Хризантемы. Отвязанные приключения в духе Кастанеды - Владислав Картавцев

Ведь перешучиваться и что-то там мысленно себе планировать – это одно, а вот так просто подойти к девушке и страстно наброситься на нее – это совсем другое. Впрочем, в мире давно для решения подобной проблемы придуманы верные средства. Первое – бокал вина (можно сразу начинать с самогона), второе – массаж плеч, который легко перерастает в нечто более серьезное.

Я решил воспользоваться и тем, и другим.

– Мадемуазель не желает вина? Le vin? – я частично перешел на общепризнанный язык любви, – у меня есть французское, чилийское, немецкое. Какой сорт дама предпочитает в это время суток?

– Дама предпочитает Париж и Прованс! – Аленка не стала отнекиваться, – но можно и простецкого Бордо!

Что ж, начало положено, и дальше можно действовать по нарастающей. Я залез в холодильник за сыром, разлил вино по бокалам, мы чокнулись и немного выпили.

Вино, конечно, не водка и не лупит по голове кувалдой, но расслабляющее действо вина не менее эффективно. Просто оно совсем другое, и все зависит от качества напитка. Впрочем, в этом плане французские вина намного тяжелее, чем итальянские. Итальянские вина легкие и наполненные солнцем и югом, французские – больше океанические, более серьезные. Но все же не в пример радостней суровых и жестких чилийских или немецкой кислятины.

Кстати, кто знает – откуда в Германии виноград? Или они вино научились гнать из картошки, как и шнапс? Впрочем – какая разница?

После нескольких глотков из бокала слишком решительное выражение лица Аленки поменялось. Решительность – это не всегда хорошо, ведь за ним может скрываться как согласие, так и отказ. Поэтому уж лучше, когда девушка искренне смеется, томно водит плечиками и мягко смотрит на тебя, дескать: «Ну, чего ты ждешь, тормоз?»

– Да, денек был сегодня на уровне! – как и любой мужчина, я страдал «Болезнью канадских лесорубов». Диагноз ее был таковым: «В лесу о женщинах, при женщинах – о лесе!» И всегда и со всеми поначалу начинал говорить исключительно о работе. Впрочем, я знал за собой этот недостаток и ловко отлавливал сам себя. Главное – не стать занудным и вовремя перейти на личности. Вернее на личность сидящей рядом со мной дамы.

Как утверждал товарищ Жеглов: «Люди больше всего любят говорить о себе, и еще когда собеседник говорит о них!» Жеглов, само собой, был прав.

Разговор всегда наиболее приятен, если у человека есть возможность выговориться. Тогда он чувствует себя комфортно и очень значимо. Еще бы – им интересуются, его понимают и даже выслушивают почти без одергиваний!

– Да, денек сегодня был на уровне, да и фиг с ним! Кстати, давно хотел сказать, у тебя чудесное имя. Аленушка! Ты знаешь, что все мальчики Советского Союза были поголовно влюблены в Аленушек и Настенек? Сто процентов!

– Меня так папа назвал! – Аленка опять пригубила вина, и лицо ее расплылось в улыбке. – Наверное, он тоже был влюблен. А вот мама хотела Ольгой, но папа ее убедил, что Ольга – очень жесткое имя, а вот Алена – красивое и женственное. А ты веришь, что имена играют определенную роль в жизни человека?

– Еще как! – я не кривил душой, поскольку мне и самому пришлось испытать это на собственной шкуре, – вот взять мое имя: я все детство мучился от его экзотичности. Владислав – это скорее польское или сербское имя. В любом случае – западнославянское, и в СССР оно было достаточно редким. А ты же знаешь мальчишек: им только дай возможность за что-нибудь зацепиться, так сразу начинают докапываться!

Я замолчал, вспоминая, как страстно желал быть Игорем или Андреем и не выделяться из толпы. Вспомнил, как меня постоянно переспрашивали: «Как-как, Владислав? Это нечто среднее между Владленом и Вадимом?» В общем, неприятно.

