Последний патрон (сборник) - Алексей Котов

Вздохнув, посол направился в зал. Сонных алебардщиков возле дверей уже не было. Королева сидела на троне и тихо плакала. Граф взглянул на подрагивающие женские плечи, и у него защемило сердце.

— Мой король, Его Величество Сигизмунд II Дерзкий, — на ходу и гораздо мягче, чем в прошлый раз, начал он, — объявляет вам…

Под закованной в железо ногой снова хрустнула скамеечка. Граф взмахнул руками и прежде чем рухнуть на пол сделал несколько замысловатых танцевальных па.

— Сроду терпеть не мог шутов, — пояснил он склонившейся над ним королеве. — Одни безобразия от них в замке.

Королева кивнула и кротко всхлипнув, провела пальчиком по витиеватому лозунгу на железной груди рыцаря «Хранить и защищать».

— А у меня и не осталось никого кроме шута, — улыбнувшись сквозь слезы, пояснила она. — Только он боится… А сейчас прячется, наверно.

Граф покосился на женский пальчик.

— Да я бы таких поданных!.. — граф сжал руку в кулак и грохнул им по полу. — Они бы у меня!.. В общем, порядка у вас нет!

— А у вас хороший лозунг, — вдруг сказала королева.

— Хороший, — согласился граф. — Я же этот… Рыцарь, короче говоря. А рыцарь должен хранить и защищать.

— Кого и от кого? — грустно улыбнулась королева.

— Как кого? — удивился граф. — Этих… Как их? В общем, этих от этих… Как прикажут.

— Прикажут?.. — в свою очередь удивилась королева.

«Одна она совсем, без мужика… То есть без рыцаря, — вдруг пронеслось в голове графа. — А бабе… То есть королеве, легко ли одной? Тем более в наше-то время!»

Граф встал, осторожно опираясь на хрупкое женское плечико и, не оглядываясь, вышел из зала, захлопнув за собой двери.

— Эй, вы там, а ну закрыть ворота замка! — рявкнул он в окошко. — Всем кто бросит оружие, головы оторву! Министров и офицеров живо сюда, канальи!!

Прежде чем сделать первые шаги в тронном зале граф Пармский тщательно осмотрел пол. Злополучной скамеечки уже не было.

— Вам объявляют войну, Ваше Величество, — быстро и деловито заговорил посол. — Кстати, не только мой придурок… То есть я хотел сказать Второй Дерзкий, а еще и Генрих Лысый и Витольд Курчавый. Всей толпой, понимаешь, навалиться хотят, парикмахеры…

Королева кивнула и потупилась. Граф замолчал и почесал затылок.

— А я, это самое… — уже куда более робко продолжил граф. — Три года без отпуска. Все работа, работа… О себе уже и не думаешь.

В зал просунулись несколько испуганных физиономий.

— Вызывали?.. — робко спросила одна из них.

— Заходите! — довольно грубо сказал герцог. Осмотрев придворных, он спросил: — Министр финансов кто?

— Я… — ответил человек с лицом рыночного торговца. — Только денег все равно нет.

— Будут! — пообещал граф и показал министру бронированный кулак.

— Конечно, будут! — быстро согласился министр. — Сколько изволите получить наличными?

— А ну, смирно! — рявкнул граф на придворных. — Паникеров повешу на воротах!.. Всех вооружить и на стены! — граф бросил озабоченный взгляд на королеву. — Подземный ход имеется?

— А как же!..

Прежде чем выйти из зала во главе повеселевших придворных и вплотную заняться делами обороны замка, граф Пармский нежно поцеловал руку красавицы-королевы и поднял с пола сломанную скамеечку.

— Прямо партизанская скамеечка, понимаешь, — пробормотал он под нос. — Ну-с, мы еще посмотрим, кто кого!..

…Через шесть часов войска Сигизмунда II Дерзкого окружили королевский замок. Больше всего венценосного завоевателя удивило полное отсутствие паники в стане врага: то тут, то там, за зубцами крепостной стены, мелькали сосредоточенные лица защитников.

Сигизмунд велел позвать своего любимца графа Пармского, чтобы как всегда услышать его совет. Но королю принесли заявление, в котором граф уведомлял своего повелителя о том, что уходит в отпуск.

«Нашел время!..» — с неудовольствием подумал Его Величество, робко поглядывая на стены.

Оттуда, из-за стен, доносился деловитый шум и веселые крики защитников. Чей-то строгий бас отдавал короткие команды…

Сигизмунд II Дерзкий вздохнул и стал подумывать о переговорах.