Любовь. Офисная версия - Людмила Белякова

— Как дела?

— Да вот, костюмчик решила сшить.

— А что — купить нельзя? — спросил он, заходя в кухню, где Жанна на столике кроила купленную утром ткань.

— Во-первых, хочется чего-то оригинального, а во-вторых, у меня фигура нестандартная.

— А, — расплылся он в довольной улыбке. — Это да. Это я заметил!

Он опустил пакет на пол и поймал Жанну сзади за талию.

— Чаю поставить? — попыталась она отвлечь его.

— Щас я те сам такое поставлю! — проурчал он ей на ухо.

— Да отпусти, вся ночь впереди! Ты что, не тренировался?

Совсем уж непристойное замечание Жанну почему-то не оскорбило.

— Почему ты решила? — удивился он, все же выпуская ее.

— Да больно энергии у тебя много.

— Чем больше я трачу, тем больше получаю.

— Ясно. Посиди, я сейчас доделаю. Дождик все идет?

— Да, похоже, это надолго.

Миша сидел у стола и внимательно, как кот за мышкой, наблюдал, как Жанна орудует ножницами. Он был явно в настроении.

— Ты с чего такой сияющий?

— А плакать не с чего.

— Нет, правда. Ты в самом деле на тренировке был? Я не собираюсь тебя контролировать, но ты что-то не похож на уставшего.

— Да так, — пожал он плечами, озарясь фирменной хищной улыбкой. — Хорошие результаты показал.

— Кому-то опять навалял?

— Всем, кто под горячую руку попался. Пусть знают, что я в форме.

— Кто знал?

— А в каждой команде есть кто-то, кто сливает информацию противникам, и теперь всем известно, что я в полном порядке.

— А если они напрягутся дополнительно?

— Значит, перетренируются, перегорят. Мне тоже на руку.

— Ух ты и коварный.

— Неправда. Я хороший, нежный, и меня надо…

— …чесать за ушком.

— Угу… Заканчивай эти дела, а? Темно уже.

— Свет зажжем и чай пить будем.

Миша вздохнул:

— Да. Чай, чай, все чай…

Чаю они попили, но потом Мишу удерживать на расстоянии стало уже невозможно. Увидев, что Жанна, ополоснув чашки, сняла фартук, он подскочил к ней.

— Все, хватит, невтерпеж… Я же сказал — мне целый месяц среди мужиков говеть, неужели трудно человека понять?!

Он подхватил ее на руки.

— Да я за тебя боюсь! — для приличия поболтала ногами Жанна.

— …А вдруг меня тебе специально подсунули, чтобы вымотать перед чемпионатом? — предположила она, когда он положил ее на тахту.

— Да? Не приходило в голову… Ой, ну опять понадевала на себя!..

— Отопление отключили уже…

— Это тоже сама шила? — урчал он, стаскивая с нее трусики.

— Нет, это из дорогого бутика. Ты осторожнее!

— Да сжечь бы все эти… у-ух! Пока дойдешь до… главного, все упадет к чертовой матери!

Еще полминуты Жанна слышала, как он, тихонько что-то бормоча, раздевается сам, успела залезть под одеяло и игриво промурлыкать:

— Миша, ты где?

Он откинул одеяло, Жанна протянула ему руки, и Миша просто рухнул ей в объятия.

— Ты как себя ощущаешь? — прошептал он ей на ухо, подминая под себя.

— Нормально, — чуть озадачилась Жанна.

— И долго тебя готовить надо? — спросил он, опускаясь поцелуями от шеи к груди.

— Да вообще не надо, — спокойно ответила Жанна, запуская пальцы в его волосы. — Я вся твоя.

— Чего ж молчишь-то?!

Он поднялся над ней, хищно порыкивая, и Жанна плотно положила ладони на его крутые бицепсы. Не ожидая, что он примется управлять ею, она расслабилась, чтобы ему было удобно, и игриво пробежала пальцами по его животу и дальше, к паху.

— Ну, ведь можешь, когда хочешь… Давай, детка, сделай это сама… Как тебе самой лучше…

В этот раз они обладали друг другом обоюдно, Жанна отвечала на его ласки и поцелуи страстно, иногда предупреждая его желания. Пусть знает, что не всегда он победитель и не всегда ведет по очкам…

— Уф. — Он откинулся в конце концов на подушку, тяжело дыша. — Ты что со мной делаешь?

— Я ж говорю, специально… Уморить тебя вздумала.

— Тебе это почти удалось.

Жанна легла на бок и уткнулась носом в его плечо.

— Когда ты отправляешься на свою базу? — спросила она через некоторое время.

— Завтра в четыре дня.

— Как? — удивилась Жанна. — Я думала, только утром в понедельник.

— Ох, нет… Утром в понедельник я уже тренируюсь до упаду.

— Ну что ж, в конце концов, это твой выбор.

— Да, — ответил он не совсем уверенно. — Но у нас еще куча времени. Еще такого наваять можно…

Миша осторожно вытянул свое плечо из-под ее щеки.

— А ты урок повторить не хочешь?

— Какой именно? Они не все были равноценны.

— А вот такой…

Миша поднял Жанну за предплечья.

— Неужели ты снова готов? — усомнилась Жанна, не торопясь следовать его желаниям, но он все-таки посадил ее на себя.

— Я всегда готов. Разве не чувствуешь?

— Да. Что-то до боли знакомое…

— А ты будь послушной девочкой, и все будет хорошо…

Жанна не торопилась — до расставания было далеко — и стала двигаться, прислушиваясь к своим ощущениям и к Мишиным движениям и стонам.

— …Ох, точно, ты казачок засланный, — проговорил он чуть заплетающимся языком, когда Жанна, тоже обессиленная, почти упала на него. — Я бы сейчас и до ринга не дополз.

Жанна поцеловала его в закрытые глаза и осторожно встала.

— Значит, на сегодня все.

— Что значит «все»?! — встрепенулся чемпион. — Что это за разговоры такие — «все»!

— Со страстями все. Я не хочу, чтобы ты из-за меня проиграл.

— Ах, ты об этом… Ерунда. Нагоню я форму… Жанна пошла в душ, потом, одевшись, на кухню. Часы показывали без двадцати семь.

«Пасмурно… И Мишка уезжает… Хотя, может, так лучше. Не хватало еще какого-нибудь прощального эксцесса перед началом рабочей недели».

Жанна заваривала зеленый чай, когда, одетый в джинсы и незастегнутую рубашку, в кухню вошел Миша и с рассеянным видом сел у стола.

— А у вас там, на ваших тренировочных игрищах, девушки бывают?

— Бывают, но их стараются не пускать. Да и ребята понимают сами. Деньги крутятся там немалые, так что… А ты что, хочешь приехать, Мишеньку пожалеть?