#в_чёрном_теле - Мария Долонь

Инга свернула в правый коридор. Там не было света, но в полумраке мелькнул силуэт. Она сбавила ход – фигура тоже сбавила ход. Инга остановилась. Силуэт тревожно замер, готовый бежать назад. Она кинулась вперёд, едва сдерживая крик. Рука наткнулась на холодное и гладкое. Зеркало.

Испугалась собственного отражения. Дожила.

Инга нащупала ручку. Из щели тянуло свежим воздухом. Это была зеркальная дверь. Дёрнула: закрыто.

Когда она вернулась в зал, вечеринка была вся в розовом искрящемся дыму. Столики у стен убрали, и всё пространство превратилось в танцпол. Инга бездумно скользила взглядом по лицам в колышущейся толпе. Музыка и мятущийся лазер притупляли внимание.

– Как вам наш новый коктейль? – спросил Слава, когда она вернулась к стойке.

– Тяжеловат.

– Что-нибудь полегче?

– Как насчёт Shape of you?

Слава не изменился в лице, только провёл пальцами по губам, словно прижимая к ним улыбку.

– Я понял, что вам нужно. Специально для скучающих девочек.

– Давайте. Похоже, подружка меня сегодня кинула. Может, вы видели её здесь? Высокая, волосы такие… длинные, тёмные.

– Зовут как?

– Эвелина.

Бармен неопределённо повёл плечом. Он снял с верхней полки литровую бутылку Campari, поиграл ею и вдруг подкинул, крутанулся вокруг своей оси, припал на колено и поймал её почти у самого пола.

Музыка стихла. Но зазвучала другая песня – недавний хит Believer. Ликующий возглас пронёсся по залу. Инга смотрела на Славу, ожидая продолжения шоу. Но он уже без фокусов наполнял бокал лимонным сиропом и фруктами. Она вытащила деньги, он протестующе поднял руку.

– За счёт заведения. Добро пожаловать в клуб!

Не пей! Отрава!

Зажмурившись, она быстро сделала глоток, чуть не задохнулась от ледяной сладости.

– Привет, Лину ищешь?

Позади неё стоял Безмернов. В горчичной лёгкой куртке с капюшоном и костяными пуговицами-дафлкотами на шнуровке он походил на мальчишку-студента. И держался по-мальчишески, слегка ссутулившись и глядя исподлобья.

На взводе, дёргается сильнее, чем в «Житнице».

– Да, я пришла…

– Её сегодня не будет. – Он мотнул головой, стряхивая с волос капли дождя.

– А когда…

Он не давал договорить, словно включал заранее записанные фразы.

– В отпуске, на море загорает.

Клуб заполнила новая порция горячего дыма, Безмернов неловко расшнуровал верхнюю пуговицу. На пальце блеснуло кольцо.

– Я тебя не помню. Ты с ней на связи?

– Больше года. – Инга играла вслепую.

– Давно качаешься?

– Что, простите?

Иван поднял брови. Инга поняла, что допустила промах, в замешательстве оглядела себя.

Качаешься? О чём он?

– Не очень. Месяцев шесть, – сказала первое, что пришло в голову.

Он оценивающе оглядел её с головы до ног, не по-мужски, а так, как обычно оглядывает портной, прикидывая фасон нового платья и расход ткани.

– О, птичка моя, тебе ещё работать и работать.

– Я работаю.

Он продолжал буравить Ингу взглядом, прищуриваясь и словно просчитывая что-то про себя. Посмотрел ей за спину, и она догадалась, что он переглянулся с барменом.

– Поможете мне? – Она сделала шаг навстречу и почти уткнулась носом ему в куртку. – Мне очень нужно. Эвелина не отвечает на сообщения, я не знаю, к кому обратиться.

– Конечно. – Он криво улыбнулся и отступил. – Давай код, проверю по базе.

– Эвелина изменила мой код, я жду от неё новый.

Безмернов поднял брови и что-то быстро и неразборчиво переспросил; она уловила только «ник». Внезапно глаза его расширились, он посмотрел влево и опять на Ингу.

– Этот парень с вами… – прокричал он.

– Какой?

Безмернов резко выпрямился, выбросил руку вверх, и тотчас же их накрыла волна грохота. Музыка, бывшая до того ритмичной, стала вдруг неуправляемой, как лава. Инга инстинктивно закрыла уши руками. Струи плотного дыма заполнили пространство.

Кто-то схватил её за руку – Эдик! Безмернов, глядя на него, быстро отступал в танцующую толпу. Инга бросилась за Иваном, но тут же встала – на несколько секунд погас свет. Первый луч выстрелил с потолка, выхватив аппликацию на спине Безмернова: волк с раскрытой пастью. Спина исчезала в коридоре, ведущем к туалетам.

– За ним! – бешено крикнула она Эдику.

– Я тебя искал! Ты вне зоны доступа уже три часа! – криком на крик отвечал он.

– Проехали! Хочешь помочь – проверь мужской туалет!

Они вбежали в кафельный коридор. Теперь и тут было людно: парочки дымили, обнимались и целовались взасос. Остро пахло курительными смесями. Маленький тщедушный вейпер выпустил кривое дымное кольцо. Эдик послушно кинулся к двери с табличкой «М».

Мгновение – и Инга оказалась в конце коридора, на развилке. В тупике направо никого не было. Налево – темнота. Она включила фонарик на телефоне.

– В туалетах Безмернова нет, – её догнал запыхавшийся Эдик. – Думаешь, это я его вспугнул?

– Одну меня он не узнал, а вот увидев нас вдвоём, видимо, вспомнил «Житницу».

Они прошли ещё метров двадцать. Щель у зеркала была намного шире. Инга легко толкнула дверь: не заперта. Приятный мокрый воздух – и наконец-то тишина.

Двор со всех сторон был окружён пятиэтажками.

– Улица Доватора, – прочитал Эдик.

Они обежали здание по кругу: детская площадка, скамейки у подъездов, треугольная клумба. Везде пусто. У главного входа в клуб стояли припаркованные машины и такси.

– Видели парня в горчичной куртке? – бросилась Инга к водителям. – Волк на спине?

– Девушка, – усатый таксист пульнул окурок в темноту, – если бы он был за рулём, а я – пассажиром, то, может, я бы и разглядел, что у него там на спине. Ехать куда будем?

Понуро добрели до перекрёстка. В сторону метро двигалась красно-синяя толпа футбольных болельщиков, наполняя улицу свистом и выкриками. Дождь усиливался.

– Смотался! – Инга со злости пнула скамейку. – Упустили!