– А мне нравится! – Аленка была категорична, – у тебя имя одновременно твердое и очень мягкое, как и ты – можешь быть и очень твердым, и жестким, и очень мягким! Я точно знаю!

– И откуда же тебе знать? – я был смущен. Не ожидал от молоденькой девушки такой глубины и проницательности. Ведь обычно им хватает «Санта-Барбары», чтобы чувствовать себя совершенно в тренде.

– Откуда? Это очень легко! Я совершенно не такая, как все! – запальчиво вскрикнула Аленка, – я просто не афиширую, чем занимаюсь, но на самом деле у меня все достаточно серьезно, и мистические науки – это для меня все!

– Здрасьте-приехали! – только и успел подумать я, – опять? Они что, совсем все с ума посъезжали? Я имел в виду и Майю. Определенно, со мной в последние две недели творилось что-то невообразимое! Такого напора потустороннего никогда не случалось! И в кого не плюнь, так все приобщенные и таинственные!

– Мистика, это здорово! А хочешь, я помассажирую тебе плечи? – словно между прочим предложил я, – а ты мне пока расскажешь, чем же таким загадочным ты занимаешься!

– Именно! – Аленка просияла, – я уже и сама хотела тебе намекнуть, что у меня жутко разболелась спина, и мне требуется помощь доктора. Кстати, она у меня реально болит, кроме шуток!

Отлично! Массаж – это моя коронка, я умею и люблю его делать. Я отношусь к нему, как скульптор, который получает наивысшее удовольствие, когда лепит из глины произведение искусства. А мои пальцы и есть пальцы скульптора, только мнут они не холодный неживой материал, но податливое и теплое женское тело.

– Расслабься и получай удовольствие! И кстати, можешь ничего не рассказывать, если нет желания! Я бы на твоем месте так и поступил!

Я знал, о чем говорю. Массаж сам по себе настолько чувственный инструмент, что может влить жизнь даже в мраморную статую. Нежные поглаживания по плечам, спине, пояснице и ниже, энергичные растирания и перекатывания кожи возбуждают не меньше, чем стимулирование эрогенных зон – только более плавно, спокойно и ненавязчиво.

Я был уверен, что мои руки не доставят Аленке никакого дискомфорта, но только настоящее эротическое блаженство. Может, это было самоуверенно с моей стороны, ну что ж – все мужчины таковы, и чувство собственной исключительности у них в крови.

Я начал с плеч. Легонько помассировав мышцы рядом с шеей, я перешел вниз по позвоночному столбу, мягко растирая кожу вокруг него, но не касаясь непосредственно позвонков. Позвоночник нельзя трогать ни в коем случае – ну, если Вы, конечно, не дипломированный мануальный терапевт. И, кроме того, этого при расслабляющем массаже и не требуется.

У меня была одна проблема. Мне хотелось промять всю спину Алены, но я слабо представлял, как это сделать. «Доступ к телу закрыт!» – такую табличку можно было вывешивать на стуле, на котором она сидела. Обитая кожей железная спинка не оставляла мне никаких шансов подобраться хотя бы к талии, не говоря уж про все остальное. Так что пришлось ограничиться верхним плечевым поясом.

В вопросах эротики ничего хуже самоограничений. Особенно, если настроен продемонстрировать нечто, но в силу обстоятельств, от тебя независящих, не можешь. Тут целый форс-мажор или даже страховой случай!

К слову сказать, все зависит от дамы. Опытная и искушенная женщина не станет сидеть столбом, но всячески будет тебя поощрять – в зависимости от темперамента. Ну, а что касается молодых и перспективных, то тут можно ожидать всего, что угодно. Например, они сочтут, что ты обязан их ублажать, и будут просто молча и пассивно участвовать в процессе – почти с каменным лицом.