Безрассудная любовь - Сандра Браун

— Мне кажется, я не справлюсь, — пробормотала она. Джейс рассмеялся:

— Вот тут ты не права И знай, я не позволю своей жене всю жизнь торчать где-то в глуши и целыми днями ничего не делать! Ни в коем случае! У меня уже была возможность убедиться, чем это кончается. Я имею в виду поползновения молодого Купера. — Перегнувшись через стол, он смотрел ей прямо в глаза и сурово хмурил брови. Но по широкой улыбке, вдруг осветившей его лицо, она поняла, что он просто дразнит ее. — А позволить тебе вернуться на старое место, чтобы очередной босс… Так вот, идея моя заключается в том, — Джейс снова стал серьезным, — что ты будешь работать дома. Во всяком случае, до тех пор, пока малышка не подрастет. Ты можешь сама устанавливать себе расписание, работать когда хочешь и одновременно быть с ней весь день. Ну, что скажешь?

— О, это было бы замечательно, Джейс! Я так терзалась, когда оставляла ее на целый день, до того.., ну, перед Тем, как мы поженились…

— Ну и прекрасно! Значит, договорились?

— Погоди минутку, дай подумать! — Она задумчиво постучала указательным пальцем по плотно сомкнутым губам. — Но разве эта работа не предполагает самого тесного общения со съемочной группой?

— Очень толковый вопрос. Телестудия в Хьюстоне обязуется поставлять нам всю необходимую для съемок технику. Они будут делать всю, что называется, черновую работу, а твое дело — писать для них сценарии. В случае необходимости они всегда могут связаться с тобой по телефону. А если потребуется, можешь воспользоваться самолетом компании и слетать в Хьюстон на денек.

— О, Джейс, это так здорово, что даже не верится!

— Все зависит только от твоего желания. А уж опыта и ума тебе не занимать. — Он нежно потрепал ее по щеке и ободряюще подмигнул:

— Так что, могу я позвонить Уиллоби и сообщить ему, что у него новая служащая?

Секунду Кэтрин еще колебалась, затем захлопала в ладоши:

— Да! Да!..

Кэтрин и Джейс согласились остаться и перекусить с рабочими. Один из них съездил в город и привез гамбургеры и жареное мясо по-французски. Выпив свою дневную порцию молока, Эллисон, удовлетворенно позевывая, уютно устроилась на руках у Билли и задремала. Подтрунивания рабочих оставляли Дженкинса совершенно невозмутимым.

Они ели, а земля на буровой, казалось, содрогается до самого основания, — глубоко внедрившийся в почву бур выл и грохотал так, что Кэтрин думала, еще секунда — и она сойдет с ума, она этого просто не выдержит. Однако рабочие, с аппетитом поглощавшие еду, похоже, вовсе не замечали шума.

Одни расселись прямо на земле, другие — на открытой платформе грузовика, третьи просто стояли маленькими группками. Со всех сторон сыпались шутки, не смолкал громкий хохот. Шутки эти порой были не слишком пристойны и проскальзывали неприличные словечки, но Кэтрин чувствовала: ее присутствие заставляет их сдерживаться.

Когда с едой было покончено, Джейс прокричал, перекрывая шум:

— Что это здесь, черт побери, творится? Думаете, если я привез жену познакомиться с вами, можете бить баклуши? Дудки! Все за работу, живо! Пикник окончен! — голос звучал строго, но Джейс улыбался.

Недовольно ворча, все стали расходиться по своим рабочим местам. Проходя мимо Кэтрин, многие приветствовали ее почтительным кивком или взмахом руки. Джим Купер расплылся в широкой улыбке, но, заметив, как Джейс сверкнул глазами из-под насупленных бровей, торопливо прошмыгнул мимо.

Вскоре семья Мэннингов отправилась домой. Уже поднимаясь по ступенькам к входной двери, Джейс заметил:

— Через несколько дней Уиллоби пришлет тебе разные материалы, пригодятся для работы. Правда, в основном это цифры, но попадаются и чисто человеческие истории, довольно занимательные.

— Мне не терпится начать. — Она опустила руку на перила. — Ох, чуть не забыла! Наверное, мне надо позвонить в колледж, уведомить их, что на работу я больше не вернусь, да?

Джейс отступил, распахнул дверь и пропустил ее вперед. При этом он загадочно улыбался, а в глазах его мелькали хитрые искорки. Через секунду Кэтрин поняла, в чем крылась причина.

В центре гостиной на новом письменном столе красовалась новенькая электрическая пишущая машинка. Кэтрин взвизгнула от восторга, а потом обернулась и вскинула на него удивленные глаза.

— Это мне? — с некоторой долей неуверенности спросила она.

— Нет, для Эллисон, — сухо буркнул он. Не обратив внимания на насмешку, она подбежала к столу и стала рассматривать этот великолепный образчик техники. Казалось, там было предусмотрено все, в том числе автоматическая корректирующая система, а также масса других непонятных приспособлений и устройств. Кэтрин испугалась — ведь надо еще научиться всем этим пользоваться.

— О, Джейс, она просто замечательная! Я… Но когда?

— Купил ее пару дней назад и попросил доставить сегодня, в наше отсутствие. Хотел сделать сюрприз. Тебе нравится?

— Нравится? Да это просто мечта писателя, а не машинка! Видел бы ты… — тут она осеклась, в голову пришла новая мысль. Кэтрин взглянула на него, сощурив ярко-зеленые глаза:

— Так, выходит, ты был абсолютно уверен, что я приму твое предложение, да?

Джейс рассмеялся:

— Во всяком случае, надеялся. Она пыталась сделать вид, что дуется на него, но не выдержала, и на лице засияла восторженная улыбка.

— Следовало бы разозлиться за то, что ты счел это само собой разумеющимся, но я не могу. Спасибо тебе, Джейс, за все… За работу. За машинку. За все… — Кэтрин стало стыдно, что она неверно истолковала его намерения.

— Поди сюда и поблагодари как следует. Поцелуй. — Он не сводил с нее глаз. Улыбка исчезла, лицо стало серьезным.

Настороженная его тоном, Кэтрин робко и нехотя шагнула к нему. Джейс успел взять у нее Эллисон, когда она бросилась к столу разглядывать подарок. Кэтрин приподнялась на цыпочках и чмокнула его в щеку.

Джейс нахмурился:

— Разве так целуют? Вот как надо… Он наклонился и поймал ее рот губами. Руки были заняты ребенком, но он использовал другие средства. Сам поцелуй, сила и страсть, таившиеся в нем, оказались не сравнимыми ни с какими объятиями.

Твердые губы касались ее губ с мучительной медлительностью. Затем он слегка куснул ее, и Кэтрин покорно раскрыла рот навстречу. Но он все сдерживался, выжидал, лаская ее кончиком влажного языка.

Кэтрин застонала и, придвинувшись ближе, обхватила его за шею обеими руками и притянула голову Джейса к себе. Лишь тогда он удовлетворил ее томление. Он смял, сокрушил ее губы с неукротимой страстью. Казалось, этот поцелуй разбудил не только тело, но и душу Кэтрин. А в самом потаенном уголке сознания теплилась мысль: как умудряется он почти без видимых усилий превращать ее в совершенно беспомощное существо? Как может он столь властно управлять всеми ее чувствами? “Я не должна поддаваться этим чувствам. Но я хочу! Я хочу его!.."