Золотая лихорадка - Ю Мири

Всякий раз, когда, бывая в «золотом квартале», подросток проходил через туннель под железнодорожной эстакадой, его охватывал страх замкнутого пространства, он не мог идти прямо и глядя вперёд. Постоянно оглядываясь, он думал лишь о том, где выход, а иногда даже продвигался боком, распластавшись спиной по стене. Когда мозг его сотрясал пролетавший над головой экспресс линии Кэйхин, подросток падал в яму чёрных воспоминаний.

Девятого февраля, в четыре часа, подросток вошёл в кабинку одного из заведений караоке в районе Каннай. Они были там вчетвером: кроме подростка, ещё Киёси и Такуя, два его одноклассника по начальной школе, и Рэйдзи, тот годом старше остальных. Рэйдзи пригласил к ним в кабинку двух девчонок-старшеклассниц, с которыми столкнулся тут же в коридоре, и те легко согласились. В половине шестого одна из них ушла домой, а вторую они уговорили, и она спела ещё четыре песни. В семь Рэйдзи уже исполнял с ней дуэт, обнимая за плечи, а за время музыкального проигрыша успел пригласить к себе домой. В конце второго куплета все дружно поднялись с мест.

Вызвали два такси и отправились к Рэйдзи, в Кубояма. Приехали туда в половине восьмого. Рэйдзи жил вдвоём с матерью, которая работала в баре в квартале Хинодэ и возвращалась после часа ночи, а иногда и под утро.

Рэйдзи выставил на стол банки с пивом, но никто к нему не притронулся.

— Пить хочется, но пиво ненавижу. А сока какого-нибудь нет? — сказала старшеклассница.

— Пепси годится? Есть только пепси, — отозвался Рэйдзи и поднялся с места.

— Заодно и лапши разведи! — Такуя бросил возле подушки журнал комиксов, который до этого читал, и перевернулся на живот.

— Я бы тоже поела!

Дверь за Рэйдзи закрылась, и, пока слышались его шаги на лестнице, ведущей на первый этаж, разговор пресёкся и повисшая в комнате тишина накалила атмосферу настолько, что у старшеклассницы подмышки пропитались потом. Троим было слышно, как дыхание её становится всё тяжелей и прерывистей, но они сдерживали свои естественные реакции, чтобы не нарушить тишину. Подросток затаил дыхание: только бы не было пятна, хоть бы превратиться в невидимку!

Когда дыхание школьницы зазвучало в унисон с биением их сердец и воздух в комнате стал закручиваться в воронку, она опустила глаза на ручные часы и поднялась с места.

— Ужас, домой же надо!

— Поешь, он ведь специально лапшу сделал! — звенящим голосом произнёс Такуя.

— Но в этой комнате такая жара! — Она сдвинула брови, выбритые так, что почти ничего не осталось.

— Сейчас выключим обогреватель! — отозвался Такуя, и Киёси, не вставая с места, дотянулся до лежащего на столе пульта дистанционного управления и снизил температуру до двадцати градусов.

В это время вернулся Рэйдзи, держа в руках поднос с лапшой быстрого приготовления и банкой пепси.

Старшеклассница заложила за уши распущенные по плечам высветленные волосы и принялась неаккуратно есть палочками лапшу. После того как закончилась и лапша, и всё остальное, что там плавало, она отложила палочки, взяла обеими руками плошку и, причмокивая, выпила весь бульон. После этого она закурила.

Мальчишки старались не встречаться друг с другом взглядами, но каждый краешком глаза наблюдал за старшеклассницей, а Такуя и Киёси затаили дух, зная, что Рэйдзи ждёт лишь удобного момента, чтобы наброситься на добычу. Сидевший на полу и вжавшийся в стену подросток, не отрывая зада, с шуршанием начал отъезжать к двери.

Старшеклассница стряхнула пепел в банку с недопитой пепси-колой:

— Я, бывает, забуду и потом допью… Не случалось такого? Набьётся пепел в рот — и плюёшься!

