Счастливый слон - Анна Бялко

Немного испуганно – хотя, казалось бы, чего мне теперь было бояться – я нажала «ответ».

– Привет, – сказал мне муж и замолчал.

– Привет, – ответила я.

– Ты хоть где есть-то? – голос у него был странный – смущенный и сердитый одновременно.

– В аэропорту.

– В каком еще аэропорту? – голос приобрел оттенок ярко выраженного недовольства. Очевидно, он хотел поговорить о своем, а я сбила его своим аэропортом с заготовленной фразы.

– Джи-Эф-Кей. Я улетаю в Москву.

– Ты с ума сошла, Лизка! – ахнул муж, теперь уже вполне искренне.

– Может быть, – согласилась я. – Но уже поздно.

– Это опасно! Ты... Нет, я не знаю, что с тобой делать! А я тут...

– Ничего не надо делать, Ник. Да и не успеть уже, слишком поздно... Мне пора. У меня посадка начинается.

– Да... Но ты это... Я даже не знаю... Ты не пропадай.

– Вот это я тебе точно могу обещать, – твердым голосом сказала я. – Чего другое, не знаю, а это точно – я не пропаду!

И повесила трубку.

Фея прилетела в Город ранним утром, на самом рассвете. Город, уставший за бурный день и не менее, а то и более, бурную ночь, крепко спал и не заметил ее прилета. Потянувшись от долгого сидения в тесном самолетном кресле, фея...

Минуточку. А почему, спросит меня мой въедливый читатель, фея вообще летает на самолете? Фея должна перемещаться в пространстве сама по себе, одною силою мысли или уж что у них там... Все верно. Так они, то есть феи, тоже умеют. Но делают это исключительно редко, в самых особых случаях, потому что – зачем? Зачем напрягаться и тратить волшебные силы и не дай бог запасы пыльцы на ерунду, когда существуют вполне исправно работающие средства передвижения? Попасть в самолет, летящий в нужном тебе направлении, для любой феи гораздо проще, чем многое другое.

Фея вышла из здания аэропорта, огляделась вокруг, прищурилась, словно что-то соображая про себя, затем быстро сделала шаг с тротуара и изящно взмахнула тоненькой ручкой. Тут же, словно по мановению волшебства (а может быть, даже и не словно), перед ней мягко затормозила длинная черно-блестящая машина престижной марки.

Фея элегантно и легко впорхнула в автомобиль, удобно устроилась на заднем сиденье и пристроила рядом свою сумочку. Никакого багажа у феи, естественно, не было, поскольку никакие феи не нуждаются в этом дополнительном бремени – зачем? Все, что ей может понадобиться, она с легкостью организует на месте. Сумочка же – сосем другое дело. Сумочка для феи – совершенно культовая вещь, своего рода знак, опознавательный символ, визитная карточка.

Феи – существа иерархические и к нюансам статуса очень чувствительны. Сумочка же – удобный внешний атрибут, прекрасно выражающий тончайшие градации фейской табели о рангах. Поэтому сумочка феи никогда не бывает простой или дешевой, доступной каждому и продающейся в обыкновенном магазине на углу, отнюдь. Сумочка эта, притом что она относится к разряду предметов совершенно материальных, то есть не обладающих даже капелькой каких-то волшебных свойств, тем не менее всегда бывает исключительно дорогой, редкой и выдающейся. Такие сумки, чтобы было понятно, можно увидеть в уважающих себя толстых журналах мод. Там же, если вам повезет, вы можете найти и фотографии некоторых фей, которых как раз и можно узнать по сумочкам. Причем чем выше ранг и статус феи, тем дороже и знаменитее будет и ее сумочка. Те же феи, которые поднялись по этой лестнице на окончательную ее вершину, ознаменовав это приобретением самой лучшей на свете сумки, начинают их коллекционировать. Этому процессу, как вы понимаете, уже никакого предела нет. Потому-то, встречаясь где-нибудь ненароком, две феи первым делом оглядывают сумочки друг друга, мгновенно определяя свой сравнительный статус.

Что использовалось для обозначения этого статуса раньше – конный выезд, высота и изощренность парика, количество рабов или размеры левреток, – мне неизвестно. Но в наше время именно сумочка у фей прочно занимает в этом качестве свое почетное место.

– Куда едем? – спросил у феи водитель с переднего сиденья. Машина легко и плавно скользила по утренне-пустому шоссе в направлении Города. Фея задумалась.

Причин ее раздумья было несколько. Во-первых, она пока и сама не знала, где именно суждено ей найти себе временное пристанище. Насколько временным оно окажется, она даже и думать пока не хотела. Феи вообще – исключительно внезапные создания, живущие текущим моментом.

Второй же причиной было то, что феи никогда и никому не открывают местоположение своего логова, даже несуществующего. Логичными существами их тоже назвать нельзя.

– В центр, – небрежно выдохнула наконец фея. – А там я скажу, где остановить.

Водитель, завороженный волшебными переливами этого голоса, не стал ни спорить, ни уточнять.

В центре Города фея, как и собиралась, остановила машину. Выйдя из нее и отпустив водителя с миром, она направилась... Нет, вовсе не на поиски жилья, как мог бы, возможно, вообразить себе читатель, незнакомый с образом жизни фей. Фея направилась позавтракать в кафе. А то, что она покинула машину как раз неподалеку от одного из самых модных кафе города, можно считать совпадением.

Вообще-то феи, как я уже замечала, практически не едят. Будучи существами эфирной природы, они вполне довольствуются в качестве ежедневного пропитания каким-нибудь листком салата (лучше модной рукколы, конечно же), ложечкой нектара и несколькими чашками зеленого чая. Жизненную силу, как мы знаем, феи черпают совсем в другом. Но завтраки, так же как и ланчи, причем непременно в кафе, имеют под собой несколько иную цель, нежели пошлое поглощение материальной пищи. Это – ритуал, а феи, при всей своей внезапности и нелогичности, а может быть, как раз благодаря им, к ритуалам относятся с уважением. Наградой за скрупулезное соблюдение этого и некоторых других ритуалов, которых у фей на самом деле немало, им служат те встречи и то небесполезное общение, которые в процессе этих ритуалов неизбежно проистекают.

Так вышло и на этот раз. Войдя в кафе и присев там за лучший столик, который, естественно, оставался свободным в ожидании нашей феи, она немедленно заметила одну из своих многочисленных подружек-фей.

Отношения между феями несколько своеобразны. Они могут быть как знакомы между собой, так и нет – это совершенно неважно. С одной стороны, феи все равно не помнят таких мелочей, а с другой – все они, будучи образованы из одного и того же всемирного запаса волшебной пыльцы, находятся между собой в своеобразном родстве. Поэтому, встречаясь, феи тут же, одним взглядом на сумочки, определяют свой взаимный статус. Затем они немедленно вступают в дружескую, но соответствующую статусу болтовню, в процессе которой каждая из участниц может получить какие-нибудь ценные для себя сведения. И можно с удовольствием отметить, что в данном случае наша фея оказалась выше другой на несколько порядков, явным свидетельством чему являлись различия в сумочках.