Обнаженные души - Мария Тумова

Она встретилась глазами со спокойным, невозмутимым взглядом Жана, который, казалось, ни в чем и не упрекал ее.

Отчего-то стало еще тяжелее. Подошла и медленно перевернула фотографию, чтобы не видеть больше этих глаз.

* * *

Сесар опустился за деревянный стол, мрачно пересчитывая те гроши, что у него оставались после того, как он помог Хорхе. Вошел Ксавье. Запустив руку в карман, он высыпал на стол перед старшим другом несколько монет – свою зарплату. Сесар с благодарной улыбкой посмотрел на него. Денег было мало, но дело было не в них.

Ему начинало казаться, что из парня выйдет толк.

* * *

Она тихо прошла по коридору, на миг заглянув в каминную.

Там в широком кресле, не двигаясь, сидел Филипп Варенкур.

Некогда грозный, пугающий своим авторитетом и твердостью, после взрыва на заводе он словно сломался, как подрубленный дуб.

У Соланж защемило сердце. На цыпочках она поднялась к себе.

* * *

Венсан даже не стал ужинать. Скинув ботинки и пиджак, он буквально рухнул на постель. Его организм все еще ощущал следы болезни. Все, что ему сейчас было нужно, – это укрепляющий сон.

* * *

Они встретились днем на полигоне, ровно через пять суток. Венсан пригнал раздобытую машину – военный фургон. Оружие и боеприпасы были зарыты здесь же. Началась погрузка – винтовки, гранаты, несколько пистолетов.

Когда все было уложено, Кара еще раз прямо в фургоне развернул карту, чтобы четко воспроизвести позиции в памяти каждого из них. Это был всего лишь бумажный план, но от кружков и пунктиров в нем зависело слишком много.

Наконец Венсан свернул карту и убрал в карман. Он откинулся назад на одной из скамеек, которые тянулись по обеим сторонам полутемного фургона. Свет проникал лишь в щели между полотнищами брезента. Они сидели друг напротив друга, с одной стороны двое, с другой – трое. Сосредоточенные и суровые.

– Может быть, когда-нибудь, после окончания войны, мы встретимся и вспомним обо всем этом, – неожиданно сказала Соланж.

Никто не ответил, она замолчала. И только сейчас эта тишина надавила на нее. Как будто она почувствовала, что, если кто-то из них и встретится потом, в новом времени, то лишь для того, чтобы вспомнить других, тех, кто до окончания войны не дожил.

* * *

Венсан остановил фургон, и они вышли.

– У нас еще есть около часа. Этого времени хватит, чтобы занять позиции. Помните, главное – не мешкать при отходе. Начинайте отступление по моему сигналу.

Позиция Сесара была самой ближайшей к фургону, с правой стороны дороги. От фургона ровно через лес под углом. Чуть дальше по правой стороне была позиция Евы. С левой стороны соответственно должны были располагаться Соланж и Ксавье.

Сесар похлопал мальчика по плечу.

– Удачи тебе, сынок.

Тот сжал зубы, и в глазах его блеснули всем знакомые искорки. Он кивнул и быстро направился к месту. Сейчас, чтобы преодолеть расстояние, ему нужно было перейти через широкую ухабистую дорогу и лишь чуть-чуть углубиться в лес. А при отходе, чтобы попасть к машине, ему и Соланж придется сделать крюк через лес.

* * *

Они ждали долго, прислушиваясь к шелесту листвы, к щебетанью равнодушных птиц, которые радовались любой весне, к собственному дыханию.

Наконец еле различимо послышался рев моторов. В зеленоватой дымке впереди дороги нарисовались силуэты двух автомобилей. Все члены группы как по команде натянули маски. Венсан сжал в руке гранату.

Немцы приближались неумолимо и медленно, с каждой секундой все ближе и ближе. Как приближался и тот миг, когда все должно было решиться.

Венсан выдернул чеку. Машины заходили в зону, очерченную красным овалом на карте. Выскользнув из-за деревьев, Венсан кинул гранату. Взрыв прогремел прямо у колес первого автомобиля. Обе машины встали. Преодолев секундную панику, немцы повыскакивали из машин, начался перекрестный огонь. Кара кинулся назад и подхватил винтовку.

Фашисты падали один за другим, сраженные пулями невидимого противника.

Один из солдат кинулся вперед к пригорку, и Венсан увидел его, когда тот был уже на расстоянии десяти шагов. Резко повернув в его сторону дуло винтовки, Венсан выстрелил практически в упор, свежая кровь брызнула на зеленые листья. Он быстро отвернулся.

Вдалеке послышался рев еще одной машины. Пальцы Венсана замерли на спусковом крючке. Из-за поворота выскочил военный грузовик и остановился, не доезжая до зоны огня. Вооруженные солдаты начали выскакивать из него один за другим.

* * *

Нужно было уходить. Как можно скорее. Соланж и Ксавье первыми начали покидать свои позиции. Им пришлось уходить спереди колонны, через позицию Венсана.

Ева и Сесар продолжали отстреливаться. Они были как последний заслон между немецкими солдатами и всей группой. Важнее всего оказалась позиция Сесара, даже с расстояния Евы невозможно было попасть по вновь прибывшему немецкому подкреплению. Стало ясно, что Сесар один их не остановит, но он мог хотя бы задержать, дав остальным время.

– Уходи! – бросил Сесар громко в сторону Евы.

Она неуверенно посмотрела на него. Пуля попала на пригорок рядом с ней, подняв ввысь маленький фонтанчик сухой земли.

Сесар продолжал отстреливаться. Ева, еще раз взглянув на него, попятилась назад. Спустившись с холма, она вскочила и побежала.

Внизу, у высоких кустов по пояс, под ветками соснового бора, ее ждали остальные.

Сесар выдернул чеку у одной гранаты, затем у второй. Поднявшись во весь рост, он запустил их в машину. Солдаты кинулись в стороны, прогремели взрывы, заглушая выстрелы. Автомобиль развернуло и протащило по дороге несколько метров.

Дав последнюю очередь, Сесар обернулся, чтобы тоже сбежать вниз, но в это мгновение пуля отрекошетила прямо в его больную ногу, чуть ниже колена. Винтовка вылетела из рук, он ухватился за ногу, раздираемую болью, и попытался сделать еще несколько шагов. Выжигающее тепло, словно от раскаленного железа, пронзило грудь. Боль в ноге стихла, он перестал ее ощущать. Как перестал ощущать все, что его окружало.

Сесар рухнул на землю.