Хранитель времени - Митч Элбом

Лоррейн посмотрела на часы и подошла к зеркалу. Уже восемь вечера. Пора одеваться к выходу.

Она терпеть не могла новогодние вечеринки. Но на одну из них ходила неизменно. Ее разведенные подруги заключили пакт, что не будут оставлять друг друга в праздники, когда одиночество чувствуется особенно сильно.

Лоррейн побрызгала волосы лаком. Потом выглянула в коридор, чтобы посмотреть, не появилась ли Сара. Она тревожилась за дочь. Что с ней творится? Сидит не вылезая в своей комнате вот уже пять дней. Носит одни и те же черные спортивные штаны и старую зеленую футболку. Лоррейн порывалась спросить у Сары, ради кого та надевала сапоги на высоких каблуках, но шансы узнать что-либо были ничтожно малы. Дочь просто бы ее отшила.

Лоррейн вспомнила о тех временах, когда Новый год был для них семейным праздником. В последний день декабря они втроем поехали в город и стояли на Таймс-сквер, дрожа от холода, в ожидании, когда спустится новогодний шар. Саре было семь лет, она сидела у отца на плечах и грызла жареные орехи пекан в меду, купленные с тележки уличного торговца. За несколько минут до полуночи пошел снег. Сара завопила: «Три… два… один… С Новым годом!» — и вместе с ней кричали и радовались еще миллион людей.

В ту ночь Лоррейн была счастлива. Она сделала множество снимков. Но когда они сели в машину, Том стряхнул снег с волос и сказал:

— Что ж, больше не придется этого делать.

Прошлого не вернуть. Лоррейн встряхнула головой, поднялась наверх и постучалась в дверь Сары.

Она услышала, как играет медленная музыка. Пел женский голос.

— Милая, ты тут?

— Что? — уныло откликнулась дочь после долгой паузы.

— Я просто говорю: пока.

— Пока.

— С Новым годом.

— Угу.

— Я вернусь не поздно.

— Ага.

Лоррейн услышала гудок автомобиля. Подруги приехали за ней.

— Тебе есть с кем потусоваться сегодня вечером? — скрепя сердце спросила она у дочери.

— Я не хочу тусоваться, мам.

— Ладно. — Лоррейн покачала головой. — Утром позавтракаем вместе?

Молчание.

— Сара?

— Только не рано.

— Не рано, — повторила Лоррейн.

Машина загудела еще раз.

— Я потом позвоню тебе, солнышко.

Лоррейн помчалась вниз. Возле двери она вздохнула. Хорошо, что в этот раз не она за рулем. Сегодня ей просто необходимо выпить.

А вот Сара уже была подшофе. У нее на столе стояла бутылка водки, похищенная из буфета в столовой. Нынешней ночью она сведет счеты с жизнью. Это казалось ей верным решением. Мать ушла. В доме тихо. Вряд ли ее кто-нибудь хватится. Не случайно же новогоднюю ночь называют самой одинокой в календаре. Саре служило утешением, что где-то на этой планете есть человек, который так же несчастен.

Разве они не знают — наступил конец света,

Он пришел, когда я лишилась твоей любви.

Покопавшись в Сети и узнав имя певицы, Сара загрузила эту песню на свой мобильник, и вот уже несколько дней слушала ее непрерывно. Она почти не выходила из комнаты. Не принимала душ. Практически ничего не ела. Накануне мать увидела, как Сара выходит из ванной все в тех же потрепанных черных штанах и зеленой футболке, и спросила ее: «Да что с тобой такое, милая?» И она солгала, ответив, что засела за подготовку к университету и ей недосуг наряжаться.

Сара сделала изрядный глоток прямо из бутылки. Водка обожгла ей горло.

«Может быть, они будут расспрашивать Итана обо мне, когда я умру, — подумала она, — и он признается, что девочка, которая ему так не нравилась, выпивала с ним пару недель назад».

Сара сознавала: она уже никогда не встретится ни с ним, ни с теми, кто его знал, ни с теми, кто знал о том, что между ними произошло. Впрочем, разве еще не все пользователи Интернета в курсе событий? Укрыться негде. Нет убежища. Нельзя спрятаться в классе, опустив голову и выставив локоть. Сара представляла, что ее ждет. Все обсуждают тебя. Ухмыляются за твоей спиной. Вывешивают все новые и новые комментарии.