Достоевский. Энциклопедия - Николай Николаевич Наседкин

времени, честных, скромных, которые искренно и сознательно желают полезного, всегда работают и отличаются тем редким и счастливым качеством, что всегда находят работу. Не выставляясь на показ, избегая ожесточения и празднословия партий, не считая себя в числе первых, князь понял однако многое из совершающегося в последнее время весьма основательно. Он прежде служил, потом стал принимать участие и в земской деятельности. Кроме того, был полезным корреспондентом нескольких русских учёных обществ. Сообща с одним знакомым техником, он способствовал, собранными сведениями и изысканиями, более верному направлению одной из важнейших проектированных железных дорог. Ему было лет тридцать пять. Человек он был “самого высшего света” и кроме того с состоянием, “хорошим, серьёзным, неоспоримым”, как отозвался генерал (Епанчин. — Н. Н.), имевший случай по одному довольно серьёзному делу сойтись и познакомиться с князем у графа, своего начальника. Князь, из некоторого особенного любопытства, никогда не избегал знакомства с русскими “деловыми людьми”. Случилось, что князь познакомился и с семейством генерала. Аделаида Ивановна, средняя из трёх сестёр, произвела на него довольно сильное впечатление. К весне князь объяснился. Аделаиде он очень понравился, понравился и Лизавете Прокофьевне. Генерал был очень рад. Само собою разумеется, поездка было отложена. Свадьба назначалась весной…»

Свадьба эта, правда, состоялась позже, и в финале романа сообщается, что, по мнению Евгения Павловича Радомского, князь Щ. и Аделаида, путешествующие вместе с остальными Епанчиными по Европе, «ещё не совершенно сошлись друг с другом; но в будущем казалось неминуемым совершенно добровольное и сердечное подчинение пылкой Аделаиды уму и опыту князя Щ.»

Коллер

«Записки из Мёртвого дома»

Поляк, ефрейтор, конвоир — помог бежать арестантам Куликову и А—ву и сам бежал вместе с ними. «В одном из батальонов, стоявших в крепости, служил один поляк, энергический человек и, может быть, достойный лучшей участи, человек уже пожилой, молодцеватый, серьёзный. Смолоду, только что придя на службу в Сибирь, он бежал от глубокой тоски по родине. Его поймали, наказали и года два продержали в арестантских ротах. Когда его поворотили опять в солдаты, он одумался и стал служить ревностно, изо всех сил. За отличие его сделали ефрейтором. Это был человек с честолюбием, самонадеянный и знавший себе цену. Он так и смотрел, так и говорил, как знающий себе цену. <…> Мне показалось, что прежняя тоска обратилась в нём в ненависть, скрытую, глухую, всегдашнюю. Этот человек мог решиться на всё, и Куликов не ошибся, выбрав его товарищем. Фамилия его была Коллер…» Беглецов поймали, Коллер получил две тысячи палок и был отправлен арестантом в другой острог.

Коренев (Каменев)

«Записки из Мёртвого дома»

Арестант Тобольской каторжной тюрьмы. Один раз упомянут под фамилией Каменев, другой раз, в связи с рассказом об Орлове, под настоящей — Кореневым. «Я видел уже раз, в Тобольске, одну знаменитость в таком же роде, одного бывшего атамана разбойников. Тот был дикий зверь вполне, и вы, стоя возле него и ещё не зная его имени, уже инстинктом предчувствовали, что подле вас находится страшное существо. Но в том ужасало меня духовное отупение. Плоть до того брала верх над всеми его душевными свойствами, что вы с первого взгляда по лицу его видели, что тут осталась только одна дикая жажда телесных наслаждений, сладострастия, плотоугодия. Я уверен, что Коренев — имя того разбойника — даже упал бы духом и трепетал бы от страха перед наказанием, несмотря на то, что способен был резать даже не поморщившись…»

Коровкин

«Село Степанчиково и его обитатели»

Случайный приятель полковника Ростанева, которого он встретил на какой-то станции за три дня до приезда Сергея Александровича, пригласил в гости и на протяжении всего повествования ждал Коровкина как Бога, ибо только Коровкин, этот «учёный человек», по уверению Егора Ильича, его понимает. Генеральша Крахоткина всё время принимает за Коровкина внука Сергея, а сам мифический Коровкин явится, наконец, в самом финале и — чрезвычайно эффектно: «В дверях появился сам Коровкин, отвёл рукой Видоплясова и предстал пред изумлённою публикой. Это был невысокий, но плотный господин лет сорока, с тёмными волосами и с проседью, выстриженный под гребенку, с багровым, круглым лицом, с маленькими, налитыми кровью глазами, в высоком волосяном галстухе, застёгнутом сзади пряжкой, во фраке необыкновенно истасканном, в пуху и в сене, и сильно лопнувшем под мышкой, в pantalon impossible [фр. немыслимые брюки] и при фуражке, засаленной до невероятности, которую он держал на отлёте. Этот господин был совершенно пьян. Выйдя на средину комнаты, он остановился, покачиваясь и тюкая вперед носом, в пьяном раздумье: потом медленно во весь рот улыбнулся.

— Извините, господа, — проговорил он, — я… того… (тут он щёлкнул по воротнику) получил!..»

Естественно, господина Коровкина отправили спать, а наутро он, слегка протрезвившись, улизнул из Степанчикова не простившись. Простодушному полковнику Ростаневу эта дружба обошлась, правда, всего в 25 рублей серебром, каковые Коровкин успел у него выпросить якобы взаймы.

Костоправов

«Честный вор»

Доктор с откровенно «говорящей» фамилией, у которого Астафий Иванович давно лечился и который сразу определил, что заболевшему Емеле, «честному вору», уже ничто не поможет — велел только порошков ему для проформы дать.

Кох

«Преступление и наказание»

«Промышленник» и «мошенник» (по словам Разумихина), скупающий у Алёны Ивановны просроченные вещи. Он — самый первый свидетель преступления Раскольникова: пришёл и начал звонить-стучать в дверь Алёны Ивановны, когда Раскольников, только что убив процентщицу и её сестру Лизавету, ещё находился внутри. Подошедший следом Пестряков вскоре побежал за дворником, а затем и Кох не выдержал и отправился вниз, что и позволило Раскольникову выскользнуть из квартиры старухи и спастись. Коха вместе с Пестряковым поначалу даже задержали как подозреваемых соучастников преступления.

Кошмаров

«Хозяйка»

Хозяин дома, где нанимает квартиру Мурин. По первоначальной аттестации полицейского чиновника Ярослава Ильича, — «Величавый старик!.. Благородная старость! <…> богомольный, почтенный, благородный с виду…» Но в финале повести сам же Ярослав Ильич сообщает Ордынову, что Кошмаров содержал в своём доме разбойничий притон и был главарём шайки. А между тем это был самый неприметный человек — вот каким увидел его тот же Ордынов: «В дверях квартиры он плотно столкнулся с маленькой седенькой фигуркой, выходившей, потупив очи, от Мурина. <…> Тихий человек, кряхтя, охая и нашёптывая что-то назидательное себе под нос, бережно спустился с лестницы. Это был хозяин дома, которого так испугался дворник…» Дворник-татарин недаром, видно, боялся этого тихого маленького человечка с