Как кошка с собакой - Евгения Пастернак

После этого Ромка вернулся. Я сначала сбросила ему пару сосисок через форточку, а потом уже спрыгнула сама.

— На, поешь! Ромкину еду оставляй, а нашу слопай, тебе силы нужны.

Пока Ромео ел, я осматривалась. Давненько уже на улице не была.

— Все, поел? Тогда пошли наверх, будем чердак искать.

Мы стали аккуратно пробираться на верхний этаж. Затормозили только у двери Романовой квартиры. Я прислушалась. Мерзкая мымра довольно громко болтала по телефону. Ромка хотел залаять, но я уговорила его не шуметь.

— Тихо, тихо, давай послушаем. Может, нам это пригодится.

Из разговора я узнала много интересного. Во-первых, мымра не беременна. Пока. Очень надеется в ближайшее время это исправить, по этому поводу и жалуется подруге, что Роман спать с ней не хочет, что, мол, боится навредить ребенку. Ха! Не навредить он боится, а от отвращения его трясет.

— Слушай, у людей есть такие штуки, они разговоры записывают, — мечтательно сказала я, — если б Роман хоть один такой разговор услышал, вонючки бы больше здесь не было. Ладно, пошли, над этим надо подумать.

Собственно, дальше особо рассказывать нечего. Мы с Ромео замечательно провели время. На чердак мы не попали, устроились на самой верхней площадке, возле лифта. Было тепло и уютно. Мы наболтались, потом свернулись в один большой клубок и заснули.

Роман

Ромка каждый день встречал меня на улице со все более и более страдальческим видом. Честное слово, при взгляде на него хотелось забыть школьные уроки зоологии и поверить в существование интеллекта у собак. Ну по крайней мере души. Потому что у бездушной твари таких глаз быть не может.

Он встречал меня у подъезда и провожал на остановку. Чем дальше, тем грустнее. Потом встречал меня на остановке и провожал до подъезда. В подъезд входить больше не пытался. На еду смотрел в задумчивости, но ни разу даже не прикоснулся.

В общем, я даже не удивился, когда однажды он не встретил меня на остановке. Перепугался — да, но чего-то похожего я ожидал. Не было его и у подъезда. Он мог, конечно, просто уйти куда глаза глядят, но во мне зрело иррациональное убеждение, что с ним что-то случилось. Нет, не так — что ему срочно нужна моя помощь.

Я вошел в квартиру, не разуваясь, отнес продукты на кухню и вернулся к входной двери.

— Котик! — пропела Лена из комнаты. — Ты куда?

— Ромку искать.

Я уже открыл дверь, когда перепуганная Лена появилась в коридоре.

— Это срочно? — спросила она страдальческим голосом. — Мне что-то нехорошо, надо бы в аптеку.

И тут я разозлился. В аптеку я бегал по три раза на дню, но никогда не видел, чтобы Лена все эти порошки и пилюли пользовала.

— Лена, — неожиданно для себя сказал я, — не ври.

Мягко так сказал и дверь прикрыл очень аккуратно, но на Ленку это произвело впечатление. Кажется, на нее действительно обрушилась опасная болезнь — столбняк.

Для начала я тщательно облазил все кусты поблизости. В соседние дворы заглянул чисто для самоуспокоения. Какой-то инстинкт подсказывал, что Ромео где-то совсем рядом. И что он ждет меня.

Оставалось еще одно место, где мой пес мог находиться… и прекрасно себя чувствовать.

Я потоптался у входа в Олину квартиру. Очень не хотелось этого делать — объясняться с бывшей девушкой, но тревога за Ромку была сильнее. Я нажал на звонок, дверь открылась почти сразу.

— Роман! — сказала мне Олька отчаянным голосом. — Кася пропала! Найди мне ее, пожалуйста!

…Короче, врал я себе. Не за Ромку я волновался, просто хотел Олю еще раз увидеть.

Пес

На верхней площадке было тепло и уютно. Мы поболтали немного и завалились спать.

Проснулся я от тяжелых шагов хозяина. Рядом с ним цокали каблуки Оли. Им оставалось подниматься еще два пролета, и я решил пока прикинуться спящим. Так должно получиться очень лирично: брошенные домашние любимцы выпили отравы на чердаке и уснули навеки долгим сном. Интересно, где я слышал эту историю?

Наши хозяева поднимались по лестнице. Они не переговаривались, но снова как будто начали пахнуть в унисон. И чем ближе они подходили, тем плотнее свивались их запахи. Нет, они не становились одинаковыми! Я по-прежнему различал: вот это, решительно и отчаянно, немного резко, пахнет Роман — а вот это, робко, несчастно, но с затаенной надеждой, пахнет Оля. Но сумма двух этих ароматов давала третий, который как будто принадлежал единому родному существу.

А может, я немного перефантазировал?

Они вышли на последний пролет и разом остановились.

— Я же говорил, Ромка далеко не будет убегать, — тихо сказал Роман.

— Какие они… счастливые! — с отчетливой завистью прошептала Оля.

Ну что ж, я опять оказался прав. Выглядели мы, судя по всему, очень лирично.

Я осторожно поднял голову, стараясь не потревожить Касю. Хотят ее разбудить — пожалуйста. Но пусть сами это делают. Оля жалобно посмотрела на Романа. Тот ее понял, и осторожно взял на руки Касю. Теперь уже зависть ощутил я, потому что меня он не поймет, даже если я час ему в глаза пялиться буду.

Кассандра утробно задребезжала, зевнула и потянулась. Какая она все-таки красавица!

Интересно, а мы с ней тоже пахнем в унисон? Надо будет как-то принюхаться.

Девчонки уже убежали домой, а мы все сидели на верхней площадке. Роман ничего не говорил, но с запахом у него происходило что-то странное. То вдруг остро ныла нота страха, то он напрягался, излучая аромат злобы, как перед ударом, то абсолютно расслаблялся. Я решил не мешать. И так я ему нервную систему расшатал.

И вдруг он запах именно тем самым Хозяином, который меня выхаживал и кормил с руки.

Роман поднялся и скомандовал:

— Хватит! Нечего моему псу по подворотням прятаться!

По подворотням я пока не прятался — да у нас в районе и нет подворотен — но я спорить не стал. Подскочил рядом с ним и разулыбался. Я точно знал, куда мы сейчас пойдем.

И не ошибся.

— Домой, — спокойно приказал Хозяин.

Кошка

Новости утром были интересные.

Ромку пустили домой. В семь утра он вылетел на прогулку и сообщил об этом всему миру.

— Гав, гав, Каська! Мымра спала на диване!!! Вчера сначала рыдала, потом страдала, потом начала изображать, что кашляет и задыхается. А Роман ей так спокойно говорит, ты, мол, Леночка, не мучайся, а собирай свои вещи и езжай домой, тебе там будет лучше. Ну, мымра и затихла. Лежала, лежала, потом забыла, что у нее аллергия и закурила. Вот тут-то Роман и оторвался. Сообщил, что в ее положении курить нельзя, сигареты выбросил. Мымра попыталась еще что-то вякнуть, а Роман таким железным голосом сообщил, что этой вони у себя в квартире больше не потерпит. Мымра в слезы, а Роман дверью на кухню как хряснет! Мымра сидела, сидела, а потом громко так заявила, что спать собирается на диване. А Роман вовсе не обиделся, а обрадовался. Забрал маленький комп на кухню и полночи мочил каких-то гадов, а потом полночи рисовал непонятные закорючки. Утром вот выпустил меня погулять и завалился спать.