Я потрогал её - Иван Сергеевич Клим

Дверь мне открыл полуживой мужик, по виду сам себе удивляющийся, как пережил очередной запой и вообще дожил до своего возраста. Позади него скалила зубы маленькая собачка.

– Здравствуйте. Я ваш сосед сверху.

– Угу.

Вместо адекватного приветствия меня обдало перегаром.

– И мне нужен зонтик, который я видел у вас на балконе.

– Угу.

– Ненадолго. На месяц всего. Одолжите?

– Угу.

И он закрыл перед моим носом дверь. Через пятнадцать секунд он открыл ее вновь и протянул мне свободный конец поводка. К другому концу была привязана собачка.

– Это чего?

– Выгуляешь собаку, дам чего тебе там было нужно.

– Но я…

– Чего?

Мне показалось, что он собирается закрыть дверь вновь.

– Ничего. Давайте сюда.

Я взял поводок и отправился на улицу. Собачка хоть и была карликовой, но на свежий воздух рвалась, словно заключенный при побеге. Видимо, уж сильно ей было невтерпеж. Не понимаю, почему ее нельзя было просто приучить к лотку?

Как только мы вышли на улицу, собачка тут же принялась обнюхивать и окрашивать сугробы в желтый цвет. Я прошелся с ней вокруг дома. Собачке было не до меня. «Как же, наверное, удобно посрать там, где приспичит», думал я, пока собачка делала предвесенние закладки. Через пятнадцать минут мы вернулись к порогу ее жилища.

Мужик забрал поводок со счастливыми пятнадцатью граммами, привязанных к нему. Я стоял и ждал.

– Что-то еще?

– Зонтик.

– Какой еще зонтик?

– На вашем балконе. Я видел его со своего балкона.

Мужик смотрел на меня как на идиота.

– А ты где живешь?

– Над вами. У меня балкон тоже выходит назад.

– Я рад. Но мой балкон выходит вперед со стороны подъезда. Тебе, наверное, в соседнюю дверь. И вообще, зачем ты заглядываешь на чужие балконы?

Я опешил. Мужик, не став дожидаться ответа, закрыл перед моей растерянной физиономией дверь. На этот раз окончательно.

Я развернулся на девяносто градусов и оказался перед соседней дверью. Позвонил. Потом еще. Теперь я начинал походить на ту разгневанную собачку и вымещал злость на звонке. Через пять минут дверь открыла маленькая старушка.

– Что же вы так мучаете мой дверной звонок, молодой человек. Я прекрасно слышу, но не так же прекрасно хожу. Чем могу вам помочь?

– Простите, пожалуйста.

И я рассказал старушке про зонтик.

– Зонтик? Ах да. Был у меня зонтик. А вам зачем?

Я набрал в легкие воздуха и вкратце рассказал зачем.

– Море? Это прекрасно! Но странно. Дело ваше. Вытирайте ноги и проходите. Не забудьте разуться.

Я тщательно потерся подошвами своих ботинок о коврик и прошел в квартиру. В ней пахло книгами, временем и пылью. Я разулся.

– Чаю хотите? – старушка протянула мне тапочки.

Я вежливо отказался, сказал, что тороплюсь и мне нужен только зонтик.

– Ну, как знаете. А я только что чайник вскипятила.

Старушка провела меня до балкона. Пока через хлам из старой обуви, поломанных стульев и другого бытового мусора я пробирался до зонтика, то успел приглядеть кое-что еще, что определенно могло мне пригодиться.

– А вентилятор у вас работает? – спросил я у старушки.

– Работает.

– Одолжите его тоже?

– Я подумаю. Хотите чай?

Я знал, что меня ждет, если я скажу да. Но обижать столь добрую старушку мне не хотелось. Вентилятор бы мне очень пригодился. Я не стал рисковать, чтобы не порушить свои корыстные цели.

– Хочу.

– Можете взять вентилятор.

Я отнес вентилятор и зонтик ко входу. Прошел на кухню. Старушка уже разливала чай в две фарфоровые чашки, распаковала коробку конфет. Я сел, закинул конфету в рот и стал слушать. Старушка рассказывала мне про свою жизнь. Про молодость, детство, правителей, детей, внуков, болезни. Я сидел, кивал и медленно попивал медленно остывающий чай. Я думал о том, что мне предстоит ночью, составлял план своих действий. Спустя час, когда старушка помолодела лет на двести, я встал и вежливо сказал, что дольше оставаться не могу и, что мне пора.

– Заходите еще, – сказала на прощанье старушка.

– Обязательно. До свиданья.

Тогда я еще не знал, что прощаюсь со старушкой навсегда и через месяц, когда я приду возвращать вещи, дверь мне откроет похожая, но совершенно другая женщина.

Пока дома я прятал вещи под кроватью, то услышал, как проворачивается дверной замок. Каролина уже раздевалась, когда взволнованным я вышел из спальни.

– Привет, милая, – я поцеловал ее и начал помогать раздеваться. – Где была?

– Привет, красивый. Я же написала тебе смс, что ушла за продуктами.

– Прости, совсем завертелся, не успел прочитать.

– Почему завертелся? Чем был занят?

– Да ничем, – чуть не выдал себя. – Пойдем, помогу приготовить тебе ужин…

Ночью я приступил к осуществлению самой дерзкой части своего плана.

Меньше чем в километре от дома разворачивалась стройка очередного торгового центра. Туда-то я и планировал отправиться. Рассказывать, как я перелезал через забор, как оглядываясь и кряхтя, нес в пакетах песок, не стану. Поделюсь лишь только той частью, где меня – начинащего вора, грозу песчаных насыпей, захлестнула жадность. Я решил вернуться на стройку, переживая, что вынесенного песка будет недостаточно.

Вновь перелез через забор. Вновь выложил пакеты и стал орудовать, оставленной строителями, лопатой. Чувство жадности блокировало чувство осторожности. И вот, когда я уже почти закончил, кашель, раздавшийся за спиной, вернул на миг позабытое чувство, но было слишком поздно.

– А что это вы делаете?

Я обернулся и превратился в фонарный столб, вот только лампочка в изголовье не загоралась. Я не знал, что ответить. Песок под ногами из обычного стал превращаться в зыбучий. А мужик лет пятидесяти, в зимней куртке камуфляжного цвета и в такого же цвета штанах продолжал стоять и ждать ответа. Я сказал первое, что пришло в голову.

– Песок. Кошке. Набираю. Для лотка.

Я проваливался все глубже.

– Ночью набираете?

– Ночью. Воняет. В квартире. Уснуть. Не могу.

У меня стали заканчиваться логичные ответы. Песок уже почти дошел до подбородка.

– А как вы сюда попали?

– Через. Забор.

«Это финал. Я готов. Зови друзей. Вот лопата. Пиздите».

– Ну, это вы зря. Много вам нужно?

– Чего?

– Песка. Чего же еще.

– Мне бы пакета четыре…

– Набирайте на здоровье. Вы вечером в следующий раз лучше приходите, когда начальство домой уезжает. А то знаете, ночь все-таки, мало ли кто тут ходит. Наркоманов нынче много развелось. Может вам лучше мешок дать?

Если это шутка, то не смешная. Но я готов был рассмеяться в истерике.

– Было бы здорово.

– Сейчас принесу.

Я не сомневался, что мужик пошел за ружьем или куском кирпича. Только он добрел до своего вагончика, как я схватил