Секрет рисовальщика - Рольф Майзингер

— Товарищ майор, поторопиться бы надо, — пугливо поглядывая на приближающуюся толпу встречающих, произнес молодой летчик, — они же нас в клочья разорвут.

Майор вынул из кобуры пистолет, снял его с предохранителя и только потом ответил:

— Успеем! А вы, как только гроб окажется снаружи, идете на взлет! Ясно!

В ответ летчики лишь быстро закивали.

Апрель 1989

Снаружи снова засигналили. Галкин, тихо выматерившись, открыл окно:

— Подождешь! — зло прокричал он.

Я быстро складывал в вещмешок отобранные и приготовленные для меня майором книги.

— Не торопись, Майзингер, — сев за стол, обратился ко мне Галкин, — Он будет ждать тебя сколько нужно.

В «вагончик» зашел старший прапорщик Щеглицкий и замер у двери.

— Итак, еще раз! — Поймал мой взгляд майор Галкин. — В Термезе бумаги передашь лично подполковнику Беленькому. Когда устроишься, зайдешь на переговорный пункт и позвонишь по номеру, который я тебе дал. — Он хитро прищурился и быстро спросил: — Вспомнишь, какой у них позывной?

— «Киска»! — с готовностью ответил я.

— «Лапка», Майзингер, «Лапка» а не «Киска»! — майор устало закатил глаза. — Киска, солдат, у твоей крали на гражданке. Мохнатая такая. А позывной у них «Лапка».

Щеглицкий прыснул в кулак.

— Теперь запомнил? — не обращая внимания на веселье прапора, поинтересовался Галкин.

— Так точно, товарищ майор!

— Ох, горе мне с вами, вояками! — сокрушенно проговорил командир.

Щеглицкий должен был сопровождать меня до поезда. Там, на станции, у него еще были какие-то дела. А полковой УАЗик тут же отправлялся назад в Джаркурган.

— Ну че, волнуешься? — повернулся ко мне Щеглицкий.

Мы уже целый час пылили по бездорожью.

— А зачем мне волноваться? — поглядывая по сторонам, ответил я.

— Ну как же! Все же как никак выездная «академия». Считай, что на повышение квалификации едешь.

Я пожал плечами. В тот момент мне было совершенно без разницы, куда и зачем меня везут.

Неделей раньше майор Галкин вызвал меня к себе.

— Следующее, Майзингер! Тебе надлежит посетить двухнедельный семинар. Запрос на тебя уже пришел. Суть семинара заключается в том, чтобы расширить твои знания в областях, внимание которым практически не уделяется даже в высших учебных заведениях нашей страны. Там ты ознакомишься с историей колдовства, парапсихологией и результатами исследований по телекинезу. Особое внимание будет уделено мифологии народов мира и оккультизму. От тебя требуется, чтобы ты был предельно внимателен и вел подробные записи. В конце второй недели будет проведен экзамен. И я очень надеюсь, что ты оправдаешь наши надежды!

Термез встретил меня не иначе, чем другие города Азии, в которых мне уже довелось побывать раньше. А именно жарой и пылью. И лишь одно обстоятельство откровенно порадовало меня. Здесь я впервые очутился лицом к лицу с, пожалуй, самой известной рекой Средней Азии — с Амударьей. Великая, изумительная, легендарная! Древняя и вечно молодая, она несла свои мутные и в то же время живительные воды вдоль низких, поросших редкими кустарниками берегов. Как приятно было бы прикоснуться к ее прохладе, овладеть хотя бы частичкой ее грандиозной силы. А если повезет, то и услышать в ее таинственном шепоте удивительные сказания о былых временах. О загадочном Греко-Бактрийском царстве, о воинственных парфянах и могущественных сасанидах.

Курс читала женщина. Молодая и очень симпатичная. Звали ее лейтенант Семенова.

— У Владимира Даля есть и еще одно название — вовкулака. Это человек, обращенный ведьмой или колдуном, или сам, как кудесник, перекидывающийся в волка и в других животных. Даже в куст или камень, — лейтенант Семенова внимательно посмотрела на нас.

Слушателей было всего четверо: двое, как и я, рядовых, а четвертый — сорокалетний прапорщик. Он вечно поправлял свои редкие, жирные волосы и при этом строил Семеновой глазки.

— А как вы считаете, зверь из Жеводана тоже был оборотнем? — задал вопрос Леонид, москвич-выскочка с вредным характером.

— Думаю, что да, — просто ответила женщина и присела на край моей парты.

Моего носа коснулся запах ее тонких духов, а глаза споткнулись о вид ее великолепных коленок. Я быстро отвел свой «бестыжий», как наверняка назвала бы его моя мама, взгляд. Лейтенант Семенова подарила мне обворожительную улыбку и поинтересовалась:

— А у вас, рядовой Майзингер, нет ко мне вопросов?

Я поскреб подбородок и только потом сказал:

— Нет. Потому что я не верю в оборотней.

Женщина по-собачьи наклонила свою симпатичную головку набок и спросила:

— Отчего же?

— Видите ли, — я сделал небольшую паузу, подыскивая нужные слова, — я убежден, что человеческое тело неспособно к таким метаморфозам.

Эти слова потонули в тишине. Мои сокурсники слушали, затаив дыхание.

— Вы же, наверняка, помните музыкальный клип с Майклом Джексоном. В котором он превращается в вервольфа.

Она кивнула.

— Там хорошо показано, как трещат кости, суставы, сухожилия, меняя свою форму. А через кожу лезет шерсть. При этом у оборотней все должно происходить в считанные минуты. Но самое интересное в том, что позже весь этот процесс происходит в обратном направлении. И никаких вам разрывов, ран, даже шрамов не остается. Вы меня извините, товарищ лейтенант (при этих словах красавица еле заметно улыбнулась), но даже ящерице нужно время, чтобы ее оторванный хвост регенерировался.

— Вам бы доклады читать, рядовой Майзингер, — буравя меня глазами, заметила Семенова. И, вернувшись к доске, продолжала: — Однако, молодой человек, все здесь гораздо сложнее, чем вы думаете. Сообщения о появлениях оборотней были известны еще в древности. Притом во всех частях света, без исключения… Не буду спорить, что анатомия человека слишком сложна, чтобы он мог менять свой облик в одночасье. И все же… — Она снова обвела нас взглядом, — Не все можно объяснить, а уж тем более постичь. В левитацию, спиритизм, в частности, столоверчение, и в порой самые невероятные проявления летаргии, верится тоже с трудом. А кто с этим никогда не сталкивался, в это никогда и не поверит. Мы же относимся к тем привилегированным, которые пытаются найти ответ на самые невероятные вопросы. И собрались здесь, чтобы подготовиться к правильному восприятию, оценке и действиям в момент контакта с феноменом.

Встретившись с ней глазами, я согласно кивнул.

— Ну и, насколько мне известно, вы уже не являетесь новичками. Каждый из вас успел обзавестись определенным опытом на данном поприще.

Теперь уже кивали все.

Питались мы в офицерской столовой, расположенной на территории какой-то воинской части. Хотя жили в здании недостроенного общежития, на другом конце Термеза.