Сингапур. Восьмое чудо света - Юрий Сигов

3.1. Особенности национальной закомплексованности, или Почему чужеземцу сингапурца понять невозможно

Те, кто хотя бы раз сталкивался по жизни с «правильным» сингапурцем, признают, что общаться с ним очень непросто. Особенно если сам ты — европейско-американской закваски, а перед тобой — какая-то «вещь в себе» в коконе из сплошных ограничений, к которой не знаешь, на какой козе подъехать.

Да, действительно, сингапурца очень сложно вызвать на откровенный разговор на любую тему — будь то политика, экономика, семейные дела, спорт. И прежде всего потому, что он (особенно если вы заговорили с незнакомцем) может во время разговора по той или иной причине «вдруг» потерять свое истинное «сингапурское лицо». Почему так происходит, он и сам не знает.

Представьте себе, что сингапурцу может по какой-то причине показаться, к примеру, что у вас очень дорогие часы (даже с учетом финансового достатка граждан этой страны). Или что вы слишком много заплатили за свой обед (помните того самого сингапурца на 500-м «мерседесе», который обедал в забегаловке?).

Так вот: платить 20–25 долларов за обед или завтрак, по мнению многих сингапурцев, совсем даже необязательно. Они считают, что куда проще обойтись чем-то подешевле, ведь все равно к вечеру опять есть захочется! Вот тогда можно себе позволить заказать что-то посущественнее.

Но откуда простому сингапурцу знать, что для тебя подобная сумма — пустяк. А чтобы не обидеть приятеля или собеседника иностранца, он в лучшем случае вроде бы невзначай поинтересуется: «То, что ты заплатил столько за еду, это не дорого, как считаешь?» И вне зависимости от того, что ты ответишь, сингапурец постарается никогда к заданному вопросу не приплюсовывать собственное мнение. Ведь кто тебя знает: может быть, ты посчитаешь его скрягой, а может быть — и настоящим мотом (особенно если во время трапезы завести дискуссию о стоимости в Сингапуре нового автомобиля, последней марки наручных часов или недавно построенного по соседству кондоминиума).

По сравнению с той же Америкой или Австралией мне сразу бросилось в глаза то, что сингапурцы в офисах (какой бы утомительной ни была их работа) никогда не станут есть на рабочем месте сэндвич и запивать его кока-колой (да еще, как в США, непременно диетической). Сингапурец предпочтет поесть в нормальной обстановке вкусно приготовленную горячую пищу, потому что если он этого не сделает, то и работать продуктивно не сможет.

Могу отметить, что современные рядовые сингапурцы в поведении, отношении к жизни, взгляде на окружающие их проблемы — настоящие горожане. Они не просто давно забыли о «кампунгах» — домах на деревянных сваях, некогда занимавших значительную часть бухты острова (где селились еще их деды и прадеды). Они как-то незаметно для самих себя (и, естественно, для окружающих) стали «обитателями общества будущего», в котором все должно быть в полном соответствии с беловоротничковым, кондиционированным и непременно «сберегающим окружающую среду» стилем жизни.

Нынешнему сингапурцу неведомо расстройство из-за временных неудач, потому что он всегда находится в согласии с собой: «не получилось сегодня — ничего страшного, ведь завтра обязательно сделаю лучше». При этом все вокруг должно быть сделано по высшему разряду — причем сегодня, а не завтра.

Поэтому сингапурец не мыслит себе, как можно уступить в чем-то коллеге, другу и даже ближайшему родственнику. Победа, и только она — вот девиз даже обычного с виду и, казалось бы, ни на что не претендующего сингапурца.

А теперь представьте себе на секундочку тех, кому «простой победы» мало и кому хочется все время добиваться чего-то великого и всеми приветствуемого. И задумайтесь: а смогли бы вы в таком окружении не то что успешно и с удовольствием работать, но даже просто существовать?

У сингапурцев эта «победная философия» называется «синдромом киясу» (в переводе с китайского это дословно означает «страх неудачи»). Поэтому родители здесь всегда стараются впихнуть свое чадо в лучший детский сад, лучшую школу и лучший университет. При этом речь здесь идет вовсе не о какой-то денежной выгоде. Просто необходимо поддерживать свой статус в обществе. И ни в коем случае не давать повода соседям, коллегам и всем тем, кому вообще до всего этого есть хоть какое-нибудь дело, считать тебя и твое семейство «неудачниками», не сумевшими добиться поставленной цели.

А вот вам еще один пример подобной «правильно спланированной культуры», которая присуща только Сингапуру. Когда сингапурское правительство решило повысить в стране рождаемость и ввело в действие так называемый акт «О создании ячейки социального развития» (Social Development Unit), то сами сингапурцы с присущим им азиатским юмором-сарказмом тут же прозвали подобное новшество «холостым, отчаявшимся и некрасивым» (Single, Desperate, Ugly).

А между тем семейные узы в Сингапуре по-прежнему очень крепки, и как бы западное начало ни влияло на традиции, сингапурцы никогда не бросят стариков в беде, не станут их отправлять, как это цинично делают некоторые американцы, в дома престарелых (чтобы лишний раз не «мельтешили» перед глазами). Как не станут сингапурцы высказывать им упреков в том, что они, дескать, «слишком много сегодня съели на завтрак», или сожалеть о том, что столько времени и денег приходится тратить на уход за любимым, но уже порядком поднадоевшим дедушкой.

Еще в конце 1980-х сингапурское руководство задумалось над тем, что и как нужно сделать, чтобы национальная государственная модель поспевала в своем развитии за событиями, происходящими в мире. Ключевых положений, на которые правительство намеревалось обратить особое внимание, было около двух десятков: это будущее молодого поколения сингапурцев, превращение острова в комфортный город-государство, развитие образования, искусств и спорта, забота о детях и старшем поколении.

Все эти задачи были не просто обозначены руководством страны, но и реально поддержаны подавляющим большинством населения, для которого все эти перемены и затевались. Сама же программа, которую назвали «Следующий прыжок», или «Следующий эстафетный круг», разрабатывалась с временными рамками в 30 лет. То есть идея была такой, чтобы ныне работающее над ее осуществлением поколение людей увидело плоды своего труда на примере жизни своих детей, а не в отдаленной перспективе.

При этом первые лица страны сразу же давали понять гражданам: одними государственными мерами ничего в Сингапуре кардинально не изменить. Для этого потребуется самоотверженный труд всех без исключения членов общества, максимальная самоотдача каждого сингапурца. Все действия, направленные на улучшение жизни, должны осуществляться только коллективно, а не поодиночке и вразнобой.

Тогдашний премьер-министр страны Го Чок Тонг говорил по этому поводу: «Наше самое большое богатство — это наши люди. Ничего другого у нас нет и не будет. Зато людей и их талант мы используем таким образом, что сможем покрыть все недостающие у нас природные и иные ресурсы». И хотя мир с тех пор невероятно изменился, остался главный смысл человеческого бытия: все люди в любой стране мира хотят жить лучше и счастливее. И поэтому стратегия развития, избранная Сингапуром еще 30 лет назад, остается неизменной по сей день.