Блюз перерождений - Майкл Пур

Воспоминания улетучились, и Майло вернулся в убогую квартиру в Загробном мире, встретив взгляд Сюзи.

Он моргнул.

– С кузнечиком вышло неплохо, – заметил он. – Я был знатным кузнечиком.

Попить бы. Интересно, есть в холодильнике пиво? Он отправился взглянуть.

Пройдя на ощупь темный коридор, он завернул в кухню, открыл холодильник и – Чудо! Свет! Электричество! – обнаружил упаковку холодного дешевого пива.

Открыл банку и, услышав шорох за спиной, вторую, для Сюзи.

– Фу, – сказала она.

– У дешевого пива свой вкус, – возразил он. – Как у дорогого сыра.

– Есть идея, – сказала она, подпрыгнув, чтобы присесть на кухонную стойку.

Майло ждал, прихлебывая пиво.

– Думаешь, ты всерьез готов достичь совершенства?

– Разве не ты сама…

– Имеешь представление, как оно выглядит? Совершенство?

Майло поразмыслил над этим.

– Ладно, – сдался он. – Не имею.

– Хочешь увидеть?

Он глотнул еще пива. Почесался.

– Да, – сказал он.

– Отлично. Идем вместе на работу.

– На работу, то есть…

– Удел Смерти. Забирать души. Обрывать жизни. Да. Одна из душ, что я заберу завтра, близка к совершенству. Хочешь увидеть, на что это похоже? Пойдем.

– Так тебе можно? Брать с собой людей?

Он получил поцелуй и хотел вернуть его, но она отстранилась.

– Шесть утра наступит рано, – сказала она. – Ставь будильник.

– На шесть?

– На работу везде встают одинаково, Майло. Что внизу, что наверху.

Он заснул под телевизор, где шел «Капитан Кенгуру».

Утром они завернулись вдвоем в ее длинные черные волосы, ставшые крыльями, потом ветром и ворохом сухих листьев. Улетно, весело и жутко. Лететь со Смертью все равно что лежать в спальном мешке с Мерилин Монро и тарантулом.

Ветер стих, и он почувствовал под ногами землю. Они были в чьей-то гостиной, освещенной только мерцанием телевизора. В комнате был бардак. Коробки из-под пиццы. Грязные тарелки. Какие-то журналы. Разбросанная одежда. На диване, мало отличимый от мусора, ссутулился молодой парень с длинными сальными волосами в рваной футболке.

Тусклые глаза парня были в один цвет с лицом, кожу которого пересекали глубокие складки. Рот полуоткрыт, как незаживающая рана, и набит, как показалось Майло, кукурузой – черными и желтыми зернами. Приглядевшись, он понял, что это зубы.

Он почувствовал Сюзи рядом. Она все еще держала его за локоть.

– Хм, – сказал Майло, – так это просветленная жизнь, венец Совершенства? Теперь этот парень пройдет через Солнечную Дверь и присоединится к Сверхдуше?

Сюзи поморщилась.

– Не глупи. По пути есть несколько остановок.

Рядом с парнем на кофейном столике лежал осколок кафеля, с маленькой горкой порошка или толченого стекла.

Сюзи опустилась перед парнем на колени. Он шевельнулся.

– Крис, – прошептала она.

Парень кашлянул. Веки стали смыкаться.

– Кристофер, – теперь требовательней.

– Даешь им себя увидеть? – спросил Майло.

– Иногда. Когда трудно уходить. Теперь шшшь.

Она чуть притронулась к щеке Кристофера, и глаза его широко открылись. Разглядев Сюзи, он дернулся, как будто хотел соскочить с дивана и убежать, да только ноги не слушались.

Лицо Сюзи окутало теплое свечение.

– Хреново, – прошептал Кристофер, потом на губах выступила пена, и он умер.

– Все? – спросил Майло.

– Угу. Мгновением позже он проснется у реки. Нам пора. Держись.

Снова ветер и тьма. Теперь перед ними была женщина в лохмотьях, с младенцем на руках, сидевшая на деревянном табурете. Вокруг водоворотом сновали чумазые, босые ребятишки. Потянувшись из-за плеча женщины, Сюзи коснулась лобика младенца. Майло вздрогнул.