Девушка Online - Зои Сагг

Я сажусь в постели и отвечаю Эллиоту, что не сплю.

– А я уже давным-давно встал. – Он входит в мою комнату через внутреннюю дверь. – Я слишком счастлив, чтобы спать.

Поглядев на часы, я удивляюсь, что проспала целых десять часов. После бессонных ночей дома это – рекорд.

Эллиот усаживается на край моей кровати и открывает ноутбук.

– Я знаю, что ты не собиралась выходить в Интернет, но ты обязана кое-что увидеть.

Настроение тут же портится.

– Не надо, Эллиот, пожалуйста. Я хочу забыть про это дурацкое видео. Неужели не ясно?

Эллиот качает головой и расплывается в улыбке.

– Дело не в видео, а в блоге.

– Что с ним?

– Ты снова стала медиавирусом. На этот раз в хорошем смысле.

– Как это? – Я подползаю к Эллиоту и поворачиваю к себе ноутбук. На экране – мой пост о борьбе со страхом.

– Прокрути вниз, – велит Эллиот.

Я следую его совету и вижу, что получила 327 комментариев.

– Быть не может! – Я смотрю на цифру и не верю своим глазам. На мои записи никогда не отвечало столько человек. Никогда.

– Все они пишут про страхи и про то, как намереваются их побороть. Многие, кстати, твоим постом поделились. Посмотри, сколько у тебя теперь подписчиков.

Я смотрю на цифру в правом углу экрана.

– Десять тысяч?

Эллиот довольно кивает.

– Десять тысяч семьсот пятнадцать, если быть точным.

– Ого-го! – Сказать, что я потрясена – ничего не сказать.

– Пен, тебе необходимо прочитать комментарии. Они такие искренние! Вот эта девочка написала, что хочет дать отпор одному задире из школы, а эта хочет перебороть страх перед зубным врачом. Тут есть еще одно сообщение, которое ты просто обязана прочесть. – Эллиот начинает торопливо пролистывать комментарии.

– Нашел! – Он снова поворачивает ко мне ноутбук.

Привет, Девушка Online! Мой страх отличается от тех, что здесь описывают, и, признаться честно, я никому о нем раньше не рассказывала. Но тебе хватило смелости посмотреть своему страху в глаза, и я верю, что тоже смогу.

Больше всего я боюсь своей мамы. Ну, не мамы вообще, а ее пристрастия к выпивке. Когда она потеряла работу, то стала много пить, и наша жизнь превратилась в кошмар. От алкоголя мама становится злой и несдержанной и все время на меня кричит. Но даже не это самое страшное… Я боюсь, что мама меня больше не любит. Может, прозвучит глупо, но она стала совсем другим человеком. Ей ни до чего и ни до кого нет дела, даже до меня. Когда я прочитала твой пост, то поняла, что нельзя сидеть сложа руки. Сегодня же я расскажу обо всем своей тете. Даже если она ничего не сможет поделать, то хотя бы выслушает меня и даст совет. Спасибо, что вдохновляешь свой смелостью. Девушка-Пегас xxx

– Потрясающе. – Я смотрю на Эллиота, а в глазах стоят слезы.

– Знаю. А теперь прочитай это. – Эллиот показывает на один из последних комментариев.

Привет еще раз. Хотела написать, что я все обсудила с тетей, и она очень мне помогла. Она приехала к нам, поговорила с мамой и предложила нам пожить у нее какое-то время. Моя мама на меня совсем не разозлилась. Она очень расстроилась, долго извинялась и обещала обратиться за помощью ко врачу. Спасибо тебе, Девушка Online. Ты была права, иногда нужно взглянуть страху в глаза, чтобы понять, что ты сам его придумал. Девушка-Пегас xxx

По щекам текут слезы.

– Просто не верится, что мои слова смогли…

– Понимаю, – Эллиот обнимает меня за плечи. – Я тобой очень горжусь, Оушен Стронг.

Я крепко прижимаюсь к нему.

– Спасибо, Эллиот.

Он хмурится и качает головой.

– Не Эллиот, а Уолдорф Уайльд[9].

Я делаю удивленное лицо.

– Это мое новое альтер-эго.

Завтрак в Уолдорфе оказался почти так же хорош, как папин «воскресный завтрак», а с ним мало что может сравниться. Наевшись оладий с черникой, кленовым сиропом и жареными ломтиками бекона (дикое сочетание, но вкус отменный), мы с мамой направляемся в зал, где будет проходить свадебная церемония, а папа с Эллиотом идут гулять по городу. Мне немного обидно, что я не могу пойти с ними, хотя просьба Синди и Джима сделать фотоотчет о подготовке свадьбы мне очень льстит. Надеюсь, вечером удастся вырваться и полюбоваться Нью-Йорком.

Мы заходим в зал, и у меня вырывается вздох восхищения.

– Мама, это великолепно!

– Знаю, – с удовольствием соглашается она.

Я словно попала в «Аббатство Даунтон»: на стенах висят портреты, пол устлан дорогими коврами. Мама ставит на столик при входе табличку «Вместе навсегда», и рука сама собой тянется за камерой. Фирменная карточка на фоне изящной старинной лампы как раз в стиле свадьбы. Я приближаю изображение так, чтобы читалась надпись, и делаю снимок.

– Здесь пройдет церемония. – Мама показывает на ряды позолоченных стульев, расставленных перед большим камином. – А потом все пройдут в банкетный зал на свадебный завтрак.

– А почему его называют «свадебный завтрак»? – интересуюсь я, идя следом за мамой к массивным дверям на другом конце зала.

– Точно не знаю. Может, потому что это первый совместный прием пищи новобрачных?

Я мысленно делаю пометку спросить Эллиота, он-то наверняка знает.

– Вау! – восклицаю я, входя в соседний зал.

Он еще больше предыдущего и уставлен круглыми столами. С потолка свисают люстры под старину, с лампочками в виде свечей. В центре каждого столика – композиция из остролиста и бутонов белых роз. А большой вытянутый стол в конце зала задрапирован британским флагом не привычной расцветки, а в коричнево-бежевых тонах. Очень красиво и очень по-английски.

– Мамуль, здорово у тебя получилось!

– Ты правда так считаешь? – с надеждой спрашивает мама.

– Абсолютно.

– Привет-привет! А вы, должно быть, мисс Пенни?

Я поворачиваюсь на голос и вижу, что через маленькую дверь в конце зала к нам вошла женщина в водолазке и костюмных брюках. Ей явно пошел шестой десяток, но выглядит она на зависть многим: высокие скулы, глаза насыщенного карего цвета, седые волосы собраны в тугой пучок. Темно-красный оттенок помады подчеркивает фарфоровую белизну кожи.

– Привет, Сейди Ли. Познакомься, это моя дочка Пенни.

– Очень рада встрече, – говорит Сейди Ли, растягивая слова на манер американцев из южных штатов. – Я о тебе наслышана.

Я не успеваю ответить, как она заключает меня в объятия. От Сейди пахнет очень по-домашнему, мылом и корицей.