Добрые феечки Нью-Йорка - Мартин Скотт

Они стали разглядывать улицу, по которой, расталкивая малышей, громко топал какой-то оборванец с полиэтиленовым пакетом.

Оборванцем был Джошуа. Он гнался за Магентой, сбежавшей с его рецептом Фицройского Коктейля, в состав которого входят гуталин, денатурат, фруктовый сок и секретная травяная смесь.

Джошуа только было выследил ее на Первой авеню, но тут она нырнула в метро, и он потерял ее из виду. Магента была искусным противником, но рецепт был самой большой ценностью Джошуа, и он ни за что не хотел отступать.

— Что случилось с нашими друзьями? Где Браннок, Мейв, Падриг, Тюльпанка и Лепесток?

Ответить на это невозможно. Они могли быть в любом уголке этого городе. Обе феи мало что помнили, кроме того, что проснулись в огромной тряской машине, а потом их вышвырнули на улицу в ящике с пивом. Их друзей машина, видимо, увезла куда-то в другое место. Они снова принялись спорить, кто из них виноват.

— Так, ну-ка живо отсюда! — В комнату с топотом ввалился Динни. — И чтобы духу вашего тут не было!

— Да что с тобой такое? — удивленно спросила Хизер, тряхнув золотыми волосами. — Людям полагается радоваться, восторгаться и считать за честь, если они встречаются с феей. Они прягают, кричат: «Фея! Фея!» — и смеются от счастья. И совершенно не требуют, чтобы фея живо убиралась из их комнаты и духу ее не было.

— Ну так добро пожаловать в Нью-Йорк, — огрызнулся Динни. — А теперь проваливайте.

— Ладно, — сказала Хизер. — Мы уйдем. Но потом и не думай прибегать в слезах, если на весь твой род падет проклятие до седьмого колена.

— Или даже до тринадцатого.

Феи посмотрели друг на друга. Из-за плиты выглянул таракан и пошел своей дорогой.

Мораг из них двоих отличалась большей рассудительностью, поэтому и попыталась смягчить ситуацию.

— Разрешите представиться. Я — Мораг Макферсон, фея чертополоха из Шотландии.

— А я — Хизер Макинтош, фея чертополоха. Лучшая скрипка Шотландии.

— Что? — возмутилась Мораг. — Это я лучшая!

Хизер так и покатилась со смеху.

— Да как ты можешь смеяться над моей игрой! Я — Мораг Макферсон, лучшая из лучших, — продолжала темноволосая фея.

— Так, а я — Динни Макинтош, и вы обе можете проваливать.

Теперь и Мораг затряслась от смеха.

— Что смешного?

— Он тоже Макинтош, — фыркала Мораг. — Не удивительно, что он так плохо играет на скрипке. Всем Макинтошам медведь на ухо наступил.

Хизер помрачнела.

— Он ведь только начинающий, — сказала она, но Мораг уже хохотала в голос. Это ж надо, как все обернулось! Ну вот, теперь ясно, кто прав.

— Не смей потешаться над Макинтошами! — возмутилась Хизер, которая не могла видеть, как оскорбляют ее род. — Макинтош, даже если он человек, стоит больше, чем какой-то лживый Макферсон!

— Не смей называть Макферсонов лживыми! — завопила Мораг.

Зеленые глаза фей так и сверкали.

— Эй, послушайте, — попытался вставить слово Динни, но на него никто не обратил внимания.

— Ты — лживая. Лживая, гнусная, мерзкая, никудышняя…

— Хизер Макинтош, я не желаю тебя больше видеть! — И с этими словами Мораг выпрыгнула в окно.

Наступила тишина.

Хизер мрачно молчала. С перекрестка доносились крики футболистов.

— Набери 970-С-О-С-И и получишь самый жаркий секс по телефону в Нью-Йорке, — шептала обнаженная женщина с экрана телевизора.

— Я заблудилась в чужом городе, меня бросила лучшая подруга, и все это — из-за твоего дурацкого пиликанья, — проговорила Хизер и разрыдалась.