Я все еще здесь - Клели Авит

– В машине, как и ты!

– Как? Вы что, уже выехали? Оставили Клару одну? А, нет, я дурак, – спохватился я. – Вы решили взять Клару с собой?

– С чего бы это? – удивился Жюльен. – Нет, конечно! У нас все без изменений! Просто мне надо было кое-что купить перед отъездом, а я из-за снегопада застрял точно так же, как ты! Чертов снегоуборщик!

– Ты тоже тащишься за снегоуборщиком?

– Я сзади, через одну машину от тебя, Эйнштейн!

Я непроизвольно обернулся, забыв о том, что могу врезаться в ползущие впереди автомобили. И действительно через стекло машины, стоявшей между нами, узнал Жюльена и помахал ему. Он в ответ помигал мне фарами. Водитель этой машины изумленно на меня уставился, пока не понял, что я обращаюсь не к нему.

– Уф, я спасен! – сказал я, разворачиваясь назад.

– Именно! В любом случае Гаэль так рада этому уик-энду вдвоем, что легко простит нам пятнадцать минут опоздания. Хотя понятия не имею, как мы будем туда добираться… Я звонил в шале, у них снег еще не пошел, но ближе к ночи ждут.

– Вот и хорошо, успеете спокойно доехать.

– С каких это пор ты стал так волноваться из-за снега?

Ответ был готов сорваться у меня с языка, но почему-то, прежде чем я его озвучил, несколько секунд проворачивался вхолостую у меня в голове. У меня возникло ощущение, что я собирался сказать что-то другое, хотя сам не понимал, что именно.

– Мой лучший друг уезжает вместе с женой в такую погоду, оставив мне на попечение свою дочь, которой еще нет и года. Думаешь, я гожусь на роль приемного отца, если с вами что-нибудь случится?

– Как мило с твоей стороны, что ты за нас переживаешь! – шутливо воскликнул Жюльен. – Но ты знаешь, что крестный отец должен быть готов и к такому развитию событий. Не забывай: когда через неделю ты поставишь в церкви свою подпись, то возьмешь на себя обязанность опекать наше сокровище!

– Я стараюсь об этом не думать, – ответил я, включаясь в игру Жюльена. – И вообще, нигде не написано, что в подобном случае я должен стать опекуном вашей дочери.

– Разве Гаэль тебя не предупредила?

Серьезный тон Жюльена мгновенно отбил у меня охоту и дальше шутить.

– Погоди, ты серьезно?

– Конечно нет, не переживай!

– Уф, успокоил!

Сердце у меня колотилось как сумасшедшее. Я понял, что в самом деле струхнул. Я не боюсь брать на себя ответственность по работе. Профессиональные обязательства нисколько меня не пугают. А в личной жизни, с тех пор как ушла Синди, я вообще все послал к чертям.

– Алло, Тибо, ты тут?

– Да-да… Я слушаю…

Наверное, я молчал слишком долго, и это встревожило Жюльена.

– Ладно, хватит болтать по телефону за рулем, – сказал я, чтобы как-то оправдаться.

– Брось, никто нас за это не арестует, мы же ползем по двадцать метров в минуту. Если увидишь полицейского, который составляет протоколы, вместо того, чтобы разруливать движение, покажи его мне!

– Ну, мало ли… Так что ты хотел мне сказать?

– Ты в последнее время не виделся с Синди?

Этот вопрос Жюльена меня изумил. Наверное, я стал похож на жабу, у которой отрезали язык.

– Откуда ты знаешь? – пролепетал я.

– Мельком видел ее сегодня. И мне кажется, что раньше ты не пугался разговоров об ответственности.

Надо еще объяснять, почему Жюльен – мой лучший друг?

– Ну и как? – спросил он. Я задумался. И правда, как?

– Плохо, – начал я. – Совсем паршиво. Она изменилась. Смотреть противно.

– Погоди, Тибо, ты о чем?

– Она явилась ко мне без приглашения. И явно с самыми гнусными намерениями.

В собственном голосе я слышал ярость. Прошла уже неделя, а я все еще не успокоился после той встречи.

– А подробнее?

– Короче говоря, ей стало скучно. Это достаточно подробно?

– Она все-таки это сделала? Никогда бы не подумал.

– Полагаю, на свете есть немало такого, чего люди друг о друге даже не подозревают.

– Ну а что ты?

– Выставил ее за дверь, а ты чего ждал?

На какую-то долю секунды я жутко разозлился на Жюльена: как он мог предположить, что я способен снова соблазниться прелестями Синди?! Но через мгновение моя злость утихла. Учитывая, в каком я сейчас состоянии, исключить вспышку ярости было нельзя.

– Прости, Тибо, – сказал Жюльен.

– Все в порядке.

– Да нет, как раз не в порядке. Честно говоря, я надеялся, что тебя это отвлечет, но быстро понял, что ошибался.

– Главное, что ты вовремя это понял. Хотя, между нами, и так могло быть.

Снова повисло молчание. Мы, два друга, размышляли над своими поступками и помыслами. Женщины и представить себе не в состоянии, что порой творится в головах мужчин. Им часто кажется, что они пусты, но про себя я твердо знаю, что в моем сознании не утихает буря. Полагаю, что с Жюльеном происходит нечто похожее. Мы сидели с мобильниками в руках и молчали, как два дурачка. Возможно, в чем-то женщины и правы. Не то чтобы мы были совсем пустоголовыми, тут они ошибаются, просто мы не понимаем, как нам управляться с нашими бурями.

К счастью, через полминуты нас спас снегоуборщик.

– Жюльен, ты еще тут? – спросил я таким тоном, словно ничего не произошло. – Снегоуборщик сворачивает к тротуару. Кажется, путь свободен. Передо мной вроде бы двинулось…

– Хорошо, кладу трубку. До скорого! И не переживай, что займешь мое место на парковке. Просто скажи Гаэль, что я жду ее внизу.

В 18:10 я наконец вышел из машины. Жюльен остановился рядом и включил «аварийку». Я помахал ему и нырнул в подъезд. Сегодня печка в моей машине милостиво согласилась поработать, но в салоне все равно было не так тепло, как мне хотелось бы. Я взлетел по лестнице через две ступеньки, чтобы согреться, попутно решив, что пора возобновить занятия бегом.

Гаэль открыла мне. Она была уже в другом наряде, не в том, в каком я видел ее в среду. Я коротко обрисовал ей ситуацию, и она указала мне на две огромные сумки в прихожей. Я взвалил одну себе на спину, другую взял в руки и направился к лифту. Жюльен стоял около машины перед открытым багажником. Я отдал ему сумки и, пока он их грузил, сообразил, что забыл спросить кое-что важное.

– А где у вас коляска?

– Кларина?

– Ну а чья же еще!

– Ну да, разумеется, – рассмеялся он. – Она за шкафом в детской. Сложена. А ты что, собрался возить ее в коляске? Раньше ты носил ее в «кенгуру».

– Так я никогда не гулял с ней один. Только с тобой или с Гаэль, а вы упорно сажаете ее в этот мешок.