Она засмеялась, но через секунду замолчала и с каким-то потерянным, беспокойным выражением на лице смяла в пепельнице окурок и принялась нащупывать в пачке новую сигарету, однако там уже было пусто.

— «Кастер» подойдёт? — Рэйдзи вынул из кармана пачку сигарет.

Девчонка-старшеклассница молча то крутила пальцы, то зажимала ладони между коленями, ощущая ту же туманящую мозг лёгкость, какую в электричке чувствовала, сидя нога на ногу в мини-юбке, когда мужские взгляды проникали к ней под подол до самого паха. Однако здесь, в замкнутом пространстве, сознание её стало подавать сигналы опасности, и наконец сирена завыла на полную громкость. В душе она раскаивалась, что не пошла из караоке прямо домой.

— Ну, пора мне! — Она одёрнула юбку и подхватила школьный портфель. — Пока!

Однако стоило ей подняться и сделать шаг к двери, как Рэйдзи подставил ей подножку. Потеряв равновесие, она упала.

— Ты чего? — завизжала она, и в то же мгновение Такуя и Киёси мгновенно схватили её руки и ноги и придавили к полу.

Рэйдзи уселся на тело сверху и, задрав школьную матроску, потянулся расстёгивать бюстгальтер.

Она скребла пол своими длинными ногтями, старалась высвободить руки, колотила ногами, и, хотя тело её было накрепко придавлено, а рот забит, она изо всех сил крутилась и дёргалась. Глядя на них широко раскрытыми глазами, она не переставая мотала головой.

— Давай, ты! — Рэйдзи метнул злобный взгляд на Киёси.

Тот хоть и растерялся, но отпустил ноги старшеклассницы, расстегнул молнию и стал снимать штаны. Такуя за это время стянул с неё трусики до самых щиколоток и раздвинул ей ноги. Держа в руках свой пенис, Киёси пытался его всунуть, но, поскольку пенис до конца не поднялся, а женские органы не были увлажнены, ничего не выходило.

— Слюной надо! — бросил Рэйдзи, голос его срывался на крик.

Киёси плюнул на ладонь, потёр ею пенис и с силой ткнул. С каждым проникновением он всей тяжестью наваливался на тело старшеклассницы, зад его дёргался туда и обратно. Потом Киёси издал стон и растянулся на ней, тяжело дыша, спина его так и ходила.

У обессилевшей старшеклассницы под глазами расплылись чёрные пятна смытой слезами туши. Заметив это, подросток уже не мог отвести взгляд от её лица. Из-под плотно сомкнутых век сочились слёзы. Ни всхлипов, ни рыданий — на это у неё не было сил, только слёзы, текущие непрестанным потоком, и изредка сотрясающие грудь глубокие вдохи. Такуя раздел её совсем догола, снял и верх матроски, и юбку, расстегнул крючки лифчика. Впившись ногтями в её груди, он изо всех сил мял их, словно хотел уничтожить. Она плотно сжала губы и не издавала ни стона. Рэйдзи просунул под неё руку, раздвинул колени и сунулся указательным пальцем. Все её ляжки были вымазаны спермой. Рэйдзи схватил старшеклассницу за волосы и потащил к кровати, бросив Такуя, который стоял уже со спущенными брюками и трусами.

— Сзади попробуй!

Такуя двумя руками схватил её за поясницу и высоко приподнял. Пружины кровати скрипели, груди старшеклассницы тряслись, плотно сжатые зубы клацали, однако, когда зад Такуя стал двигаться ещё быстрее, изо рта у неё вырвался стон.

Подросток наблюдал всё это словно сквозь пелену, осознавая, что все его чувства притуплены и что он не способен вникнуть, что же это происходит у него на глазах и что за звуки здесь разносятся. Видеть это было так несносно, что все его чувства мутировали в злобу, хотелось блевать от отвращения к женщине, в таком виде представшей перед его взором.