С любовью, Старгерл - Джерри Спинелли

Почему он читал это? И зачем он вообще читал? Как он мог читать книгу, которая теперь, когда я тоже ее прочла, стала моей любимой?

9 июля

Пуся разбудила меня телефонным звонком и прокричала неистовым голосом:

– Скорее! У Бетти Лу в окне красная тапочка.

Десять минут спустя мы уже ворвались к ней в гостиную. Первым делом я сняла с основного окна тапочку-носок.

– Простите, – произнесла хозяйка, безвольно распростершаяся на диване, – я не хотела вас беспокоить. Иногда просто так тяжело…

– Не стоит, – сказала я, – ведь друзья и нужны, чтобы помогать пережить трудности.

Мы запретили Бетти Лу подключаться к работе самой, но разрешили давать нам указания, и, в общем, мы с Пусей – известные искусницы-кондитеры – умудрились, в конце концов, испечь целый противень печенья с шоколадной крошкой. Потом накормили миссис Ферн, расчесали ей волосы, помассировали ступни, почитали ей, спели, станцевали – и ко времени ужина она уже танцевала вместе с нами.

11 июля

Я тебе еще не рассказывала? У меня появилась работа. Сама я называю себя парикмахером садов. Я повесила объявление на окне «У Марджи» и еще разместила его в «Ленапе». Мистер Прингл на компьютере сделал для меня визитные карточки. На них стоит мой логотип: червячок в бейсбольной кепке с широкой улыбкой. В цветах я, конечно, не особенно разбираюсь, поэтому ни за что замысловатое не берусь. Просто помогаю с обычными делами в саду – полю грядки, поливаю их, выношу мусор. Да и беру недорого. Наверное, поэтому моими услугами пользуются. Поэтому – и еще из-за моей мегакрутой тачки. Я купила ее в хозяйственном магазине, нарисовала на одном борту своего червяка, а на другом – подсолнух.

Сегодня я работала у одной семьи, их фамилия Клеко. Миссис Клеко пригласила меня еще на прошлой неделе. Дом у них красивый, из серого камня, с большой верандой и желтыми маркизами по всему периметру, а вдоль улицы, на которой он стоит, высажены платаны.

Я сразу отправилась на задний двор, наполовину выложенный кирпичами, наполовину отданный под газон. Сад у них – самый красивый из всех, где мне до сих пор доводилось работать. Одни цветы чего стоят, а тут еще и изысканные зеленые заросли выше меня, небольшие каменные скульптуры (ребенок с книжкой, ангел-хранитель…), белая береза и пара остролистов, а через все это великолепие вьется дорожка из плитняка. Как я тебе раньше говорила, волшебные места нельзя создать, их можно только обнаружить, открыть – но сад Клеко близко подошел к тому, чтобы считаться волшебным местом.

Первым делом я собрала все пластиковые игрушки и разбросала их по траве. Наверняка здесь обитал маленький ребенок – точнее говоря, мальчик, если судить по танку и водному пистолету. Затем принялась избавляться от «мертвой натуры» (звучит жутковато, но означает – просто срезать погибшие уже цветы, чтобы растение могло направить всю свою энергию на живые). И вот рву я, значит, увядшие астры-рудбекии, как вдруг из дому доносится оглушительный вопль. За ним еще один. А потом голоса: «Я тебя убью!» – «Я все маме расскажу!»

Я задумалась, стоит ли зайти внутрь и посмотреть, что происходит, тем более что первый голос показался мне знакомым, но тут задняя дверь открылась, из нее вылетел маленький русоволосый мальчик в трусах с изображением Бэтмена и ринулся ко мне. За ним секунду спустя появилась – кто бы ты думал? Эльвина!

Мальчуган врезался в меня и сразу за мной спрятался, обнял меня, упер ухо мне в попу, а бедра обвил ручонками. Эльвина, узнав меня, тоже подошла вплотную.

– Что ты здесь делаешь? – рявкнула она.

– Ухаживаю за садом, – говорю. – А ты тут живешь?

Я вдруг поняла, что не знаю ее фамилии.

– Нет, ну что ты, – с издевкой ухмыльнулась она. – Я Златовласка^[24]. Пробралась в дом к трем медведям и улеглась в кровать медвежонка!

Она потянула руки к мальчику. На одной из них я заметила кровь. Маленький ребенок изо всех сил обнял меня пальцами за талию. Эльвина пнула его ногой. Он взвыл и ответил ей тем же. Теперь взвыла она.

– Хватит! – закричала я и сама удивилась, как громко прозвучал мой голос в обычно тихом и спокойном месте.

Затем с трудом отцепила от себя мальчика и поставила его к себе лицом, гаркнув Эльвине:

– Брысь!

Она посмотрела на меня с ненавистью, но отступила.

– Это твой брат?

– Прыщ у меня на заднице, вот он кто!

– Это она прыщ у меня на заднице! – запальчиво отозвался мальчуган.

– Довольно! – сказала я. – Как тебя зовут?

– Томас! – Имя он словно выплюнул в лицо сестре.

– А где ваша мама? – спросила я у Эльвины.

– У зубного.

– Значит, тебя оставили за ним приглядывать?

– За этим вот, да, – презрительно ухмыльнулась девочка.

Дыхание Эльвины перешло в какое-то шипящее фырканье. Зубы она оскалила, как разъяренная собака. Что ж, все та же привычная Эльвина, ничего странного. Удивил меня, скорее, ее маленький брат. Он, конечно, прятался за мной от сестры и ежился, но исключительно из-за разницы весовых категорий. А так-то видно было, что боялся он ее не больше, чем Пуся тогда, «У Марджи». «Ох, Эльвина, подожди, подрастет он – придется тебе несладко», – подумала я.

– Не за этим вот, а за братом, – поправила я.

– Этому вот конец, как только ты отсюда исчезнешь, – ответила она.

– Раз так, я не уйду, пока не вернется ваша мама.

– Вот так! – злорадно прохрипел Томас, сделал шаг вперед и угрожающе замахнулся голой ногой.

Сестра кинулась на него. Я ткнула ей пальцем в лицо и, приняв как можно более суровый вид, скомандовала:

– Назад!

– Так вот! Назад, псина! – расхохотался мальчик.

И прежде чем я успела сообразить, что к чему, он развернулся, наклонился, стянул с себя крошечные черно-желтые трусики с Бэтменом и показал сестре голый зад. Совершенно очевидно, Эльвине это было не впервой. Она не выказала ни удивления, ни отвращения. Просто сделала шаг назад, прицелилась и плюнула ему прямо в ягодицу. Томас издал истошный вопль, натянул «Бэтмена» обратно и потер пятую точку. Эльвина, казалось, почувствовала, что получила преимущество. Она снова перешла в наступление, и мне снова пришлось простереть вперед ладонь, словно охраннику у ворот замка:

– Эльвина! Ни шагу вперед!

Девочка остановилась и насмешливо осклабилась.

– Да? И что ты мне сделаешь? Ударишь?

И правда, что бы я ей сделала? Понятия не имею. Защекотала бы?.. Мы невыносимо долго смотрели друг другу в глаза. Наконец она моргнула. Лицо ее изменилось. Эльвина с вызовом показала мне свою руку: