Верховные судороги - Кристофер Бакли

— Он хочет, чтобы ты вынесла обвинительный приговор по делу Робинсон. И по делу Боффердинг тоже. А по делу «Нгуен против „Райт-Эйд“» оправдательный.

Пеппер, открыв теперь уже оба глаза, склонила голову набок. Боб ей нравился. Обходительный старый профессионал лет шестидесяти с лишком, которому уже не нужно было доказывать свои профессиональные достоинства, тем более что избытком самолюбия он не страдал. За шесть лет работы Боб и Пеппер поссорились раза, может быть, три, и каждая ссора оказывалась забытой ими уже через час.

— Боб, — сказала Пеппер, — в чем, черт побери, дело?

Боб пожал плечами:

— Я же говорю, указания исходят от Бадди. Я сказал ему, что ты, наверное, захочешь услышать все лично от него, но он потребовал, чтобы передал их тебе я. Вот я и передаю. Кстати, отлично выглядишь сегодня.

— Он кем себя возомнил… Хаммурапи? С каких это пор он диктует приговоры?

— Я понимаю. Но…

— Ладно, скажи нашему продюсеру, что он может поцеловать мою техасскую…

Боб улыбнулся и поднял перед собой ладони — универсальный жест, говорящий: «Ну, честное-распречестное слово, я в это ввязываться не хочу».

Пока снимался эпизод, посвященный делу Робинсон — разбирательство это было связано с непристойным (предположительно) использованием машинки для сдувания опавших листьев, — Бадди сидел, как обычно, в своем кресле за спиной Боба, однако не наблюдал за происходящим, но демонстративно тыкал пальцами в клавиши «БлэкБерри». Пеппер старалась сосредоточиться на деле. И, когда пришло время вынести приговор, она объявила — немного громче обычного:

— Невиновен. — И добавила: — Кроме того, я вынуждена взыскать все издержки с истца, заставившего суд попусту тратить время. Стыдно, сэр. И вам придется извиниться — здесь и сейчас — перед мистером Гомецем.

Бадди оторвался от «БлэкБерри», похлопал Боба по плечу и провел ребром ладони по горлу.

— Снято, — сказал Боб.

Бадди что-то пошептал ему. Боб встал, подошел к Пеппер, склонился к ней, оставшейся сидеть за судейским столом:

— Извини, девочка. Босс говорит, ты должна признать этого дяденьку виновным.

Пеппер, чувствуя, как у нее поднимается давление, спокойно ответила:

— Он невиновен. Он всего лишь сдувал листья с лужайки. И специально под юбку миссис Робинсон не метил. Да ты посмотри на него. С тех пор, как мистер Гомец покинул Сальвадор — а это было лет тридцать пять назад, — ему, скорее всего, ни одна сексуальная мысль и в голову-то не приходила.

Боб покивал, поморщился.

— Вот и я тоже… нет, правильно. Все правильно. Но он — продюсер. А я всего-навсего придурок режиссер.

— А я — судья, которому поручено принимать в этом зале решения.

— Nolo contendere.[37]Но, повторяю, я всего лишь придурок на жалованье.

— В таком случае, — сказала Пеппер, — повтори нашему продюсеру то, что я сказала тебе в гримерной. Окончание фразы можешь придумать сам.

Боб улыбнулся:

— М-да, попал-таки я между волком и собакой.

— Так иди и объясни волку, что я ему предлагаю проделать.

— Ты хочешь, чтобы я посоветовал волку поцеловать собаку в задницу?

Пеппер встала.

— Ладно, — сказала она, — держись в сторонке.

И она направилась к Бадди, понимая, что к ней сейчас прикованы взгляды всей съемочной группы и «публики», сидящей в зале суда. Бадди уже вернулся к прежней его возне с «БлэкБерри».

— Не помешаю? — негромко осведомилась Пеппер.

— Что-то не так? — не поднимая глаз, спросил Бадди.

— Все так, если ты позволишь Бобу и мне заниматься нашим делом.

— У тебя есть мои указания.

— Давно ли ты надумал диктовать мне мои приговоры? Мы, по-твоему, где живем — в Северной Корее?

— Нет, у меня такое впечатление, что живем мы в Нью-Йорке. В городе, в котором актеры подчиняются требованиям, перечисленным в их контрактах.

— Понятно. Вот, значит, в чем дело. Что ж, выходит, я просто старая дура. Я почему-то думала, что мы должны решить, лез ли мистер Гомец под юбку миссис Робинсон.

— Это мы попозже обсудим, — скучающим тоном пообещал Бадди. — Боб, начни с «Мистер Гомец, суд пришел к выводу о том, что вы нарушили и так далее, и так далее, используя воздуходувную и так далее, в непристойных целях, и приговаривает вас и так далее». — Затем он повернулся к Пеппер: — И не могла бы ты вести себя малость посексуальнее? А то ты нынче какая-то квелая.

Боб взглянул на Пеппер. Пеппер смерила Бадди взглядом и вернулась на место судьи.

— Тишина на площадке, пожалуйста. Пять секунд. Три, две, одна и… начали.

— Мистер Гомец, — начала судья Картрайт, — суд пришел к выводу о том, что продюсер данного телевизионного шоу переполнился веществом, поименовать которое вслух я, поскольку шоу у нас семейное, не могу; вследствие этого суд постановляет, что продюсеру надлежит вставить шланг вашей воздуходувной машинки в ту часть его тела, которую я также поименовать не могу. Дело закрыто. Простите, что заставили вас поволноваться.

Покидая площадку, она спросила у Бадди:

— Тебе хватило сексуальности?

Чем съемочный день и завершился.

Пеппер снова вселилась в отель, из которого выписалась утром. Регистратор поинтересовался, надолго ли она останется у них на этот раз.

— Дьявольски интересный вопрос, — сказала Пеппер.

«Ладно, — думала она, поднимаясь на пятьдесят восьмой этаж, — по крайней мере, у меня будет куча времени для подготовки к слушаниям».

Происшествие на съемочной площадке телевизионного шоу «Шестой зал суда» за несколько минут стало достоянием блогосферы и Интернета в целом, а на следующий день получило широкое освещение и в прессе. На «Шестой странице», к примеру, было напечатано следующее:

ПО РАЗДЕЛЬНЫМ СПАЛЬНЯМ

Будущий член Верховного суда Пеппер Картрайт перебралась на жительство в отель «Мандарин-Ориентал», стоящий в нескольких кварталах от двухуровнего кооперативного пентхауса стоимостью в 14 миллионов долларов, в котором она проживает вместе со своим мужем-продюсером Бадди Биксби. Вчера во время съемок эпизода, связанного с машинкой для сдувания листьев, продюсер и его звезда едва не подрались. Пресс-служба «Шестого зала суда» отрицает слухи о супружеских неладах, объясняя переезд Картрайт ее желанием получить «немного тишины и покоя», которые позволят ей подготовиться к намеченному на следующую неделю допросу с пристрастием, каковой ожидает ее в Комитете по вопросам судоустройства, возглавляемом сенатором Декстером «Вздерните-их-повыше» Митчеллом. Однако источник, доверять которому «Шестая страница» имеет все основания, сообщает, что Верховный супруг Бадди, поставляющий телевидению реалити-шоу о прыгающих с мостов самоубийцах и о людях-гиппопотамах, реально и до колик напуган перспективой лишиться жемчужины своей короны. Вчера ее честь ошеломила студийную аудиторию, предложив ответчику, садовнику-гондурасцу, вставить вещественное доказательство — шланг воздуходувной машинки — в непригодную для упоминания часть тела ее мужа. И раз уж мы заговорили об анатомических метафорах, добавим, что, по словам нашего источника, отношения между супругами были в последнее время «холоднее пингвиньей задницы».