Сестры по благоразумию - Гейл Форман

– G, D, A минор. Легко, – ответил Джед. – Потянем? – спросил он Денис, которая кивнула в ответ.

– И не торопись, Джед. Я знаю, тебе нравится быстрый ритм, но это что-то типа баллады.

– Хорошо, сыграем «медляк».

Я вышла на сцену и взяла гитару.

– Эта песня посвящается моим сестрам. И моей музыкальной группе. Она называется «Я тебя прикрою», – и, повернувшись к музыкантам, добавила: – Готовы, ребята?

Я начала играть мелодию, которую подхватили сначала Джед, а потом Денис с Эриком. Мы работали слаженно, словно ребята уже не раз репетировали эту песню. Когда я закончила петь и музыка умолкла, зал взорвался аплодисментами. Публика вскочила на ноги, мы помахали в зал и убежали со сцены.

– По-моему, офигенный получился концерт! – воскликнула Денис.

– Да, – тихо согласился Джед, – это было волшебно.

После концерта мы загрузили аппаратуру и инструменты в микроавтобус и, как в старые добрые времена, направились в «Деннис». Я заказала блины с голубикой, бургер, картошку фри, шейк и несколько чашек кофе. После шести месяцев кормежки замороженными продуктами в Ред-Роке еда в «Деннис» казалось просто божественной. После того как официантка заставила полстола моим заказом, все рассмеялись, а потом на лицах ребят появилось озабоченное выражение.

– Слушай, а там голодом не морят? – спросила Денис.

– Нэ софсем… – ответила я с набитым ртом.

– Да ладно, она всегда много ела, – заметил Эрик. – Ты только на кофе особо не налегай, а то потом не заснешь.

– Обожаю кофе! Нам его, к сожалению, не дают. Представляете, как можно полгода прожить без кофе?

– Нет, все-таки тебя там точно голодом морят. И вообще, как это можно не давать людям кофе?! Это нарушение конвенции о правах человека! – Как и большинство жителей Портленда, Денис трепетно относилась к кофейной зависимости.

– Тем не менее, – ответила я.

– Наверное, эта бурда с кофеином, которую подают здесь, кажется тебе почти шампанским? – спросил Джед.

– Ну да, просто кофейная «Мадам Клико», – призналась я.

– Жизнь без кофе, чувак, вообще не жизнь, – провозгласил Эрик.

– Аминь, – закончил Джед и как-то странно посмотрел мне в глаза.

Пока мы ели, ребята ввели меня в курс новостей: что происходило с группой во время моего отсутствия. После фестиваля «Бабье лето», который я пропустила, их неоднократно приглашали играть в клубах Орегона и Вашингтона. Иногда они были на «разогреве» перед более известными группами. Шли переговоры с несколькими небольшими независимыми лейблами, которые хотели выпустить их сингл, а может быть, даже альбом. Все наперебой говорили, как только я выйду из Ред-Рока, то смогу снова начать играть в группе, потому что мне не собирались искать замену.

– Мы вполне нормально выступаем как трио, – сказала Денис, – но вчетвером гораздо лучше.

– Верно подмечено, – подтвердил Эрик.

Около двух часов ночи парни начали зевать. Денис показала на часы.

– Пора спатеньки, – сказала она.

– Вы ночью едете в другой город? – спросила я. Раньше мы часто так поступали – один вел до следующего города, а остальные спали прямо в машине.

– Нет. Третий концерт будет в Спокейне, который реально далеко отсюда. Но там надо быть послезавтра, поэтому мы ночуем в «Мотеле 6».

– Ничего себе, в мотелях ночуете! Ну, вы шикуете!

– Мы достаточно зарабатываем – берем процент от входа в заведение. Так что тур окупается и денег хватает на все, включая весь твой огромный обед, – сказал Эрик, забрал счет и отдал официантке плату.

Мы вышли из ресторана и сели в микроавтобус. Эрик взялся за руль. Я чувствовала себя взбудораженной после концерта и выпитого кофе. Мы неслись по дороге, и неожиданно я почувствовала, что время на свободе подходит к концу. Я не ехала с ребятами в Спокейн или в любой другой город. Мне надо было возвращаться в Ред-Рок. От этой мысли стало грустно и тошно. Разговоры затихли, шутки прекратились. Когда я увидела впереди неоновую вывеску «Мотель 6», то почувствовала, что начинается депрессия.

– А у тебя какие планы? – спросил Джед, когда мы подъехали к входу в мотель.

– Мои планы? – переспросила я.

– Когда тебе надо возвращаться?

– Перекличка в семь, но мне надо вернуться до того, как рассветет. Часов в шесть, наверное.

– Не хочешь прокатиться? Правда, я не хочу, чтобы тебя застукали и поймали…

– Я не очень тороплюсь. Можно покататься.

– Отлично, я рад, – сказал Джед.

Перед тем как зайти в мотель, Денис и Эрик обняли меня. Было грустно с ними расставаться, но я радовалась возможности провести несколько часов наедине с Джедом.

– Держись, малышка.

– Спасибо, Денис. Не волнуйся, со мной все будет в порядке.

– Я в тебе уверена.

– Вот небольшой гостинец. Поможет пережить тяжелые времена, – произнес Эрик и протянул мне пакет травы.

– Не надо, спасибо.

– Перестань! Отличная штука, очень мягкая.

– Идиот! Она даже сигарет не курит! И к тому же возвращается чуть ли не в тюрьму, – сказала Денис и добавила: – Прости, Брит.

– Спасибо за заботу, Эрик.

– Ну ладно, тогда увидимся в Портленде, – ответил он.

– Конечно, – я еще раз обняла их обоих и села в микроавтобус к Джеду. – Куда поедем?

– Давай в горы. Здесь рядом находится национальный парк Зайон. Я был там один раз с дедушкой и бабушкой. Там есть каменные скалы очень странной формы, и названы они в честь пророков мормонов. Это впечатляющее зрелище. Не знаю, что мы там ночью найдем, но сейчас полная луна, поэтому, может быть, что-то будет видно, – он показал пальцем на яркую точку в небе.

– Отличная идея. Я эти места практически не знаю.

– А вас из школы разве не вывозят на экскурсии?

– Когда погода хорошая, нас выводят на пешие прогулки, но они больше похожи на военные марш-броски. И во время них мы не обращаем внимания на природу.

– То место, куда тебя отправили, очень похоже на тюрьму. Я посмотрел статьи про него в Сети. Совершенно безрадостная история.

– На самом деле там гораздо хуже, чем пишут.

– А как там на самом деле?

– Давай не будем говорить на эту тему. Я хотела бы сегодня вообще об этом не думать.

Джед улыбнулся, но вид у него был грустный.

– Тогда помолчим? – спросил он.

Дорога петляла и поднималась в гору. Свет луны отражался от ровной поверхности огромных скал по обеим сторонам дороги. Я смотрела в окно и время от времени бросала взгляд на Джеда. Я разглядывала его шею, наполовину закрытую завивающимися на концах волосами, и мне ужасно хотелось ее поцеловать. Джед ставил мне песни, которые вышли за последние полгода и которых я не слышала. Приблизительно через полчаса мы добрались до местечка под названием Спрингдейл, и Джед остановил автомобиль.