Сто чистых страниц - Сирил Массаротто

— Хорошо, спасибо. Скажите, а мы с вами не виделись, случайно?

— Не думаю, хотя я несколько раз бывал в этом здании по работе. Ну, ладно… до свидания.

— Подождите!

— Да?

— Вы знаете, кто их посылает?

— Профессиональная тайна, мадемуазель.

— Ну пожалуйста…

— Так уж и быть, раз вам интересно… Ему около тридцати. Очень красивый парень.

— Очень красивый?

— Да, прямо как фотомодель. Или актер.

— Вы шутите?

— Нет. К тому же он очень мил, вежлив и всегда дает большие чаевые! Вам повезло!

— Ну, да, наверное, раз вы так говорите…

— До свидания, мадемуазель!

Уф! В следующий раз надо лучше подготовиться, но я на правильном пути. Если Мик узнает, устроит мне настоящую головомойку… Даже несмотря на то, что я неплохо сымпровизировал!

— Выглядишь довольным!

— Это смущает вас, босс?

— Прекрати называть меня так…

— Ладно, извини. Просто я только что провернул одно дельце, чтобы помочь Мику. Как-нибудь расскажу тебе.

— Может, сегодня вечером?

— Сегодня вечером?

— Ну, я подумала, почему бы тебе не пригласить меня в гости… Так любопытно взглянуть на твою квартиру!

— Я бы с удовольствием, но у меня сейчас живет… двоюродный брат. И втроем будет уже не так… Ну, ты понимаешь.

— Да, действительно. А он надолго приехал?

— Собирался на несколько дней, но еще точно не знает.

— Хорошо. Тогда, может, сходим пообедать?

— Давай.

За обедом Кларисса засыпает меня вопросами о брате. Откуда он приехал? Чем занимается? Когда возвращается домой? Он такой же красивый, как я?

Я снова импровизирую. Его зовут Джованни, он живет в Италии. Мы с ним давно не виделись. Он приехал повидаться с родственниками и немного отдохнуть…

— Можно как-нибудь встретиться после работы и втроем сходить в бар. Ему наверняка интересно пообщаться с французами!

— У мадам есть виды на моего брата?

— Какой ты глупый.

— Я просто пошутил…

— Ну-ну, пошутил… И перестань щелкать, меня это раздражает!

Я даже не заметил, что держу блокнот в руках и кончиком указательного пальца оттягиваю резинки, а потом отпускаю так, что они щелкают по кожаной обложке.

— Что за блокнот? Я не видела его раньше у тебя.

— Обычный блокнот, записываю кое-какие наблюдения… Ничего особенного.

Убираю блокнот в карман куртки с мыслью, что нужно вести себя осмотрительнее. С тех пор как над ним нависла угроза, приходится постоянно таскать его с собой, но я не хочу возбуждать подозрений или, хуже того, прослыть фетишистом. И хотя Кларисса ничего не знает о дедушке и его наследстве, осторожность не повредит…

* * *

Я обо всем догадываюсь, еще только открывая дверь: к ее привычному скрипу примешивается подозрительный шорох. Автор двух предыдущих посланий подсунул новый конверт.

Беру его и лихорадочно распечатываю:

Он мой. Я приду за ним сегодня вечером в 19 часов.

Уже 18.30.

Я читаю и перечитываю эти две фразы, понимая, что все равно не найду ответ. С досады разрываю письмо на клочки и швыряю в помойку, но тут же в глаза бросается кусочек бумаги, на котором отчетливо видны слова «сегодня вечером».

Кусочек бумаги…

Ну конечно! Я порвал дедушкино письмо у нотариуса, но он вполне мог собрать его! А теперь старый псих решил завладеть волшебным блокнотом! Естественно, он будет утверждать, что его мать водила знакомство с дедушкой или что-нибудь в этом духе, — короче, выдумает историю, которая позволит ему заявить о своих правах на блокнот, а я даже не сумею ее опровергнуть…

Ну уж нет, ничего не выйдет! У меня осталось немного времени, чтобы устроить господину нотариусу теплую встречу.

Меж тем вернулась Джулия, и мне пришлось спрятать ее в комнате. Она сопротивлялась, но я сумел отвертеться.

— Я о тебе же забочусь! — настойчиво твердил я. — Сейчас сюда кое-кто придет, и это может оказаться небезопасно.

Ну вот, теперь ей ничего не угрожает. Я сажусь на диван и проверяю, насколько быстро у меня получится выхватить газовый баллончик, спрятанный под правой подушкой, и дубинку, лежащую под левой.

Нотариус довольно стар, поэтому он либо вооружится, либо возьмет с собой какого-нибудь головореза.

В любом случае мой план прост. Если он или его цербер будет вести себя хоть немного угрожающе, я ослеплю их газом, а затем уложу дубинкой. Я видел такое в десятках фильмов и без проблем смогу повторить.

Я специально оставил дверь приоткрытой, чтобы заранее услышать его приближение. А вот и он. Шаги становятся все громче и внезапно затихают. Сквозь щель виднеется чья-то тень.

Он там.

Ждет, подлец!

Я готов.

— Заходи, старая развалина. Померяемся силами!

Его рука толкает дверь.

Моя скользит к подушке справа.

Человек осторожно входит, но, едва сделав шаг, останавливается. Он примерно моего возраста. Я его никогда не видел.

— Вы со мной говорите?

— Кто вы такой? Это он вас подослал? Зачем вы подсовывали мне письма?

Незнакомец открывает рот, чтобы ответить, но тут у меня за спиной раздается голос Джулии:

— Робби?

— Привет, Джулия.

— Что ты тут делаешь?

— Ты не читала письма, о которых говорит твой друг?

— Нет, какие письма?

Джулия удивленно смотрит на меня.

— Я получил три странных письма и не стал показывать тебе, потому что… э-э-э…

— Извиняюсь, они предназначались Джулии. Я хотел забрать перстень моей матери.

Она раздраженно возводит глаза к потолку и уходит в спальню. Я стою перед Робером, не в силах вымолвить ни слова. К счастью, Джулия возвращается и, громко вздохнув, протягивает ему перстень с огромным камнем.

— Между прочим, ты подарил мне его на помолвку.

— Кажется, помолвка разорвана. И потом, ты знала, что это семейная драгоценность.

— Забыла. С кем не бывает!

— Ну да, с тобой бывает постоянно…

Громко хлопнув дверью, она возвращается в спальню.

— Это все? — спрашиваю я у Робера.

— Да, а что? Я дорожу этим перстнем, он должен остаться в моей семье.