За морем - Беатрис Уильямс

— Это все, что в моих силах.

— Джулиан, ты спас меня от нешуточного избиения! Ведь все могло быть куда хуже. К тому же ты подставил себя под целый шквал нежелательного любопытства. Так что это как раз я испортила тебе жизнь.

— Господи, Кейт, ну что ты говоришь! — вздернулся он. — Разве это что-то значит! Бог мой, а если бы меня там вчера не оказалось?

Я снова опустила взгляд к коленям и ничего не ответила.

Тем временем мы свернули вправо на Семьдесят девятую улицу и вскоре, проскочив перекрестки с тремя авеню, приблизились к многоквартирному дому, где я жила.

— Вот я и приехала.

— Да, верно, — кивнул он.

Водитель вышел из машины и открыл мне дверцу.

— М-м… Не желаешь ко мне зайти? В смысле заглянуть, — поспешно добавила я, — просто поболтать немного.

Джулиан расплылся в улыбке.

— Да, конечно, хочу, — и вслед за мной выбрался из салона.

Повернувшись к водителю, он тихо сказал ему несколько слов. Мужчина кивнул и снова сел за руль.

— Что ты ему сказал? — напряглась я. — Надеюсь, ты понимаешь, что здесь не останешься? Я не из разряда легкодоступных девиц.

— Разумеется, нет, — обескураженно ответил Джулиан. — Он просто припаркуется чуть дальше по улице.

— Тогда хорошо. Еще хочу тебя предупредить, — сказала я, когда он открыл передо мной дверь в вестибюль. — Моя соседка по квартире — малость… Впрочем, сам увидишь, что я имею в виду. Если она, конечно, дома. Хотя, может, ее и нет. Привет, Джоуи!

Джоуи работал у нас консьержем. При нашем появлении брови у него сами собою поползли на лоб.

— Добрый вечер, Кейт, — многозначительно произнес он, когда мы проходили мимо его стола.

Я нажала кнопку вызова лифта. Двери сразу открылись, и мы ступили с Джулианом внутрь.

— Какой этаж? — спросил он.

— Седьмой.

Протянув руку, Джулиан вдавил нужную кнопку.

— Да, Джоуи, похоже, очень удивился, — заключил он, когда сомкнулись двери лифта.

— Я не так-то часто привожу домой мужчин.

— В самом деле?

— Точнее, пока что ни одного, — призналась я. — После колледжа я вроде как решила завязать со свиданиями.

— Да ну? И отчего же?

— Слишком уж много… Какое ты слово недавно употребил? Да, мерзавцев.

Наконец двери открылись, и я повела Джулиана к моей квартире.

— Что ж, посмотрим, дома ли Брук… — мрачно пробормотала я, вставляя ключ в замок и отворяя дверь. — Извини, это не совсем то, к чему ты привык.

— Здесь мило.

— Ты еще даже внутрь не заглянул.

— Тогда давай скорее войдем. Я за тобою в нетерпении.

Затаив дыхание, я перешагнула порог, очень надеясь, что Брук в своем репертуаре.

— Брук? — позвала я.

Ответа не последовало. Ну и слава богу!

— Ее еще нет, — пояснила я Джулиану, включая в прихожей свет. — Так что это удовольствие придется отложить на потом. Ну вот, типичное девичье жилище на Манхэттене. Гостиная, кухня и две спаленки дальше по коридору. Хозяйка у нас Брук, это ее квартира. То есть родителей. Они купили квартиру в подарок к ее выпуску из колледжа. А я плачу ей за аренду.

Джулиан снисходительно улыбнулся моей болтовне и прошел в гостиную, наполняя своим блеском тесное пространство скромного жилища.

— Как тебе удалось найти себе такое уютное местечко?

— Нашла в «Крейглисте».^[36] Садись. Могу я тебе что-то предложить? Воды? Или кофе? У меня есть френч-пресс, в этой штуке получается чудесный кофе.

— Тогда давай кофе. Только позволь я тебе помогу. — И он последовал за мной в наш крохотный кухонный отсек.

— О в этом нет необходимости, — запротестовала я.

Раковина была завалена посудой, оставшейся с завтрака Брук. Судя по сковороде, та жарила себе яичницу. Она даже не удосужилась залить ее водой, и остатки еды затвердели не хуже эмали.

— Извини за беспорядок, — сказала я, пуская воду, чтобы наполнить раковину. — Я ухожу обычно раньше, чем моя соседка, и никогда не знаю, что меня ждет по возвращении.

— Милая, тебе вовсе незачем постоянно за все извиняться.

— Я разве извиняюсь?

От радости у меня аж зазвенело в ушах: он снова назвал меня «милой».

— Именно. Так где этот твой хваленый френч-пресс?

— Так вот же, — потянулась я было за прессом.

— Нет, я сам. Только скажи мне, что делать.

Итак, Джулиан приготовил, а я тем временем перемыла посуду. Мы смеялись и то и дело сталкивались друг с другом в тесной кухоньке: я — в своем вечернем платье, он — в смокинге. Все это походило на эксцентрическую бытовую комедию, и как-то незаметно некоторая натянутость между нами перелилась в дружескую фамильярность.

— Ну, говори, — сказала я, когда мы наконец уселись на диван, держа в руке по чашке кофе. Разувшись, я подобрала ноги под себя, точнее, под платье.

— О чем? — Он осторожно сделал глоток, и на лице его разлилось удивленное наслаждение.

— Вот видишь? Очень даже неплохо, — гордо сказала я. — Подарок от брата на новоселье.

— Расскажи мне о своем брате.

— О Кайле? Ну, он живет там же, в Висконсине. Пока что учится в колледже, на старшем курсе. Он классный парень. Очень увлечен бейсболом. Специализируется по бухгалтерскому делу.

— Вы тут еще способны изучать бухучет? — хохотнул Джулиан.

— А то! У нас в Америке любят в колледжах подобные науки.

— А вы с ним достаточно близки? Ты с братом?

Я мгновение поколебалась.

— Ну, в общем и целом, да. В том смысле, что я никогда не выворачиваю перед ним душу, но всегда знаю, что, возникни у меня в нем потребность, он непременно будет рядом. Мы постоянно общаемся по электронной почте. Кайл все надеется, что я столкнусь однажды с каким-нибудь крутым бейсболистом из «Янкиз» и добуду для него автограф.

Джулиан улыбнулся, провел пальцами по кофейной чашке.

— А твои родители?

— Обычные люди, — пожала я плечами. — На самом деле даже не знаю, что о них сказать. Папа — страховщик. А мама всю жизнь проработала учительницей. Да и теперь время от времени подменяет кого-то в школе: когда начинается сезон простуд и всяких инфекций, учителей вечно не хватает. — Я отпила кофе. — Она любит читать, ухаживать за садом. Вполне типичная семья.