука протягивала листок бледно-зеленой бумаги, под мышкой второй бугрилась стопка зеленых листовок.

– Ее зовут Бренда, – плакался незнакомец, – она моя невеста!

Перехватив понадежней свою собственную ношу, Пенни взяла листовку. Очередная улыбчивая женщина, лишенная каких-либо примечательных особенностей после многократного переснимания и увеличения исходного фотофрагмента на ксероксе. Блузка от «Джил Сандер», ослепительная улыбка на камеру. Под снимком надпись: «Эллайд кэмикал. Главбух». Телефонный номер и строчка слов: «Звоните днем и ночью». Еще ниже: «Вознаграждение гарантировано». Пенни тут же сунула листок в карман пальто, поглубже к запасным авторучкам.

Небритый незнакомец ухватил ее за запястье. До боли. Пальцы влажные от испарины.

– Вы женщина, – чуть ли не с изумленными интонациями выдохнул он. – Вы должны мне помочь! Уж коли женщина, то обязаны проявить заботу! – Тявкающий, истерический смех. Голодный взгляд шарит вверх-вниз по ее замечательному телу. – А-а, как давно я не видел настоящих женщин!

Побег потребовал решительного и прицельного боевого приема. Мысок от Гуччи вошел в контакт с пахом мужчины, и Пенни смогла высвободиться. Но еще за секунду до калечащего удара она заметила одну особенность в облике незнакомца. Его лицо, точнее даже, щеки… Кожа блестит. Как свежеомытая. Он плакал.

Объятая ужасом, Пенни не рискнула бросить взгляд повторно и спринтерским аллюром метнулась в сторону конической розовой башни на Пятой авеню.

Последнее время потребители «До самых кончиков» взяли в привычку именовать зеркальное здание «маткой». В смысле корабельной. Как плавбаза. С ежеутренним сбором лояльных покупательниц под дверями. И пусть замки еще не отомкнуты, очередь из дерганых женщин растягивалась на пару городских кварталов. Все до единой нетерпеливо переминались с ноги на ногу в уродливой, громоздкой обувке. Как Пенни в свое время у входа в «Бонвит Теллер», так и они теперь стояли, мучаясь ожиданием. У каждой тот же самый роман про вампиров. Многие пришли с бутербродами, а упаковали их в розовые пакеты, желая показать, что являются повторными покупателями. Кое-кто выглядел изможденно, волосы уже не вьются, щеки ввалились. На ум приходила Моник, чья хорошенькая мордашка за прошедшие недели превратилась в маску смерти. А уж запах немытого тела, исходивший из комнаты злосчастной девчонки… Она и отпрашиваться перестала, так что Пенни приходилось самой выдумывать предлоги для невыхода подруги на работу.

В середине очереди к одной из женщин приставал мужчина зрелого возраста в футболке с надписью «Давши слово – держи». Пенни эта надпись была хорошо знакома, так как отец сам носил поперек груди такую же[11]. Мужчина – судя по повадкам, это был пещерный человек – дергал женщину за волосы, пытаясь затащить ее в такси, что урчало по соседству. Женщина же приседала на корточки, пользуясь весом собственного тела как якорем, чтобы не потерять место в очереди ранних покупательниц.

Приблизившись к не сходящейся во взглядах паре, Пенни услышала от мужчины:

– Ради всего святого, вернись домой! – Речь прерывалась всхлипами. – Джонни и Дебби уже не могут без мамы!

Мать двоих детей отбивалась от мужа чем-то ярко-розовым. Оружием служила вещь продолговатая, гибкая и весьма длинная. При ближайшем рассмотрении Пенни опознала артикул 6435, «Жезл медово-месячный». Агрегат в своем штатном исполнении запитывался от шести батарей, и она без труда различала тяжелые шлепки при соприкосновении жезла с ребрами мужчины. Орудуя импровизированной дубиной, дама вопила:

– Да кусок пластика даст тебе сто очков форы!

Пенни опасливо обогнула драчливую пару и поспешила в голову очереди. В руках у нее была стопка планшетов, каждый с уже заправленным бланком и шариковой ручкой наготове. Обработку она начала с наиболее замученных – судя по внешнему виду – покупательниц. Не иначе, эти мертвоглазые создания простояли под запертыми дверями всю ночь напролет. Исходившее от них амбре, а также вялые, сонливые позы лишь подтверждали догадку.

– Извините, ради бога, – защебетала Пенни, протягивая планшет первой приглянувшейся избраннице. – Вам не доводилось сталкиваться с поломкой какой-либо продукции «До самых кончиков» во время непосредственного применения?

Она чувствовала себя дешевым адвокатишкой-стервятником, что дежурит при больничных травмпунктах. И ладно: ее цели оправдают ее же средства.

Поеживаясь, несмотря на утреннее солнышко, женщина приняла планшет исхудалой рукой. Нельзя сказать, что в ее глазах заиграл разум, когда она обратила свой взор на юридически грамотный бланк. Пенни понимала, что дама молода, но что-то высосало из нее жизненную энергию. Из-под пергамента кожных покровов лица проступали черепные кости.