Задачи из учебника - Марина Елькина

На вечер Алик все-таки пошел.

Он молча шагал рядом с болтавшим без умолку Лешкой и сердился не то на себя, не то на друга. Скорее, все же на себя.

Хватит трусить! В конце концов, пять лет прошло. Ему уже двадцать два, а он, как пятнадцатилетний мальчишка, панически боится приближаться к строгому розовому зданию школы.

Зачем он пошел?

Затем, чтобы перебороть себя, избавиться от этого дурацкого комплекса. В самом деле, это даже смешно! Чего ему бояться? Что для него сейчас мнение бывших учителей? Наоборот, Лешка прав: Алик – победитель, он всем им доказал, что не бездарность, не двоечник, не дурак.

Доказал? А им так необходимы были эти доказательства! Кому все это нужно, кроме самого себя?

Тем более! Нужно только доказать самому себе!..

– Алька! Пятый раз тебя спрашиваю: ты при галстуке?

– А как же!

– Молодец! – Лешка удовлетворенно кивнул. – Ты должен произвести впечатление солидного ученого мужа из столицы.

– Заткнись!

Как ни старался, а сердце все-таки куда-то ухнуло, когда Лешка с нарочитой предупредительностью распахнул перед ним тяжелую школьную дверь.

– Алька! Данилин! Вот неожиданность! Молодец, что пришел! Как жизнь?

Шумный и все такой же бестолковый Влад встретился им прямо в вестибюле. Вежливо ответив на все его вопросы, Алик поинтересовался:

– Говорят, ты здесь физику преподаешь?

– Преподаю! Вот видишь, сегодня вместо того, чтобы веселиться со всеми, целый вечер буду дежурить со своими оболтусами.

– Давай-давай! Не скучай! Будь здоров! – Лешка решительно тащил Алика от одноклассника.

– Вы хоть потом спуститесь поболтать, – попросил вдогонку Влад.

– Посмотрим! – Лешка тянул Алика к лестнице. – Дежурь!

– Здравствуйте, молодые люди! – окликнул их кто-то, и Алик вздрогнул. Никому, кроме Танечки, этот голос принадлежать не мог.

Встретив растерянный взгляд Лешки, Алик понял, что не ошибся, и постарался обернуться как можно спокойнее.

– Здравствуйте, Татьяна Евгеньевна! – почти хором произнесли они с Лешкой.

Танечка ничуть не изменилась, но Алик отметил это не в качестве комплимента, а с какой-то злой досадой.

– А вы все еще работаете? – брякнул Лешка, и Алик сердито глянул в его сторону.

– А ты, Алексей, конечно, надеялся, что я уже ушла, – улыбнулась Танечка.

– Не… Я… Хорошо, что работаете. Все так же математику преподаете?

Тут уж Алик искренне расхохотался.

– Нет, переквалифицировалась на русский язык и литературу, – пошутила Танечка.

Лешка умолк, неловко улыбаясь, и Алику пришлось из вежливости продолжить разговор:

– Как нынешние ученики?

– Такие же, как вы. – Танечка вздохнула. – Учишь, учишь, а толку никакого.

– Не преувеличивайте. – Алик улыбнулся, с легкостью ощущая, что детский страх перед Танечкой прошел. Разговаривали они на равных, да и былая вражда, похоже, уже не стояла между ними. Конечно, чего им теперь делить!

– Я не преувеличиваю. Больше чем уверена, что ты ничего не помнишь из алгебры.

– Это вы зря! – обрадовался Алик. – Я, например, до сих пор помню, что такое тангенс. Тангенс – это косинус, деленный на синус.

– Наоборот, – рассмеялась Танечка. – Это синус, деленный на косинус.